Звонарь. С оглушительным успехом победил Александр!
Кучка (приставив ладонь к уху). Чяво?
Внук. Что, оглох, боярин? Сам носи свои шведские лапти!
Звонарь. Молодец! Ты откуда, парень, у нас взялся?
Внук. Из Москвы.
Звонарь. А это где?
Сцена «Москва XII века»
Левша. Вот вам и демократия. А грамотности никакой.
Дед Мороз. Так ведь Москва-то и в одиннадцатом и даже в двенадцатом веке еще деревней была.
Левша. Да ну?
Дед Мороз. Не веришьсам посмотри!
Левша нажимает на клавиши. На экране мы видим деревню. С бабами и мужиками, с гуслярами и ложечниками.
Древние москвичи поют песню. Во время песни на экране появляется зрительный ряд: деревянный частокол, белокаменный Кремль, краснокирпичный Кремль и т. д. В результате мы видим, как из деревни Москва превращается в огромный мегаполис. Исполнение песни начинается на гуслях и балалайках, а затем присоединяется к ним современный оркестр, вырастая в оркестровое симфоническое произведение.
Деревенька Москва
(слова А. Усачева, музыка П. Овсянникова)
У реки на сосновой опушке,
Там, где пела ночами сова
Да в лесу куковали кукушки,
Родилась деревенька Москва.
В ней пахали и сено косили,
Жали рожь и рубили дрова,
Да высокой стеной обносили -
Вот какая деревня Москва!
Угощала гостей хлебом-солью,
И летела по свету молва,
И звонили ее колокольни:
Есть большая деревня Москва!
И пожары прошли, и набеги.
Но вставала она, как трава.
И дивились татары и греки:
Вот какая деревня Москва!
Вырос город на месте чащобы:
Из асфальта торчат дерева,
И растут, как грибы, небоскребы...
Ох, большая деревня Москва!
Не видать ни конца ей, ни края,
Ни за год не пройти, ни за два
Вот столица в России какая!
Вот какая деревня Москва!
Древние москвичи с песней ушли в прошлое.
Дед Мороз. Эх, хорошо поют! Это тебе, Ваня, не рэп... А где внук? (Оглядывается.)
Левша. У меня, дедушка, неприятность. Доставатель опять забарахлил. Не могу я вашего внука пока вытащить.
Дед Мороз. Вот еще новость. И долго он будет по временам мотаться?
Левша. Так вы же сами хотели...
Дед Мороз. Но под присмотром. Мал он еще, как бы какой беды не натворил.
Левша. Не волнуйтесь (водит стрелкой по карте Москвы). Нашел. Кажется, он в Кремле. Возле царь-пушки крутится...
Дед Мороз. Похоже! Когда мы в Москву ехали, он спрашивал, правда ли она самая большая и почему ни разу не стреляла? Сделай получше изображение...
Изображение делается лучше. В волшебном кристалле мы видим царь-пушку. Причем дуло ее торчит из экрана и направлено в зал.
Внук. Интересно, а чего из нее не стреляли? Заржавела что ли?
Внук лезет в дуло, не обращая внимания на голоса деда и Левши: «Ваня! Не лазь!» На шум выходят два стрельца.
Первый стрелец. Кричат чево-то! Уж не басурмане ли подошли?
Второй стрелец (глядя в зал). Гляди, сколько народу. Давай, бабахнем для острастки!
Пушка выстреливает с грохотом и дымом внуком Деда Мороза. Выстреленный внук оказывается на балконе и довольно орет: «Ха! Выстрелила!» Убегает.
Дед Мороз. Вот пострел, так пострел. Ну, и куда он теперь рванул?
Левша. В Грановитую палату рванул.
Дед Мороз. Это хорошо!
Левша. Во времена Ивана Грозного.
Дед Мороз. А вот это плохо! Как бы Иван Васильевич вместо своего сына моего внука не того... Ремонтируй живее свой доставатель!
Сцена «Иван Грозный обучает своего сына»
На сцене большой длинный стол, покрытый золотой скатертью.
Внук (появляясь, оглядывается). Ого, куда я попал! Да это же царский трон! Красиво! Умели же люди жить! Ой, какая шапочка!
Надевает шапку Мономаха. Слышен шум и шаги.
Внук залезает под скатерть. Входит Иван Грозный, вводит сына Ивана лет десяти. Оба садятся друг напротив друга.
Царевич. А я говорюучил.
Грозный. Сейчас мы проверим твои знания. А ну-ка, повтори нам все наши царские титулы.
Царевич. Мы есть великий государь, царь и великий князь всея Руси, владимирский, московский... владимирский, московский...
Грозный (злится, хлещет посохом по столу, внук под столом подскакивает). Неужели так трудно запомнить: новгородский, царь казанский, царь астраханский, государь псковский, великий князь смоленский, тверский, югорский, пермский, вятский, болгарский и иных государств царь.
Царевич. И иных государств царь.
Грозный. Каких?
Царевич. Не помню.
Грозный. Почему не выучил? (Опять хлещет посохом. Внук под столом подпрыгивает.) Нет, я тебя убью! Твое счастье, что настроение у меня хорошее: Ливонию мы взяли и Курляндия наша. Повторяй!
Царевич. Князь смоленский, тверский... Не помню я!
Грозный. Убью! Повторяй, собачий сын: югорский, пермский, астраханский!
Царевич. Югорский, пермский, собачий, астраханский и иных царств сын!
Грозный. Нет, я сейчас тебя посохом!
Так бьет посохом по столу, что внук Деда Мороза выскакивает.
Царевич убегает. Царь с посохом гонится за Ваней.
Внук. Дедушка, Левша! Спасите!
Левша и Данила у волшебного кристалла.
Левша (Даниле). Слушай, Данила-мастер, выручай. Доставатель барахлит. Может, замыкание?
Данила. Если замыкание, то это проверить просто (достает здоровый молот).
Левша. Э-э...
Данила. Не волнуйся, я у себя на Урале так всем старушкам телевизоры отремонтировал!
Со всей силы шарахает молотом по кристаллу. Грохот.
Мальчик со скатертью, как с плащом, и в шапке Мономаха возникает на сцене.
Дед Мороз. Ну, как там дела?
Внук. Это добром не кончится. Он так плохо учится, что отец его рано или поздно прибьет.
Левша. За что?
Внук. За двойки!
Дед Мороз. А это что?
Внук. Шапочка.
Дед Мороз. Ничего себе шапочка. Это же шапка Мономаха. Левша, немедленно отправь ее назад (передает шапку Левше, обращается к внуку). Ну что, внучок, появилось у тебя хоть какое-нибудь желание... Ты же видел, как Москва строилась. Может, хоть строителем хочешь стать?
Внук. Так ее и без меня построили...
Дед Мороз. Ну, что же ты за человек такой! Мы же из-за тебя в третье тысячелетие не попадем. Ты хоть это понимаешь?
Внук. Дед, не ругайся! Лучше объясни, почему я нигде новогодних елок не видел? Или их тоже на Русь из какой-нибудь Австралии в каком-нибудь семнадцатом веке завезли?
Дед Мороз. Нет, Ваня, елки на Руси всегда росли. Просто Новый год праздновали не в Новый год.
Внук. Как это не в Новый год?
Дед Мороз. Раньше Новый год отмечали в сентябре. И только триста лет назад Петр Первый издал указ. Левша, мы в тысяча шестьсот девяносто девятый год попасть можем?
Левша. Нет проблем!
Сцена «Указы Петра Великого»
Левша нажимает клавиши. Торжественно звучат трубы.
На экране появляется неподвижная тень императора, сидящего на коне.
Из динамика доносится голос Петра:
«ВСЕМ ГРАЖДАНАМ РОССИИ!
Поелико в России считают Новый год по-разному, с сего числа перестать дурить головы людям и считать Новый год повсеместно с 1 января. В честь Нового года учинять украшения из елей, детей забавлять, на санках катать с гор, а взрослым людям пьянства и мордобоя не учинять, на то и других дней хватает.
15 декабря 1699 года».
В финале речи раздается ржание лошади, Петр I машет рукой и опять становится неподвижным.
Внук. Вот это царь! В указе о детях писал. Сейчас бы нам такого (в зал). Да?.. Дед, а давай Петра в наше время вытащим. Представляешь, какая у нас страна будет?
Дед Мороз. Нельзя! Петр, конечно, великий человек был, но не совсем...
Внук (в зал). Ничего! Я сейчас кое-что придумаю. (К Левше.) Слушай, Левша, а что это за красная клавиша?
Левша. Это компьютерный доставатель. Но трогать его нельзя.
Внук. Понял!.. Ой, смотри, летающая тарелка (показывает в небо над залом.)
«Где?!» смотрят и Левша, и Дед Мороз, и дети.