Семен стянул с головы шапку и пошел по узкому коридору.
Почему он ничего не знает про президента «Альтаира»? пробормотал он. Вдруг мы ошиблись, и эта визитка лишь совпадение? Может тут самый обычный спортклуб?
Ага, где ты найдешь двух людей с таким не выговариваемым именем как у Поликарпия Олелукоевича? ответил Федор. Все должно быть здесь, но замаскировано.
Семен не разделял уверенности хомяка, но шел вперед. По пути попалась открытая дверь, там какой-то малыш отчаянно колотил боксерскую грушу.
Давай сильней, подбадривал его тренер. Станешь чемпионом, и тогда Петр Петрович возьмет тебя в свою команду. У Петра Петровича особая команда, там только лучшие.
Малыш с удвоенной силой замолотил по груше. Тут в зал для бокса вошел еще один спортсмен и захлопнул за собой дверь.
Я все понял! возликовал Растяпкин. Мы не ошиблись! «Альтаир» здесь! Из самых талантливых детей они выбирают себе агентов и тут же их тренируют. Просто президент «Альтаира» маскируется под обычного тренера.
Растяпкин достиг галереи почета, вдоль стен тянулись стеллажи с кубками: «За первое место», «За стремление к победе», несколько кубков были с надписями на иностранных языках.
Неплохо, неплохо, зацокал языком хомяк. Совсем даже замечательно. Слушай, бывший ноль тринадцатый, а может нам в «Альтаир» перейти? Мне бы тогда тоже какой-нибудь кубок дали.
Первый болтун планеты? с улыбкой спросил Растяпкин.
Ну, да, обрадовался Федор и вдруг замахал лапкой. Смотри, вон Незнаний Гипократович.
Где-то впереди промелькнул лысый господин и скрылся за углом.
И куда это он так спешит, интересно знать, засуетился хомяк. Давай лучше к нему подойдем. Он, вроде, хорошо к тебе относится.
Семен понимал, что конечно было бы проще последовать совету хомяка, но надеялся на другую встречу.
Давай найдем Петра Петровича, тихо сказал он.
Или правильней будет сказать твоего отца, ответил хомяк.
Семен лишь кивнул в ответ, как будет хорошо если уже сегодня он сможет сказать слово «папа»! Как много зависит от этой встречи!
Лучше бы начать со знакомого тем более что он хомяк вдруг осекся.
Чего он? спросил Семен. Что ты знаешь?
Да, в общем припомнил тут, забормотал Федор. Так ничего особого, не бери в голову. И чего там вахтер говорил, нам сначала нужно пройти по
Федор! вскричал Растяпкин. Ты понимаешь как все это для меня важно?! Если тебе что-то известно, то лучше и мне знать это.
Ну-у, мелочь, конечно, я бы и раньше вспомнил, но не обращал внимания на такую ерунду, мне еще Одуванчик об этом рассказывал, когда я с ним ругался, тараторил хомяк. Хотя, вообще-то это и не важно.
Да о чем же ты? спросил Семен.
В общем, Петр Петрович, или твой отец, спас жизнь отцу Одуванчика, или лысому, заявил хомяк.
Чего? Как? Когда?
А я откуда знаю?! вскричал хомяк. Когда Одуванчик мне это рассказывал, я с ним про пингвинов ругаться начал.
Про каких пингвинов?
Да про самых обычных, я сказал, что он в своем смокинге на пингвина похож, отмахнулся Федор. Ну не дослушал я его тогда до конца.
Большего от хомяка не добиться. Хорошо хоть что-то вспомнил. Семен направился вперед. Получается, шесть лет назад после аварии, его отец спас отца Одуванчика и они вместе создали «Альтаир». Все верно и ничего не понятно. Почему это случилось? Почему отец не взял его с собой? Почему он скрывался?
Ты уверен, что нам сюда? спросил Федор. Вахтер вроде что-то про левый поворот на пятый коридор говорил.
Так он объяснял как к Апполинарию Леопольдовичу пройти, ответил Семен. А где кабинет Петра Петровича я так и не спросил.
И теперь мы будем тут ходить, пока с ним не столкнемся? спросил Федор.
Семен ничего не ответил, он обдумывал, как правильно начать разговор, чтобы отец его выслушал. Да и вообще, как следует себя вести. Растяпкин вошел в какое-то помещение, погруженный в собственные мысли, он не смотрел по сторонам. Тут тоже раздавались крики и свистки тренеров.
Растяпкин заметил на стене зеркало. Ага, на него смотрел взъерошенный мальчишка в непомерно большой куртке, из кармана которой торчит нелепая шапка. Он принялся расстегивать куртку, явно будет лучше без нее.
Ты на свои ботинки лучше глянь, вздохнул хомяк. Они тюремные и для выхода в город не предназначены.
Продолжая расстегивать куртку, Семен сделал два шага назад, чтобы увидеть себя в зеркале целиком. Шаг, второй и нога больше не встретила опору. Где-то сзади раздался крик:
Кто пустил этого недотепу в бассейн!
Растяпкин полетел в воду.
Долгие тренировки в академии не прошли бесследно, он был опытным пловцом. Только сейчас ситуацию осложняла наполовину снятая куртка, в которой он умудрился запутаться. Да еще хомяк вцепился в волосы и орал, предлагая миллион за спасение собственной жизни. Растяпкин сделал пару бессмысленных попыток, чтобы выплыть и вдруг почувствовал, как его кто-то подхватил и вытаскивает из воды.
Пару минут он отплевывался, а потом поднял глаза на своего спасителя. Рядом с ним в мокром спортивном костюме стоял президент «Альтаира».
Семен? удивленно спросил он.
Растяпкин открыл рот, но не смог произнести ни слова. Отец назвал его по имени, значит все-таки узнал! На глаза стали наворачиваться слезы.
Как ты здесь оказался? продолжил президент. Ты же должен быть в блоке тринадцать?
Растяпкину показалось, что его убили. Надежды на радостную встречу развеялись как дым. Отец не узнавал или не хотел узнавать его.
Рядом отплевывался хомяк.
Па Петр Петрович, выдавил он из себя. Нам необходимо срочно поговорить.
Глава 11. Долгожданный разговор 29 октября, 15 часов 55 минут
Переодевшись в сухой спортивный костюм с эмблемой «Альтаира», Растяпкин пил горячий чай. Он не мог поверить собственным глазам, напротив него в точно таком же костюме сидел его отец. Они находились в небольшом кабинете, заваленном книгами и какими-то безделушками. На столе громоздилось два компьютера, по стенам висела куча дипломов, а под самым потолком крепился телевизор.
Вы помните меня? с надеждой спросил Семен.
Конечно, улыбнулся президент «Альтаира». Неужели я бы мог тебя забыть.
Губы Растяпкина растянулись в улыбке, хомяк дружески похлопал его лапкой.
Сегодня состоялся трибунал, ты был обвиняемым, продолжил Петр Петрович. Конечно, странно, что ты пришел сюда, но я думаю, ты все объяснишь. Тебя, наверное, оправдали, к сожалению, я вынужден был уйти до вынесения приговора.
С лица Семена схлынули все краски. Хомяк заскрипел зубами, оттолкнул свое блюдце с чаем и вылез из полотенца, в которое был закутан.
Мы поплавать зашли, чего тут непонятного?! возмущенно завопил он и, повернувшись к Растяпкину, добавил. Сиди, я сам все объясню.
Изумленный президент «Альтаира» застыл на месте. С таким же изумлением на лице, напротив него застыл Семен.
Мы сбежали из тюрьмы, первым делом кинулись сюда, ну ладно, может быть и не первым, но это неважно, продолжил хомяк. Неужели непонятно, почему именно здесь, именно у вас мы хотим просить помощи?
Петр Петрович смущенно пожал плечами, Федор был способен смутить даже бывалого агента.
Наверное потому, что мы теперь работаем вместе с вашей академией, как-то неуверенно ответил он.
Неправильно! завопил Федор. Неужели вы ничего не помните?
В воздухе повисло напряжение. Семен сцепил руки и не отводил взгляда от лица президента «Альтаира». Петр Петрович невидящим взглядом смотрел куда-то на стену. Прошло несколько секунд прежде чем он проговорил:
Я действительно многого не помню.
Это мы уже сами догадались, брякнул хомяк.
Так получилось, что шесть лет назад у меня началась новая жизнь, я не помню ничего, что было раньше, президент «Альтаира» начал вертеть в руках чайную ложку. Врачи называют это амнезией и утверждают, что когда-нибудь память вернется.
Вот и ответ, которого Семен так ждал! Так значит, отец не бросил его, это последствия той аварии.
А где вы память потеряли? спросил хомяк. Может нужно туда вернуться и поискать?