Всего за 139 руб. Купить полную версию
Она понятна для непредвзятого наблюдателя. Сплоченные группировки людей, вознамерившиеся захватить господство над миром, наконец-то получили для этого достаточные средства благодаря информационно-постиндустриальной революции. Из этих группировок получила преимущество та, которая специализировалась на финансово-инвестиционной деятельности во всемирном масштабе, имела подготовленную организационную инфраструктуру и мощные позиции в руководящих кругах США. Процедуры и формы сплочения обкатывались ранее в масонстве, сионизме, различных элитных международных клубах и объединениях.
Эта вырвавшаяся вперед группировка кристаллизовалась полустихийно-полуцелеустремленно на наших глазах в последние три десятилетия, ее обзывали по-разному, от «негласного мирового правительства» до «сетевого сообщества мондиалистов». Группировка использовала гибкий «сетевой» принцип самоорганизации, что дало ей оперативное преимущество над прежними всемирными иерархизированными структурами типа Католической Церкви или Коммунистического Интернационала. Самой подходящей матрицей или репетицией был все же реализованный еще в индустриальную эпоху колониально-гегемонистский «сионистский проект», в котором, как и в предшествующих глобальных проектах типа крестоносно-христианского или пролетарско-коммунистического, тоже предусматривалось разделение человечества на «избранных» и «неизбранных».
Александр Сергеевич Панарин для обозначения этой недавно откристаллизовавшейся всемирной группировки использует термины «новый интернационал», «организаторы мира», «кочевническая диаспора». Максим Калашников и Юрий Крупнов говорят об «Античеловечестве», «Вечном рейхе» и «новых кочевниках».
В душе человека и в человеческой истории с Начала и до Конца борются Добро и Зло, «партия Аллаха (Бога)» и «партия Сатаны (Иблиса)». Вечная схватка идет с переменным успехом.
«В «Третьем проекте», говорится в книге, я, Максим Калашников, сделал очень суровый вывод. В истории человечества постоянно существовали два течения, два сорта людей. Одно течениеэто творчество, созидание. Второедобывание трофеев, грабеж, мародерство. И деятели истории, в свою очередь, выступают либо в обличье созидателей, либо в личине «чужих», «добывателей трофеев», новых кочевников.
Первые строят и открывают, создают новые богатства, знания и технологии, поднимают государства и вдыхают новую жизнь в свои народы. Вторые нагло и жестоко норовят захватить и переделить не ими созданное, обманув, стравив людей между собой, устроив кризис, революцию или войну.
В предыдущие времена эти тенденции переплетались, и тот, кто в одном случае грабил, в другом пускал награбленное на созидание.
Но к концу ХХ века произошла удивительная вещь: эти тенденции очень обособились друг от друга. Носители духа мародерства оформились в настоящее Античеловечество, и мы дали им имяновые кочевники.
Мы очертили их полуневидимые структурыметагруппы, в которые включены крупные финансовые учреждения, спекулятивный аппарат, сети по обработке сознания, «мозговые центры», частные спецслужбы и части государственных аппаратов, захваченные неокочевниками.
Мы показали, что неокочевники сложились из отдельных частей разнообразных сетевых глобальных клубов, масонства, сионизма, крупного финансового капитала и откровенной преступности.
Хотя их главное пристанище находится в США, это уже не американцы, а особый Интернационал».
Однако «мондиалисты-неокочевники» уже овладели Россией изнутри, зачем им вводить оккупационные войска извне, как это живописуется в книге Максима Калашникова и Юрия Крупнова?
Установившийся на сегодняшний день контроль «античеловечества» над Россиейсамый оптимальный и самый эффективный. Подконтрольный мондиалистам Путинпросто идеальный десубъектизатор России, и его подпирают спецслужбы, правоохранители, коррупционеры, депутаты, бабульки, «творческая интеллигенция».
Парагвайский полицейско-компрадорский режим возглавлял пожизненно президент Альфредо Стреснер, а почти такой же режим в РФ возглавляет президент Владимир Путин, при котором страна необратимо деградирует, а президентский рейтинг растет до небес, так что все чаще говорят о безальтернативности Путина и даже о желательности провозглашения его монархом.
У него не только от КГБ, но и от природыдар лицедейства. Он почти всем референтным группам, кроме тех, кто его раскусил, говорит желаемое ими и подает надежду. Крутится и лавирует, старается понравиться российским неприхотливым «лидерам общественного мнения», изображает «государственничество» и «патриотизм», но промондиалистскую линию ведет четко. И население России, шкурно рассыпавшееся и смирившееся с катастрофой, возлагает на него роль чудодея, довольствуется его имитациями.
На международной аренекатастрофа, внутри странысплошной административный восторг и полная беспросветность в экономике. Все предписания мондиалистского «нового интернационала» выполняются приоритетно и с запасом, от первоочередности выплаты ежегодной дани и экспорта мозгов и девок до последовательной и методичной депопуляции страны, так что заданная планка сократить население до 4050 миллионов россиян к концу века должна быть достигнута. Когда контроль над страной в твоих рукахможно сделать с ней что угодно без иностранной оккупации.
Например, для ускорения вымирания можно подсадить население на зарплату ниже прожиточного минимума, повысить тарифы, отключать электричество, выселять из квартир, растащить землю, растлить молодежь, и т.п. А кроме того, истреблять молодых мужчин наркотиками, тюрьмами, дедовщиной. Ума много не надо, если не встречаешь сопротивления со стороны уничтожаемых.
Теперь представьте, что будут введены оккупационные комендатуры. Тогда оккупантам придется взять на себя ответственность за «античеловечность», хотя бы за тот же столь успешно проводимый ныне геноцид коренных народов России (Евразии). Мондиалистам напрямую труднее геноцидствовать на периферии, они предпочитают действовать косвенно через свою местную компрадорскую агентуру, ибо им приходится считаться с общественным мнением в своих метрополиях.
Пикантность ситуации в том, что в метрополиях «золотого миллиарда» имеется могучее антилюдоедское (антимондиалистское) движение, неизбежный и даже главный позитивный («добрый») продукт информационно-постиндустриальной революции и соответственно нового массового порыва людей и народов к субъектности. И в случае, если Россия будет напрямую оккупирована иностранными вооруженными силами мондиалистов, это влиятельное в странах «золотого миллиарда» антиантичеловеческое движение наверняка возьм ет нас, русских, под свой «правозащитный» зонтик.
Сами сломленные русские вряд ли смогут сотнями тысяч и миллионами выйти на протест, но в цитаделях мондиализма больше субъектных граждан, неравнодушных и совестливых, и они, как мы видим, небезуспешно бьются за справедливость изо всех сил.
Приведу пример из жизни. Во время войны мать со мной и младшим братом Юрием находилась в Белоруссии, в Дашковке под Могилевым на Днепре, отец воевал. И я очень хорошо запомнил, как вели себя и как относились к нам, живущим под оккупантами, и сами немцы, и полицаи, и партизаны. Жилось нам весьма голодно, поэтому запомнились желудочно-базисные, а не духовно-надстроечные впечатления.
Немцы приходили к нам в дом, располагались за столом, доставали тушенку, сгущенку и галеты. Идейный младший брат Юрий с печи кричал «фашист, уходи!», мать цыкала на него, а я от голода дурел, у меня разгорались глаза. Немцы это видели и говорили «рус, иди сюда!», угощали сгущенкой, запомнил на всю жизнь.
Партизаны приходили, приносили водку, мать организовывала закуску, было уютно в кругу своих.
Полицаи приходили и принимались шарить по углам, гоняться за последней курицей. Мать стояла стеной, отбивалась. Полицаи били ее. Я укусил полицая за ногу, он отшвырнул меня. Нас грабили безжалостно.
Мать первым делом бежала жаловаться в немецкую комендатуру, там находился кто-то из совестливых немцев, обещал разобраться, наказать полицаев. И, видимо, что-то предпринимал, но не так сурово, как хотелось бы. Тогда мать отправлялась в лес к партизанам, просила их покарать негодяев, вырвавших последний кусок изо рта ее детей