Ты почему плачешь, мама?
В это время сильный ветер бушевал в саду.
Слышишь, Адя, какой страшный ветер? А папа на море. Не случилось бы что с ним!она зарыдала.
Адя влез на стул, обнял мать и стал целовать не зная, как утешить ее. Но вдруг он, точно что-то вспомнил, быстро соскочил со стула и, вставши на колени, стал молиться вслух:
Господи! Бог сильный и всемогущий! Я верю, что Ты имеешь власть остановить бурю. Ты можешь сделать, что хочешь. Сохрани папу, чтоб с ним ничего не случилось!Адя заплакал, говоря эти слова, и сквозь слезы повторил:Господи, сохрани папу ради Иисуса Христа! Аминь.
Когда он окончил, Раиса Ивановна тоже сказала:
Господи, сохрани Виктора!
Не плачь, мама, мы помолились, и Господь папу сохранит. Он добрый и все может сделать,сказал Адя, поцеловал мать и пошел спать.
Раиса Ивановна почти всю ночь не могла уснуть. При каждом порыве ветра она вздрагивала и грустными глазами смотрела в темноту сада.
К утру буря утихла. Когда принесли газеты, она сразу же принялась их читать. Там сообщалось, что причинила буря в эти дни. Она сделала много бед на море, разбила несколько судов. Пассажирский пароход Д, идущий по морю, погиб. Из пассажиров почти никого в живых не осталось.
Раиса Ивановна выронила из рук газету и зарыдала так громко, что было слышно во всем доме. Адя, услышав плач, сразу же прибежал:
Мама, мама, что случилось?
Читай,едва смогла она сказать сквозь слезы.
Он взял газету и внимательно прочел вслух:
Пассажирский пароход Д погиб; из пассажиров почти никто не остался в живых. Значит, кто-то спасся. Это папа, это папа! Мы молились, и Бог его сохранил!
Ах, Адя, утопающий за соломинку хватается, так и мы с тобой,сказала Раиса Ивановна и ушла в спальню.
Она не вышла к обеду и никого не впускала к себе.
Поздно вечером ей подали телеграмму. Судорожно и торопливо она развернула ее: Пароход Д погиб, я жив. Письмо следует".
Виктор!радостно воскликнула она и побежала к няне.Виктор жив!кричала она и махала телеграммой.
Потом она побежала к Аде в детскую. Мальчик мирно спал в кроватке. Ей жаль было его будить, но от радости мать не могла удержаться, чтобы не поцеловать сына. Когда она увидела, что мальчик открыл глаза, сказала:
Адя, милый, папа жив! От него телеграмма пришла!
Я так и знал,спокойно ответил Адя,Бог силен. И Он нас очень любит.
С большим нетерпением все в доме ожидали почты, а она не каждый день приходила. Но вот, наконец, почтальон принес письмо с заграничной маркой. Обрадованная Раиса Ивановна прочитала следующее: Добрый день, родные мои, Андрейка, Мишенька и Рая! Вы уже знаете из газет о том, что наш пароход Д затонул и, вероятно, плакали и сокрушались, думая, что я погиб? Уж не говоря о том, что все пассажиры были больны и страдали морской болезнью, все вокруг наводило какой-то ужас. Тьма на море была непроглядная и шум волноглушительный. Море буквально стонало, пароход трещал, его бросало во все стороны.
На палубе оставаться было невозможноее всю заливало волнами, сильный ветер валил с ног. Это было что-то свирепое, ужасное и неописуемое. Вдруг сильный толчок.Ты можешь себе представить, какая была паника, когда в каюту к нам пришел капитан, бледный, как мертвец, с невыразимым отчаянием на лице. Он объявил, что в пароходе образовалась течь, пробоина постоянно увеличивается и пароход быстро наполняется водой. Он неминуемо должен погибнуть и нет никакой надежды.
Спасайтесь, кто как может! Я ничем не могу помочь!закончил он и заплакал, как ребенок, выходя из каюты.
Мы, толкая друг друга, выбежали на палубу. Я не имел ни времени, ни желания смотреть на других. Видно было одно, что наш пароход начал погружаться в воду и неизбежно придется идти ко дну. Так или иначе, я бросился в воду. Что я хороший пловец, ты знаешь, но что значило мое искусство при таких волнах на средине моря? В борьбе со стихией это немного замедлило бы гибель и больше ничего!
Со мной рядом держался один молодой датчанин. Ему удалось ухватиться за опрокинутый челнок: он как-то умудрился его перевернуть и влез в него. Я последовал за ним. Понимая, что в такую бурю челнок без весел мало полезен, мы должны были каждую минуту ждать, что он снова опрокинется, наполнится водой и пойдет с нами ко дну. Было ясно, что гибель моя неизбежна. Я стал мысленно прощаться с вами, мои дорогие! Видел тебя. Рая, Адю, Мику в нашей уютной, светлой гостиной.
Мне живо представился Адя. Вспомнились те слова, которые он часто говорил: ...и носился над водами Дух сильный и всемогущий.... Тогда начал я молиться: О, Великий Дух! Если Ты есть и не потерял прежнюю силу, то спаси меня по милости Твоей. Ты повелели всколыхнулась бездна морская. Я верю, что по слову Твоему, по Твоему повелению она может утихнуть!
В это время вспыхнул прожектор спасательного корабля, посланного в море для розыска застигнутых бурей, как обычно это делается в непогоду. Желтые лучи прожекторов метались во все стороны, ища себе добычи. Одним таким лучом был пойман и я. Он не выпускал меня из вида до тех пор, пока приблизился корабль и подана была спасательная лодка. Так я по милости сильного Бога остался жив!
Теперь я верю, что Бог, Создатель всего, спас меня. Отныне я хочу служить Господу вместе с вами!
Колокола
Таня и Алина возвращались домой из воскресной школы. Всегда веселая, Алина сегодня была скучной и задумчивой. Низко опустив голову, она молча шла, не обращая внимания на подругу. Такое поведение Таня долго терпеть не могла. Она так сильно толкнула плечом свою попутчицу, что та чуть не упала.
Что случилось?в испуге воскликнула девочка.
Что случилось, что случилось!передразнила Таня.Это я и хочу знать! Почему ты молчишь? Что с тобой?
Я не могу забыть те колокола, что показывала нам учительница.
Ах, вот ты о чем!Таня недовольно передернула плечами.Я не знаю, разве это очень важно? Нам только по двенадцать лет. Неужели Иисус хочет, чтобы мы, как взрослые, говорили о Нем другим? Не знаю...
Но взволнованная Алина продолжала:
Ты ведь слышала, как Анна Ивановна читала нам: Сказываю же вам: всякого, кто исповедает Меня пред человеками, и Сын Человеческий исповедает пред Ангелами Божьими; а кто отвергнется Меня пред человеками, тот отвержен будет пред Ангелами Божьими.
Медленно, задумавшись о сказанном, она добавила:
Я хочу быть хорошим колоколом, звонящим для Иисуса.
Алина снова замолчала. По ее лицу скользнула едва заметная улыбка, но быстро исчезла. Какая-то озабоченность тенью легла на нем. За это время Таня нашла себе новую подружку на другой стороне улицы.
Я иду к Любе!крикнула она и исчезла.
Алина так и не заметила, куда она девалась. Перед ее глазами все еще стояли те четыре колокола... Прошедший урок так живо звучал в ее сердце.
Мы, люди, как колокола,говорила учительница.Мы должны звать, привлекать, предупреждать. Посмотрите, как выглядят эти колокола.
Анна Ивановна подняла доску повыше.
У него нет языка!громко закричали ребята.Он не может звонить! Его в мастерскую нужно сдать!
Иногда вы, дети, похожи на этот колокол,улыбаясь сказала учительница.
Буря протеста вырвалась из уст учеников.
Мы ведь все имеем языки! Мы можем говорить! Даже очень громко!
Лицо учительницы стало серьезным и все дети внезапно утихли.
Можете ли вы всегда и везде говорить об Иисусе? Или у вас исчезает язык, когда кто-то насмехается над Спасителем в школе? Если, детки, вы принадлежите Христу, вы должны звенеть, как колокольчики, и всех звать, привлекать к Иисусу. А ведь часто так бывает, словно вы потеряли дар речи!
Широко открытыми глазами смотрели девочки и мальчики на доску, когда рядом с первым учительница поставила второй колокол.
Может быть, вы, как второй колокол? Посмотрите на него! Язык у него слишком длинный. Когда он звонит, получается очень тонкий, писклявый звук. Такой колокол не может предупредить об опасности или пожаре, да и красиво звонить он не может. Бывает ли у вас так? Когда вы за спиной старших говорите нехорошие слова и рассказываете плохие истории, то не длинный ли ваш язык? А когда необходимо сказать о Христе, он быстро замолкает и вообще не издает никакого звука!