Всего за 229 руб. Купить полную версию
Двое там было в охране я их того а после ещё камбулю́ сама чуть не подорва́лась судорожно глотала фразы Паорэ, стараясь хоть как-нибудь отдышаться. Всё готово
Оба ствола громко клацнули, вставая на взвод, и в ту же секунду меня словно ветром обдало, откуда-то со спины, со стороны комендантской палатки. Ощущение внезапной опасности заставило резко податься направо, с разворотом назад и переводом оружия в режим автоматического огня
Выстрелить я не успел. Да и не мог успеть. Лезвие чужого меча уже заканчивало свой стремительный росчерк, целя мне точно в шею, в мягкое сочленение жилета и шлема, единственное уязвимое место в кажущейся неуязвимой защите
Сдвоенный выстрел картечью прогремел едва ли не у самого уха. Летящий в меня клинок дрогнул за миг до «касания», и в результате удар получился смазанным и неловкимлезвие просто сорвало ткань и, процарапав кевларовую накладку, ушло вдоль плеча вниз и вправо
Так и не выпустившая свой меч Лави рухнула навзничь, уставившись остекленевшим взглядом в ночную тьму.
Вот же ведь тварь! устало выругалась Паорэ, опуская оружие. Это и есть та спасённая пленница?
Я молча кивнул. Мне было ужасно стыдно.
Ты, Дир совершенно не разбираешься в женщинах, попыталась пошутить баронесса, но тут же зашлась в лающем, прерывистом кашле. Это же это же Лави кастелянша у Хадриев гадина мы были с ними союзники а она предала их три дня назад
Договорить ей, к несчастью, не дали. Как и перезарядиться.
И это было лишь полбеды.
За всеми событиями я элементарно забыл о текущей конфигурации своего АЭПа и его направленной вертикально вверх зоне электродоступа и потому, когда на площадку выскочили ещё четверо, то просто шарахнул по ним из плазмогана. А всего через миг с удивлением обнаружил, что все выпущенные заряды растаяли в воздухе, не пролетев и двух тян.
Но даже и это не стало ещё для нас катастрофой. Три вражеских арбалетчика ничего путного не добились (личные искажающие поля легко отклонили все шесть болтов). Зато четвёртый стрелок, к счастью, немного замешкавшийся, не попасть в меня просто не смог бы.
Смещение цели на пару-другую тян даже для малой скрут-пушки большого значения не имело. Врагу оставалось только нажать на спуск, и всё для нас было бы кончено. Я просто не успевал перевести антиэлектрический пояс в нужный режим и опередить скрутобойщика.
А вот Паорэ успела.
Она не стала стрелятьбыло банально не из чего.
И бросаться с клинком на врага тоже не сталане позволяла дистанция.
Единственное, что смогла она сделатьэто прыгнуть под выстрел и схватиться рукой за что-то на своей шее.
То, что случилось потом, я видел и ощущал покадрово, как на замедленной съёмке.
Включившееся барьерное зрение делало этот «ролик» объёмным, цветным и до отчаяния реалистичным.
Сорвавшийся с раструба скрутобойки «заряд» растёкся широким конусом. Словно огромный пузырь, желе из полупрозрачной массы, простреленное на сверхзвуке. Подобно кумулятивной воронке, оно как бы приклеилось к такой же полупрозрачной защите, возникшей прямо перед Паорэ. А через неуловимо короткий миг эта псевдоворонка вдруг выплеснула из себя тоненькую, как нить, струйку ярчайшего света. И эта струя ударила Пао в грудь, туда, где горел зелёный огонь ордена власти.
Мир вокруг нас взорвался ослепительной вспышкой. Сполохи хорошо знакомого мне огненного тумана накрыли на мгновение и меня, и Анциллу, и южных, и баронессу, а когда он рассеялся, Пао уже лежала ничком, её аура еле теплилась, а зелёный огонь на груди исчез без следа, словно его никогда там и не было
Поле АЭП наконец-то сконфигурировалось.
Длинная очередь плазмы перечеркнула вражьих стрелков, а когда они повалились на землю, я кинулся к Пао, упал на колени, снял с неё шлем и приложил пальцы к шее.
Пульс, к счастью, прощупывался, но женщина была без сознания
Обе моих женщины были сейчас без сознания.
И от этого факта мне хотелось завыть, по-волчьи, кляня самого себя за глупость и безрассудство
Дир! Что там у вас? Почему молчишь? ожила неожиданно рация.
Гас! Ещё пять минут и сворачивайтесь, бросил я в микрофон. И дай мне двоих-троих в точку раз. У меня два трёхсотых, один я не справлюсь.
Понял, командир. Выполняю
Я отключил передачу и принялся стаскивать с Пао бронежилет, а следом за ним всё, что хоть как-нибудь подходило под категорию лишних утяжелителей: обувь, разгрузку, боеприпасы, оружие Боеприпасы, впрочем, тут же вернулраспихал их себе «по карманам» вместе с дополнительными гранатами
Ан «разгружать» не потребовалось. На ней было только термобельё, местами, правда, окровавленное и разорванное.
Взвалив на себя по очереди сперва Ан, потом Пао, я предсказуемо крякнул, потом стиснул зубы и, сгибаясь под тяжестью (каждая по земным меркам весила килограммов по пятьдесят-шестьдесят), потрусил к проходу между шатрами. Впрочем, уже на границе отбрасываемой палатками тени я ненадолго замедлился, затем развернулся и, вскинув кое-как плазмоган, сжёг оставленные на площадке ценности: жилет баронессы, её шлем и оружие. Не потому что боялся, что они попадут к противнику (всё это он уже получил сутки назад, когда захватил экселенсу), а потому что мне стало вдруг жутко противно думать и представлять, как чьи-то поганые руки их лапают
Глава 6
За бесконечными хождениями из угла в угол и такими же бесконечными самобичеваниями и самокопаниями счёт времени для меня почти потерялся. Чёрная ночь, казалось, еле тянулась, и то, что утро уже наступило, я заметил совершенно случайно.
Просто, когда Сапхат выбрался наконец из больничной пристройки, солнечные лучи проникли через открытую дверь и в мой закуток.
Ночью он меня в свою «реанимацию» не пустил. И наверное, правильно сделал. Толку там от меня не было никакого. И так в медицине дуб дубом, а уж во флорианской тем более.
Она, кстати, несмотря на кажущуюся поначалу «средневековость», реально являлась самой продвинутой во Вселенной. Причём, сами флорианцы об этом, похоже, и не догадывались. Но лишь потому, что не имели возможности сравнивать. Так что если бы я вдруг решил сам отыскать ту клинику, где Пао и Ан могли получить самое качественное лечение, то лучшего места, чем Флора, попросту не нашлось бы
Вытащить их из лагеря южных мне всё-таки удалось, хотя, если честно, когда я добрёл до забора, то уже мало что понимал. Ствол плазмогана дымился, пот заливал глаза, руки тряслись, ноги заплетались сильней, чем язык у перебравшего самогона деревенского тамады, а гранат в разгрузке осталась всего однавидимо, берёг для себя, но, слава всем местным богам, использовать её не пришлось.
Через забор перебираться не стал. Просто поднял плазмоган и выжег в частоколе приличных размеров дыру. На то, что фонари на стене не горели, даже внимания не обратил. Как потом выяснилось, их погасили наширасстреляли к чёртовой матери вместе с фонарщиками, на всякий пожарный, чтобы эвакуации не мешали.
Милорд! Это мы, не стреляйте, донеслось откуда-то снизу и сбоку, когда я наконец вывалился за ограждение.
Х-хто м-мы? вырвался из груди сдавленный полухрип-полушёпот.
Калер, милорд. Со мной Лурф и Дастий.
«Калер? Лурф? Дастий?.. А-а, наши»дошло до меня секунд через пять, когда уже совсем изготовился залить всю округу плазмой до уровня «пока заряды не кончатся»
После того как с меня сняли ценную ношу, я ещё наверное минут двадцать никак не мог разогнуться. Так и бежал, скрючившись, сперва по «секретному» ходу, а затем по лесу и лишь на последнем участке кое-как распрямился.
Дальше летели на шаттле. Куда? Я не спрашивал. Тупо сидел на полу в десантном отсеке и держал за руки лежащих на носилках слева и справа от меня Пао и Ан, словно хотел передать им через этот контакт хоть сколько-нибудь собственной энергии жизни. Всё это время барьер внутри у меня бесновался как сумасшедший и пытался прорваться наружу, но сделать это ему почему-то не удавалось. Возможно, я просто начал гораздо лучше контролировать себя и его, а возможно, он сам вдруг наткнулся на такую преграду, которую только с помощью силы преодолеть не получится.
Так или иначе, когда наш полёт завершился, хуже ни герцогине, ни баронессе не стало.