Взмахнув мышиным хвостом, который она всегда начесывала, чтобы волосы не казались слишком редкими, Света сделала несколько шагов к своей парте.
Привет, Светик! Это правда? на пути у «Мисс Идеальность» выросла Алина «Мисс Разврат». Пока она расцеловывала Свету, та испуганно обернулась к Марине: уж не растрепала ли Завальская, что поделилась конспектом с отличницей?
Ч-что? Что правда?
Да ну тебя! Все уже знают! Алина сияла, активно жестикулируя и выставляя на всеобщее обозрение длинные ногти неонового цвета.
Света побледнела, затем позеленела и, готовясь растерзать Марину, произнесла:
Не знаю, что там говорят, но это неправда.
Как? Алина не скрывала разочарования. Ты не едешь в Диснейленд?
А, ты об этом? с лица Светы исчезло напряжение.
Едешь или нет? «Мисс Разврат» заглянула в глаза «Мисс Идеальность», надеясь, что разочарование сейчас минует. И «Мисс Идеальность» сделала то, чего от нее ожидали:
Да, родители обещали тур в Диснейленд, если сдам все экзамены на пять.
Но мы-то знаем, что ты сдашь их на пять! Алина полезла обниматься, а Марина почувствовала, что ее вот-вот стошнит. Лицо Невадова выражало равнодушие, в то время как часть одноклассников завистливо поглядывала на тискающихся подхалимок.
Рассмотрев Алинкины ногти и сделав комплимент новой юбке, Света увидела, что внимание к их персонам ослабло, а значит, нет смысла торчать посреди класса. Она подошла к парте. Пока она разглаживала юбку, Марина легонько пошевелила левой рукой, и стул, на который должна была присесть Света, отодвинулся в сторону. Не заметив этого, староста окончила прихорашивание и села.
В классе повисла тишина. Взгляды были прикованы к распластавшейся на полу Свете. Девочки и мальчики переглянулись, раздумывая, нормально ли будет, если они рассмеются. Смеяться над такой умницей обычно не смели, но кто-то не удержался и крякнул. Потом крякнул второй, третий, и класс разразился хохотом. Света бегом поднялась, отряхнулась и, покраснев от макушки до пяток, крикнула:
Ничего смешного в этом нет!
Хохот смолк. Одноклассники вместо извинений покашливали, делая вид, что они вообще ничего не заметили. Света пододвинула стул, села и открыла конспект с теорией. Стоило ей отвернуться, как покашливание превратилось в сдавленный смех. Она озлобленно пялилась в тетрадь и надеялась, что смех утихнет. Ничуть не утихнув, он прогремел с новой силой. Она с ужасом представляла, как главной темой обсуждения в школе становится факт, что она села мимо стула. Марина видела со спины ее красные уши и торжествовала. А когда смехом залилась Алина, это доконало Свету. Схватив конспект, она вылетела из класса. Алина, спохватившись, побежала утешать подружку.
С началом экзамена Света, надутая как индюк, приступила к выполнению заданий. Так же, как и все, она не брезговала пользоваться решебником. Потребовалось время, чтобы, не привлекая внимания учителей, вынуть его и найти нужную страницу. У Марины это вышло чуть раньше, поэтому она совмещала начертание равнобедренного треугольника и наблюдение за тем, как из-под Светкиной блузы появляется сборник ответов. Алина придвинулась ближе к Невадову, коснувшись его локтя своим. Марина взглянула на них исподлобья, но в тот момент ее в большей степени интересовала вторая подружка.
Марина переписывала решение задачи и следила за Светой. Обернувшись, она увидела, что все углубились в геометрию. Посмотрев вправо, влево и вперед, она убедилась, что никто не наблюдает за ней, и перешла к осуществлению коварного плана. Она переложила ручку в правую руку и притворилась, будто водит ею по странице, а левую опустила под парту. Нацелив ее на Светкин решебник, Марина шевельнула пальцами. Брошюра соскользнула со Светкиных колен и упала посередине прохода между рядами парт. Света икнула. Класс всколыхнулся и отвлекся от геометрии. Лежащий на полу решебник видели все. Тихий гомон, доносившийся со стороны учителей, затих.
Тамара Николаевна поднялась и увидела сборник рядом со Светой, ее глаза округлились. Она посмотрела на старосту, а староста такими же круглыми глазами посмотрела на нее. Пока Света хлопала ртом, как рыба, учительница направилась к ней. Зная, какая у Светы репутация, преподаватели были уверены, что решебник принадлежит кому-то другому.
Это не я, это не мой! вскочила она.
«Начинается шоу», сказала Марина про себя.
Спокойно, спокойно, Светочка, математичка уже стояла около нее.
Это не мой! повторила Света и провела обезумевшими глазами по классу. Задор светился во взгляде буквально каждого соученика подобные ситуации всегда до жути забавны, если в них попадают фаворитки.
Света поняла, что встала она зря нужно было сидеть и не подавать виду.
Конечно, не твой, Тамара Николаевна наклонилась и подняла решебник.
Глаза Светы округлились еще сильнее, она пошатнулась:
О, нет
Светочка, не переживай. Если это не твое, никаких проблем не учительница прилипла взглядом к обложке с надписью:
Зонтовой Светланы
Света еще раз пошатнулась.
«Вот почему нельзя подписывать решебники!» Марину подмывало захохотать в голос.
Света Тамара Николаевна подтянула сползшие очки, здесь твоя фамилия.
По классу прокатилось кряканье, Света лихорадочно соображала и видела на лицах учителей оттенок разочарования тот самый, которым недавно смутила ее Алина.
Это не мой! Меня подставили! наконец выкрикнула она.
Светочка, кому это нужно? нервно улыбнулась Тамара Николаевна. Зачем кому-то подставлять тебя?
Другого объяснения нет! Света была на грани истерики.
Ты уверена, что это не твое? со всей учтивостью поинтересовалась учительница.
За кого вы меня принимаете?! вспылила Света. В другой раз она закатила бы сцену, но сейчас слишком шатко ее положение.
Я, конечно, понимаю, что списывать ты не могла
«Что вы, быть такого не может!» молча произнесла Марина.
Я знаю, что ты пользуешься уважением одноклассников
«А-ха-ха!»
Им незачем тебя подставлять.
Я никогда не списывала, Тамара Николаевна!
«Ни списывать ты, ни врать не умеешь».
Света, я предупреждала, что списывать не разрешу, и правила равны для всех.
Провинившаяся хотела возразить, но ее перебили:
Я предупреждала, что выгоню с экзамена.
Света понурила голову. Никто не жаждал услышать вердикт так, как Марина.
Учительница взглянула на фамилию Светы, старательно выведенную на обложке:
Но мы понимаем, что это какое-то недоразумение.
Света подняла глаза. Марина перестала улыбаться.
Я не намерена тратить время экзамена на глупые разборки. Я в состоянии отличить хорошего ученика от плохого.
Вряд ли Света прежде испытывала подобное блаженство. Тамара Николаевна вместе с решебником вернулась на место. Света, оклемавшись после стресса, начала решать задачи самостоятельно, экзамен продолжился. А Марина разозлилась и стала подумывать об усовершенствовании плана мести. Переписывая решение из сборника на свой лист, она старалась уловить малейшие телодвижения Светы, чтобы понять, есть ли у нее под блузкой еще что-то. Староста поначалу осторожничала, тужилась над чертежами и формулами, по выражению лица было заметно, что не всё получается гладко.
Алина пододвинулась так близко к Саше, будто собиралась вытолкать его из-за парты, и настойчиво заглядывала в его экзаменационный лист до тех пор, пока он не прекратил писать и перевел взгляд на соседку по парте. Она тут же отвернулась и стала накручивать локон на палец с таким видом, будто посмотреть на нее было инициативой самого Саши. Он отстранился от Алины, хотя двигаться дальше было некуда.
Марина возобновила наблюдение за Светой. Экзамен подходил к концу, времени на раздумья не оставалось, и ей требовалась помощь подсобных материалов. Когда ее юбка поползла вверх, и Марина увидела, что к ноге обыкновенной резинкой для волос прикреплена тетрадь с теорией, про себя она возликовала: возмездие таки свершится! Но теперь она будет действовать осмотрительнее.
Она позволила Свете без проблем списать теорию, достать шпаргалки с формулами, более или менее удачно их применить и спрятать обратно под юбку. Этот процесс наблюдала еще по меньшей мере половина учащихся, но они сдавали экзамен таким же образом, поэтому на Свету не ябедничали.