Всего за 229 руб. Купить полную версию
Дальше действовал практически на рефлексах. От боли сводило мышцы, рёбра раскалывались, позвоночник не чувствовался, в голове гудело, как от ударов колокола, но руки при этом почему-то работали и делали всё, что положено, на автомате. Ближняя зона «слойки» вытянулась к вражескому стрелку, как кишка, и спустя миг мой плазмоган выдал по нему злую очередь. Истошный вопль вспыхнувшего, словно факел, врага пробился сквозь затуманенное сознание, а затем, теперь уже слева, вновь забабахали «карамультуки». Но били они отнюдь не в меня.
«Ан! Она же вне зоны!»
Сделать хоть что-нибудь, даже просто перевернуться я не сумел. Меня внезапно подбросило, швырнуло назад вместе со здоровенным куском ствола того дерева, за которым лежал, и с силой шмякнуло обо что-то твёрдое. Последнее, что я запомнил, теряя сознаниеэто глядящий мне прямо в глаза раструб большой скрутобойки. Точь-в-точь, как в тот день, когда мы с напарником впервые ступили на Флору в составе диверсионной группы
Глава 2.
Очнулся я от боли в ушах и жутко противного запаха.
Жив?
Голос казался знакомым, но звучал глухо, словно сквозь вату.
Глаза разлепились с трудом, правая рука вяло отмахнулась от поднесённого к носу источника запахакакого-то пузырька.
Секунд через пять взгляд наконец сфокусировался.
Гас?.. Ты?
Я, кто же ещё, буркнул напарник, убирая флакон за пазуху и перекладывая на локоть ружьё.
Кое-как приподнявшись, я помотал головой. Сплющенные о бронежилет картечины осыпались наземь. Из разорванной на груди разгрузки торчали осколки и щепки. Дышать было трудно, но, в общем и целом, терпимо. Высокий индекс барьерного сходства и давнее «закрепление» давали надежду, что излечение от контузии и ушиба пройдёт быстро.
Вата в ушах постепенно «таяла», слух возвращался, а вместе с ним возвращалась и память.
Ан! тело словно само собой подпрыгнуло на ноги, а руки потянули за ремень валяющийся на песке плазмоган. Где она?! Что с ней?
Не знаю, мотнул головой приятель. Ты тут один был.
Чтобы подняться по скользкому склону оврага, куда я, по всей вероятности, свалился после выстрела скрутобойки, понадобилось секунд десять. И как только не переломал себе всё, когда падал!
Прогалина с рухнувшим деревом (тем самым, за которым укрывался при нападении) обнаружилась шагах в сорока от оврага. Да уж, отбросило меня преизрядно. Поэтому, наверное, и не проверили, живой не живой, резонно решив, что после такого не выживают.
Сгоревший труп убитого плазмой нашёлся там, где и предполагалсправа среди кустов. Те, что горели на другой стороне опушки, уже не дымились, но гарью ещё отдавали.
Место, где раньше лежала Анцилла, я определил по примятой траве и обрывку ткани (такой камуфляж использовался только в Имперской армии).
Крови не вижу, заметил включившийся в поиски «третий». А вот борьба была, он поднял с земли чей-то сломанный зуб. Слишком уж жёлтый, явно не экселенсы.
Ещё что-то можешь сказать? с надеждой посмотрел я на Гаса.
В зачистке и подавлении работать с уликами учили гораздо лучше, чем в десанте, поэтому в выяснении, что здесь случилось, напарник мог разобраться быстрее.
Не меньше полутора десятка бойцов. Потери, минимум, четверо. Один безвозвратный, кивнул он на обгорелого. Троих унесли. Ещё трое, видимо, легкораненые. Ушли на своих двоих, но не без помощи
Анцилла?! Что по Анцилле? оборвал я приятеля.
Тот, будто не слыша вопроса, ещё раз неспешно прошёлся по всей прогалине, поднял с земли несколько мелких предметов, выбросил, вернулся назад, вздохнул
Сложно сказать. Но, вероятней всего, её захватили и унесли. Отпечатки ботинок имперского образца есть только здесь. Дальше, он указал на обгоревшие и проломленные кусты, только следы нападавших.
Она жива?
Думаю, да, кивнул «третий». Смысла уносить труп я не вижу. Своего убитого они забирать не стали, так что вероятность, что экселенса жива, хотя, возможно, и ранена, на мой взгляд, высокая.
Мои кулаки отчаянно сжались.
Вот какого рожна я не взял в эту вылазку обрез и гранаты? Понадеялся на технологии и свой АЭП, а результатхуже некуда. Всё почти как тогда, год назад, когда мы высаживались с «Два Би-Би». Только на этот раз в плену оказалась Анцилла, и что теперь с этим делать, как её вызволять, где искать
Как ты меня нашёл? развернулся я к Гасу.
По радиомаяку. Он у тебя включён был.
А у Анциллы? ухватился я за соломинку.
Напарник покачал головой:
Нет. Её маяк не работает. Я ждал вас часа полтора, на связь вы не выходили, пришлось отправляться искать.
Я мысленно выругался. Нападавшие слиняли отсюда, минимум, час назад. Догнать их пешком не стоило и пытаться. А вот по воздухупочему бы и нет? Только о скрытности, конечно, придётся забыть. Ну, да и фиг с ней.
Приятель с моими доводами не согласился:
Даже если мы их найдём, шансы на успех минимальные.
Это ещё почему?
Во-первых, у них есть скрут-пушка. Подбить из неё наш шаттл не проблема. А во-вторых, даже если не подобьют, то обязательно будут настороже, и если почуют опасность, то просто убьют экселенсу Гас замолчал и внимательно посмотрел на меня. Ты этого действительно хочешь?
Я стиснул до хруста зубы и дёрнул щекой.
Ну, вот и я не хочу, продолжил удовлетворённо напарник. Поэтому предлагаю следующее. Мы дожидаемся темноты Только давай без этого! вскинул он руку на непроизвольное «передёргивание затвора» с моей стороны. Хочешь поспорить, выслушай, а все аргументы потом. Согласен?
Да.
Приятель кивнул
Хорошо. Тогда слушай дальше
* * *
В небо мы поднялись спустя три часа.
Темнота наступила достаточно резко. Стоило только солнцу закатиться за горизонт, и уже через двадцать минут ночь полностью накрыла уставшую от дневных забот землю.
Всё это время я буквально не находил себе места. А места в небольшом челноке не так уж и много. Десантный отсек, агрегатный, кабина управления двадцать шагов от носа к выходной аппарели и столько же в обратную сторону. Плюс двери в трёх переборках, которыми лучше не хлопать, чтобы снаружи не слышали.
Напарник мои страдания игнорировал. Устроился в ложементе пилота и бессовестно дрых, как будто бы так и надо. Конечно, я понимал, что он прав, но сделать с собой ничего не могзлился на него, как пацан. Ведь каждая минута бездействия отдаляла меня от Ан всё дальше и дальше, а само ожидание и мысли о том, что с ней может случиться, если мы опоздаем, сводили с ума сильнее любых психотропов.
К счастью, «третий» проснулся вовремя. Когда я уже готовился схватить его за грудки и начать тормошить, он вдруг потянулся, раскрыл глаза и, смачно зевнув, указал мне на соседнее кресло:
Взлетаем. Пристёгивайся
Полёт проходил с полностью погашенными огнями, а в плане бесшумности мы запросто могли посоревноваться с местными совами. Поскольку выхода за атмосферу не планировалось, гравидвижки задействовали всего пять процентов мощности, им даже принудительное охлаждение не требовалосьего заменял набегающий воздушный поток.
Ещё пять процентов использовались для работы систем наблюдения: камер, сонаров, радаров, сканеров, тепловизоров Вся эта высокотехнологичная машинерия дополнялась моими собственными возможностямивозможностями «человека барьера» с индексом 25. Выше, насколько известно, не было ни у кого ни здесь, ни в Империи. Индекс барьерного сходства в 25 единиц и профиль чётной сходимости «А плюс 5» считались и там, и там максимальными.
Одним из приобретённых умений стала способность распознавать объекты с высокой барьерной энергией. Но только если они находились где-то поблизости, в пределах сотни-полутора тян. Анцилла, кстати, мне признавалась, что тоже может кое-что «видеть». Линии электромагнитного поля, к примеру. Или эмоции собеседника. Или же что-то такое, что может случиться в будущем
Жаль, правда, наше сегодняшнее фиаско она предсказать не смогла, но это, как водится, дело случая. Любые «паранормальности»явления неустойчивые и затратные. У меня, например, голова после них просто раскалывалась, и силу они высасывали, как правило, столько, что восстанавливаться приходилось несколько суток или даже недель. Поэтому лично я использовал такие умения только если без них и вправду не обойтись