И что?
И то, что они либо уже подписали с нами контракт, либо собираются, объяснил я. Я для них не безымянный студент-младшекурсник, а тот, кому они будут служить следующие двадцать лет.
Мы поднялись по широкой лестнице и двинулись налево по красиво отделанному коридору. Двери комнат располагались довольно далеко друг от другасудя по всему, популярная у нас схема «два студента на десятиметровую комнатушку» здесь совсем не популярна. Но звуки из-за дверей доносились обычные для вечерней общагигромкие разговоры, взрывы смеха, и конечно же, неизменное бездарное бренчание на гитаре. Наконец длинный коридор закончился, и мы постучали в дверь с двумя двойками.
Все наши были там. Как оказалось, это была совсем не комната, а двухкомнатная квартира, причём в гостиной легко могла бы поместиться целиком типичная двушка из хрущёвки.
Вы все здесь живёте? с любопытством спросил я.
Нет, конечно, ответила Дара, слегка покраснев. Здесь я живу. Ваня в двадцать седьмой, а Смела в двадцать четвёртой. А чем это так вкусно пахнет?
Мы закусок разных принесли, чтобы сидеть было не так скучно.
Ой, надо дверь запереть, а то сейчас сюда пол-общаги завалится, встрепенулась Дара. Если этот запах почуют, то по следу пойдут, как ищейки.
Как это знакомо, я чуть не прослезился. Отделай общагу хоть золотом и яшмой, она всё равно останется общагой. Правильно писал Булгаков, что дело в головах.
Хорошо живут дворяне, с завистью сказал Иван, гляди на появляющиеся из пакетов деликатесы.
Да, Иван, дворяне именно так и живут, с иронией ответил я. Притащат домой мешок еды, запрут все двери, чтобы соседи не проникли, и едят, едят, едят
На этот раз Иван засмеялся первым. Неужели начинает понемногу избавляться от своих заскоков? Похоже, девчонки хорошо на него влияют.
Я сидел и с умилением смотрел на студентов, сметающих еду со стола. Эх, где мои студенческие годы Хотя формально я, конечно, и сам студент, но всё же второй разэто совсем не то. А за столом девчонки уже живо обсуждали своё.
А я-то вообще бесприданница, грустно сказала Дара.
Ну вот у меня приданое есть, и что с того? заметила на это Смела. Кому в городе нужно деревенское приданое, и куда я эти подушки и перины дену?
Ну мало ли? Какое приданое ни есть, а оно есть.
А что, в деревне без приданого никак? с любопытством спросила Ленка
Что ты, что ты, фыркнула Смела. Там всё строго, там и простыни наутро свидетели смотрят. В деревне без приданого ты никто, и на хорошего мужа можешь даже не рассчитывать. Разве что второй женой, но кому нужна вторая жена? В хозяйстве одной женщины достаточно. За последнюю тысячу лет в деревне ничего не изменилось.
Лена, а у тебя приданое было? спросила Дарина.
Нет, у меня тоже не было, покачала головой Ленка. Мы же с Кеннером с детства знали, что поженимся, а внутри семьи какое приданое? Ну мы заказали к свадьбе фамильные драгоценности, это вроде и считается моим приданым. А вообще, я так понимаю, вы же дворянками станете? У дворян в приданое деньги дают, землю, акции. Перины не считаются, так что Смела, можно сказать, тоже бесприданница.
Ну вот, грустно сказала Дара, и как нам быть?
Вот смотрите, девчонки, начала загибать пальцы Ленка. В дворянскую семью вас вряд ли примут, да вам и самим туда не надо. Вам же замуж за одарённого нужно, так? Значит, у вас два варианта. Можете пойти в небольшой род третьими жёнамиу вас данные хорошие, вас возьмут. Родовичам до вашего приданого дела нет, точнее говоря, у вас нет никаких шансов собрать такое приданое, которое им будет интересно. Другой вариантэто выйти замуж за такого же, как вы, Владеющего в первом поколении. Он вас и без приданого возьмёт, и перине будет рад, потому что сам нищий.
Чего это раз деревенский, то нищий? возмутился Иван, оторвавшись от здоровенного ломтя окорока.
Вань, у вас в деревне народ сколько зарабатывает? спросила Ленка.
Ну у нас там ведь огороды, замялся Иван. Деньгами, если работящий, гривны три в месяц всегда будешь иметь. У кузнеца, к примеру, другой раскладон в месяц и пять, и шесть гривен может заработать.
Для Владеющего даже четвёртого ранга это деньги совсем небольшие. А ты к тому же не от родителей сюда приехал, а из интерната, так что вряд ли они тебя особо деньгами снабдили. Ты для них с четырнадцати лет отрезанный ломоть.
Всё так, неохотно признал Иван, но всё равно как-то обидно. Кеннер, а сколько на четвёртом ранге зарабатывают?
Про Владеющих в целом не скажу, а конкретно у вас после выплаты по займу будет оставаться примерно десять гривен в месяц, прикинул я. Но вы же не будете всё время на базе сидеть, а на контракте вам ещё боевые пойдут. И ещё мы за выслугу лет платим. Кое-какие подработки тоже разрешаютсявот, к примеру, ваши кураторы за работу с вами гривен пять в месяц имеют, правда, это частично с вас и вычитается. Ну а если в ранге подрастёте, то там уже другие цифры пойдут. Намного больше деревенского кузнеца, в общем. Кстати, Иван, давно хотел спроситьа чем в деревне кузнец занимается?
Как чем? не понял Иван. Да всем он занимается.
Вот прямо и гвозди куёт?
Гвозди-то зачем ковать? изумился Иван. Их на проволочно-гвоздильном автомате делают. Но в нашей деревне его нет, их только в больших сёлах ставят, где далеко из города возить.
А что вы тогда куёте?
Ну именно ковки у нас не так много, и мы поковки всё равно на станках потом обрабатываем. А так-то вообще кузнец в деревне всё делает. И лошадей подковывает, и вся общинная техника на нём. В общине же и трактора, и грузовики, и сеялки-косилки разные. Всё на кузнеце. Ну и по домам какая техника сломается, тоже к бате идут.
Понятно. Я как-то себе представлял, что деревенский кузнец, как в старину, куёт гвозди, подковы, разные засовы с петлями и прочую нехитрую продукцию. А на самом деле это механик широкого профиля.
А зачем вам лошади? Машина же удобнее.
А зачем деревенскому грузовик? В общине, там понятно, а в своём хозяйстве для него работы мало. И денег на него надо уйму. Лошадка удобнее, в неё спирт не надо заливать, ей сена хватает. Она ещё и жеребёночка принесёт, а от грузовика маленького грузовичка не дождёшься. А если вдруг машина понадобится, то можно в общине взять.
А деревенскому обязательно в общине быть?
Да нет, наверное, необязательно, неуверенно ответил Ваня. Только что ты будешь делать без общины? Свою полоску на лошади пахать? Всё равно никуда не денешься, придёшь в общину наниматься. А по найму работать не очень выгодно, лучше хоть небольшой пай в общине.
Понятно, общинаэто тот же самый колхоз, только добровольный. В общем-то, ожидаемо, единоличное хозяйство никогда не было эффективным.
Дара, а почему ты бесприданница? поинтересовался я. Извини, если вопрос невежливый.
Да нет здесь секрета, пожала плечами Дара. Я сирота, у меня родители были вольниками, в одном отряде служили. Оба погибли, когда мне было двенадцать. Подсунули им какой-то гнилой контракт, нарвались на отряд со Старшими, чью-то дружину, наверное. В общем, почти весь отряд там и остался. Я вот до сих пор не могу понятьпочему не отступили-то? Ведь поняли же, что ничего не могут сделать, зачем дальше сражаться?
Это только кажется, что отступить просто, усмехнулся я. Мы на стажировке так же попали. Нас там так огнём прижали, что головы было не поднять. Если бы не мама, мы бы там все и полегли. Вот поедем туда на экскурсию, сами увидите, что там было. Ладно, народ, доедайте и давайте разбираться, чем нас на этот раз Генрих загрузил.
Глава 3
В вип-кабинете ресторана «Ушкуйник» Ирина Стоцкая занималась любимым делом.
Собственно, она всегда любила общаться с людьми, которых благодаря своему дару хорошо понималаи часто лучше, чем они себя сами. Сильный дар эмпатии прорезался у неё с самого детства, причём было совершенно непонятно, откуда он взялсяеё родители были мелкими служащими, обычными мещанами. Можно было бы подумать на грехи матери, но сходство Ирины с отцом полностью исключало такое простое объяснение. К сожалению, дар Силы оказался невелик, и Ирина не смогла уйти дальше скромнейшего второго ранга, но сильная эмпатия, которой мог похвастаться далеко не всякий Владеющий, была вполне достойной компенсацией.