Среди представителей обеих национальностей нашлись подходящие по возрасту и даже по профессии. Но радости от этого для исследователей родословной Ленина не прибавилось. Только досада. Определить «того самого» Бланка оказалось сложнее, чем представлялось изначально. В документах выявили слишком много неясностей. Ведь напрасно многие считают, что путаница в бумагахродовая травма исключительно сталинской эпохи. И во времена самодержавной монархии наша бюрократия с удовольствием грешила тем же самым.
Допустим, что дед Ленина был немцем. И сразу вся интрига становится невероятно пресной. Слишком много было уроженцев Германии в нашей истории. Устанешь перечислять. От представителей династии Романовых, министров и генералов до деятелей культуры. И если среди прямых предков вождя большевиков обнаружится немецничего удивительного. Скорее, лишнее подтверждение торжества генетики. Ведь именно всепоглощающая любовь к порядку, свойственная немцам, помогла ленинской партии удержать власть.
А теперь представим, что дед Ленина был все же евреем. Родился он в 1804 году, в возрасте шестнадцати лет был принят в Медико-хирургическую академию. Чтобы ему там особенно скучно не былопрямо вместе с братом. И через четыре года успешно окончил ее, став хирургом-акушером. Обратим внимание на незначительные нюансы. В то время это была уже Императорская академия. То есть отнюдь не рядовое учебное заведениев эпоху, когда евреи ограничивались в ряде прав.
Я уже слышу радостное хихиканье сторонников теории об иудейских корнях Ленина. Действительно, согласно положению 1804 года евреев разрешалось принимать во все существующие учебные заведения страны. А проявившие себя в учебе имели все основания рассчитывать на производство в научные чины наравне с прочими подданными Российской империи. Это правда. Но только ее половина. Вторая заключается в том, что провозглашенное право на образование на практике не работало. Ровно по той причине, что принять в институты всех желающих учиться евреев было невозможно в принципе. Учебных мест тогда столько не существовало в державе родной. Власти очень быстро оценили проблему и поступили, как исстари заведено в таких случаях: больше публично не вспоминали про то самое положение 1804 года и не выделяли на его реализацию средств.
Кроме того, в стройной теории про деда-еврея мне не нравится один малоприметный на первый взгляд момент. Допустим, что многочисленные «разоблачители» Ленина правы и иудейские корни были. Но тогда получается несколько странная картина. Эти же самые авторы разоблачительных статей неустанно подчеркивают: в доме Бланков все говорили исключительно на немецком. То есть до пятнадцати лет Израиль жил в еврейской семье, но изъяснялся почему-то исключительно на языке Шиллера и Гёте. Потом внезапно передумал, проникся русской культурой и принял православие от русского крестного отца. Немного спустя он женился на немкеи опять стремительный разворот на 180 градусов: заговорил на языке Генца и Вольфа. Может быть, конечно, у евреев есть древняя традиция именно так и поступать и они ее всячески культивируют, но я о подобных трансформациях ни разу, к сожалению, не слышал.
Подобные детали заставляют нас внимательно рассмотреть и оценить все известные на сегодня подробности жизни деда лидера большевиков. Израиль Мойшевич (в дальнейшем Александр Дмитриевич) и его старший брат Абель (ставший впоследствии Дмитрием Дмитриевичем) родились в черте оседлости. Отношения в семье оставляли желать сильно лучшего, и братья решают принять православие. Шаг, по тем временам в принципе уже никого не шокирующий. Дело в том, что император Александр I с детских лет дружил с князем Голицыным. А тот, выражаясь современным языком, был главным и последовательным лоббистом добровольного массового перехода российских евреев в православие.
Последовало учреждение «Общества израильских христиан», руководил которым, разумеется, сам Голицын. Покровительствовал обществу лично самодержец всероссийский. Ясное дело, что общество было создано не для того, чтобы плодить бюрократию. Основная задача состояла в финансовой поддержке тех, кто уже принял православие или собирался совершить это в ближайшее время. У подобной благотворительности было вполне прозаическое объяснение. Исповедующие иудаизм семьи, как правило, от таких родственников сразу же отказывались, а уважение у христиан еще только предстояло заработать. С этим также возникало много сложностей. Именно поэтому евреи и не стремились массово в православие, несмотря на многочисленные призывы.
Тем более что в том самом обществе вскоре установили очень серьезные требования к новым членам. Вступить в него могли не только уже крещенные, но и просто доказавшие свое благонравие православному люду. В соответствующем документе прямо указывалось: «Житием и качеством своим показали бы себя достойными принятого ими на себя имени христиан и могли бы оправдать всемилостивейше дарованные им преимущества».
Теперь, зная дополнительные подробности относительно специфики той эпохи, посмотрим еще раз на восприемников. Крестным отцом у Абеля стал статский советник Баранов, у Израилядействительный статский советник граф Апраксин. Если кто-то не знает, чин последнего соответствует воинскому званию генерал-майора. Неплохо для двух неизвестных молодых местечковых евреев! Не каждый русский таких крестных отцов имел в то время. Да и сегодня, полагаю, не всякий может похвастаться тем, что крестный у негогенерал-майор.
Дальшебольше. Новые православные подданные Российской империи получают высшее образование и начинают строить успешную карьеру. Старший брат потом погибнет во время эпидемии холеры, а младшийобретет семейное счастье. При этом его супруга происходит из очень обеспеченной и культурной семьи. В ту эпоху мезальянс особо не приветствовался. Но Александр Дмитриевич новых родственников ничем почему-то не смутил и получил солидное приданое. Когда же умерла первая супруга, новой женой стала ее сестра. Параллельно и карьерана зависть многим. Тут и статский советник, и потомственный дворянин, награжденный орденами.
Может быть, конечно, я крепко ошибаюсь, но, кроме Бланка, на память приходит лишь один-единственный еврей, достигший в Российской империи таких высот на гражданской службе. Это вице-канцлер барон Петр Шафиров. Во время царствования Петра I он руководил российской почтой. Но дед Ленина обошел его с большим отрывом. Дело в том, что дед барона еврей Шафир крестился еще в 1654 году и принял имя Павел. Иначе говоря, вице-канцлер получил все свои регалии, являясь подданным империи православного вероисповедания в третьем поколении.
Есть такая малоизвестная наукаевгеника. Исследует она пути улучшения наследственных свойств человека. Многие эту науку сегодня недолюбливают. Есть за чтослишком тесно она связана с кровавой историей Третьего рейха. Именно в ее рамках принудительной стерилизации подлежали все «неполноценные лица» тысячелетней империи: евреи, цыгане, душевнобольные Называлось все это «предотвращением вырождения немецкого народа как представителя арийской расы». Однако не будем сейчас вдаваться в бесконечно нудный спор за или против евгеники как науки. Ограничимся просто данностью, что она как минимум существовала. Так вот, с точки зрения евгеники лидеру большевиков крайне повезлоон унаследовал действительно уникальные пробивные качества своего деда. Больше тогозначительно усилил их, превратившись буквально в машину по достижению результата.
Собственно, все упирается в то самое письмо Анны Ильиничны Ульяновой Сталину, где упоминаются архивные документы о еврейском происхождении вождя большевиков. Письмо существует, я его видел лично. Согласимся, это очень серьезный факт. Но есть и не менее серьезный контраргумент. Племянница Ленина Ольга Дмитриевна утверждала: в семье не поверили в еврейскую версию и считали Александра Дмитриевича Бланка выходцем из православной купеческой семьи с немецкими корнями.
Ладно, в конце концов, это исключительно внутреннее дело семьи Ульяновых, кем все-таки считать своего деда: немцем или евреем. Нас больше интересует, что думал по этому поводу сам Ленин. А лидер большевиков себя позиционировал однозначно: «Чуждо ли нам, великорусским сознательным пролетариям, чувство национальной гордости? Конечно, нет! Мы любим свой язык и свою родину». Еще раз повторяю: согласно традициям Российской империи, пусть он ее и трижды не любил. Имел на это полное право.