Всего за 389 руб. Купить полную версию
Прежде всего, в книге Азарова «Осажденная Одесса», на которую ссылается этот автор, о войне «не на своей территории» ничего нет. Смысл цитаты из этой книги как раз обратный. В оригинале Азаров пишет «Как правило, учения на флоте проводятся ближе к осени. А тут оно начиналось в середине летней кампании. Откладывать его обстановка не позволяла. Еще XVII съезд предупреждал партию и народ о неизбежности военного столкновения между капиталистическими странами. А XVIII уже обращал внимание на то, что новая империалистическая война стала фактом. Она распространилась по всей Европе, охватила бассейн Средиземного моря, перебросилась в Северную Африку и даже на Тихий океан. Война неумолимо приближалась к нам. Почти каждый разговор в нашей, военной, среде, с чего бы ни начинался и где бы ни происходил, неизбежно сводился к обсуждению положения в Европе, на Балканах, в Африке, наполнялся беспокойством о состоянии обороны нашей страны. Иногда в откровенных беседах некоторые товарищи рассуждали, насколько реально категорическое заверение в том, что будем воевать малой кровью и бить врага на его собственной территории. Но большинство из нас удивлялись, слыша такие рассуждения, и неодобрительно смотрели на товарищей, которые высказывали их»[13]. Налицо умышленное искажение информации, рассчитанное на то, что читатель не будет обращаться к первоисточнику.
Следующее смысловое искажение заключается в том, что 9-й стрелковый корпус был не «особым», а отдельным. Так указывается в первичных документах. Наименование «отдельный» обозначало, что он не входил в состав армии или военного округа. Состав его был самым обычным (если не сказать слабым): три дивизии, из которых две имели неполный состав. Третьей дивизией корпуса стала территориальная 106-я сд, переброшенная с Кавказа в мае 1941 года.
Наименование «особый» появляется только после начала войны лишь в отдельных документах, датированных 2430 июля 1941 года, и имеет тот же смысл. «Особых» функций у корпуса не было. А оснащение корпуса, действительно, было «необычным» в нем долгое время отсутствовала корпусная артиллерия, 106 сд была кадрированной и еще не получила свой приписной состав. У корпуса из всего набора корпусных частей имелся только 19 саперный батальон корпусного подчинения, прибывший в Крым в мае 1941 г. Как следует из приведенной информации, советскую группировку в Крыму сложно признать сильной, и уж тем более некорректно утверждать, что корпус готовился для проведения каких либо агрессивных действий.
И, самое главное: корпус был создан директивой Ставки ГК 20466 24 июня 1941 года, т. е. уже ПОСЛЕ начала войны.
Тем не менее, судя по приведенным данным, В.Резун (Суворов) обладал определенной информацией по данному вопросу или сталкивался с немецкими разведывательными документами.
Некоторые немецкие разведдонесения содержат информацию, которая может быть истолкована, как признак готовящейся агрессии СССР против Германии. Так, 05.06.41 в штаб группы армий «Юг» поступило донесение агентуры о том, что на аэродромы перебрасываются 1500 человек в штатском и в форме. Подвозится взрывчатка. В основном молодежь, евреи из Польши, говорящие по-немецки и по-польски[14].
В майских донесениях агентуры указывается, что в России созданы специальные подразделения, которые подготовлены для высадки в тылу немецких войск, и, действуя группами по 100 человек, они должны были производить подрыв мостов и важных объектов в тылу немецких войск. Формирование этих подразделений ведется в Крыму в казармах в районе д. Ангара из добровольцев, ранее служивших в Войске Польском. Добровольцы набираются в 4 лагерях на территории России и Украины (указаны номера лагерей)[15]. В донесениях агентуры разведывательного «штаба Штауфена» (группа армий «Юг») содержится достаточно интересное донесение о том, что еще до немецкого нападения на Польшу, в августе 1939 года, из этнических белорусов, ранее проживавших в Польше, был сформирован отдельный воздушно-посадочный[16] полк, который имеет номер 505. Полк формировался в Запорожье.
После раздела Польши полк не был расформирован, а послужил основой для формирования нескольких диверсионных батальонов, базировавшихся в Днепропетровске, номер которых неизвестен. Насколько достоверна эта информация сложно сказать.
Складывается достаточно интересная ситуация: крымские поляки призыву в армию не подлежали, а некоторые бывшие военнослужащие Войска Польского вошли в состав РККА.
В донесении агентуры «штаба Штауфена» от 08.06.1941 г. указано: «Польские офицеры и унтер-офицеры, содержавшиеся в урочище Бабина Гора[17] и в двух других лагерях, перебрасываются в Крым, где планируется сформировать польский легион под командованием генерала Андерса. Этот легион планируется использовать как воздушно-посадочное подразделение для использования в войне России против немецкого Генерал-губернаторства Польша»[18]. Далее указывается, что полк формируется в казармах возле д. Ангара. Данная информация достаточно интересна, т. к. 505-й воздушно-посадочный полк после его переформирования стал 417-м стрелковым полком 156-й сд, и его формирование действительно происходило в казармах в районе пос. Ангара (совр. Перевальное).