Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Водила я, кстати, весьма неплохо. Даже учиться особо не пришлось, села и поехала. Не боялась, не сомневалась, иногда даже мужа своим хладнокровием на дороге удивляла. Когда я была за рулём, а он на пассажирском месте, он неизменно присматривался ко мне, и, видя, как я лихо обхожу другие автомобили, лишь ухмылялся. Даже сказал как-то, что мне надо привнести немного «дорожной» уверенности в другие сферы моей жизни.
В городе я появилась на следующий день, млея от мощи двигателя под капотом новенького автомобиля, от ветра в волосах, держала руль, а останавливаясь на светофорах, поглядывала по сторонам, замечая чужие взгляды, обращённые ко мне и моему автомобилю. Посмотрела в зеркало заднего вида, увидела джип охраны, и, как только загорелся зелёный свет, повернула к ресторану «Антония», где мы собирались отмечать годовщину свадьбы. Торжество было назначено на эту пятницу, времени оставалось совсем немного, а вот проблем только прибавлялось, с каждым часом. Так, по крайней мере, мне казалось. Организатор торжества, по виду толковая женщина лет сорока, без конца мне звонила и спрашивала моего мнения по каждой мелочи. Это несколько раздражало. Поэтому я и решила сегодня лично посетить банкетный зал, осмотреться и выдать ещё ряд указаний, надеясь, что после сегодняшней нашей встречи, Елена Кирилловна оставит меня в покое, хотя бы на сутки. Прежде чем я успела вынуть из замка зажигания ключи, дверь уже открылась и мне подали руку, чтобы помочь выйти. Я послушно сделала всё, что от меня требовалось, даже улыбнулась охраннику, правда, мысленно, в который раз за последние несколько месяцев, подивилась, для чего Серёже понадобился весь этот цирк с охраной. Раньше я совершенно спокойно передвигалась по городу одна, а потом он вдруг обеспокоился моей безопасностью. Это он так говорил. Но я подозревала, что это очередной штрих в образ благосостояния нашей семьи, Серёжка любит такие штуки. Поначалу я напрягалась из-за постоянного присутствия за спиной охраны, но немного поспорив с мужем на эту тему, поняла, что исправить ничего не смогу, легче смириться и надеяться, что вскоре ему надоест эта затея, и он избавит меня от «компании». А чтобы чувствовать себя свободнее, посоветовала себе не думать о том, что за каждым моим шагом наблюдают, вероятно, готовые в любую минуту прикрыть меня грудью. Прикрывать меня ни от кого не приходилось, а вот пакеты с покупками ребята носили исправно, и это помогло мне смириться. Зачастую я отказывалась от водителя, ехала в город на своей машине, а они за мной следом. Кино, да и только. Порой чувствовала неловкость, когда люди удивленно косились на меня, а я шла, сопровождаемая маленькой армией. Я каждому из этих ребят едва макушкой до плеча доставала, и каждый раз, когда смятение на меня накатывало, я принималась гадать, от чего и от кого они меня защищают. Город наш хоть и областной центр, но даже не миллионник, и, признаться, я ни об одном громком преступлении в последние пять лет не слышала. Неужели Серёжка на самом деле опасается, что меня похитят посреди белого дня? Кто, интересно, осмелится?
Анастасия Николаевна. Мне навстречу вышел управляющий рестораном, и радушно заулыбался. Я улыбнулась в ответ, и руку ему первой протянула. Ждём вас, ждём. Зал уже украсили, только цветы осталось привезти, но это в пятницу. Думаю, вечер получится замечательным.
Очень надеюсь.
Мы со своей стороны, сделаем всё необходимое.
Спасибо.
Мы вошли в банкетный зал, я остановилась на пороге, оглядывая интерьер, затем обернулась на охранника.
Лёша, я пробуду здесь около получаса. Вы с ребятами можете
Анастасия Николаевна, я здесь побуду.
Он был вежлив, но непреклонен. Я нахмурилась, ощутив лёгкое беспокойство, но быстро отвлеклась, когда подошла Елена Кирилловна, с улыбкой и толстенной папкой в руках. Я слушала организатора, с чем-то соглашалась, с чем-то нет, вникала в суть, но время от времени косилась на охранника, который так и стоял в дверях. Не знаю почему, но его ответ меня обеспокоил. Он не в первый раз отказывался отходить от меня на людях, но сегодня он мне показался настроенным особо серьёзно.
Лёша. Мы шли к выходу, охранник услужливо распахнул передо мной дверь, я сделала шаг на улицу и едва не натолкнулась на другого охранника, который вырос передо мной, как из-под земли. Вот тут я заволновалась всерьёз. Не из-за того, что они меня со всех сторон обступили, а из-за того, что становилось понятно что-то происходит. И оказавшись в машине, подняла глаза на Алексея. Лёша, скажите, что-то случилось?
Он закрыл дверь моего автомобиля, она мягко хлопнула, а охранник уставился на меня честными глазами.
С чего вы взяли, Анастасия Николаевна?
Вы меня ни на минуту не оставляете.
Он плечами пожал.
Сергей Александрович приказал. И улыбнулся мне. Вы не волнуйтесь, всё в порядке.
Как же, пробормотала я, выезжая со стоянки. Остановилась перед тем, как выехать на дорогу, подумала и решила поднять крышу автомобиля. Вдруг неуютно стало. Я без конца косилась в зеркало заднего вида, на машину охраны, а беспокойство лишь нарастало. Зачем мне, вообще, охрана? И ведь у каждого из них под мышкой кобура.
Вечером я устроила мужу допрос. Серёжка в ответ на мои вопросы рассмеялся, притянул меня к себе и обнял. Я ткнулась носом в его плечо, замерла так, не собираясь обнимать мужа в ответ, стояла и ждала, когда он прекратит валять дурака и скажет мне правду. Серёжка не сразу, но понял, что верить я ему не спешу, и отпустил меня с тяжким вздохом.
Стась, ну в самом деле.
Зачем мне охрана? посуровела я. Что происходит?
Ничего. Он даже руками развел. Охрана для порядка.
Для какого порядка? попробовала я возмутиться. А потом тише и значительнее добавила: Серёжа, у них оружие.
Так это охрана, удивился он. Что у них должно быть?
Я сурово прищурилась, глядя на него.
Мне всё это не нравится. Мне не нравится, что за мной неотрывно следят, не нравится, что я постоянно чувствую их взгляды. Как долго это будет продолжаться?
Серёжка зубы сжал, я заметила, как на его скулах желваки заходили. Отвернулся, руки в бока упёр. Потом сказал:
Потерпи.
Что значит потерпи?! До чего мне терпеть? Раз ты говоришь, что ничего не происходит!
Стася!.. Он прикрикнул на меня, обернулся, взглядом обжёг, но поторопился взять себя в руки, и даже улыбнуться попробовал. Я тебе обещаю, что это ненадолго.
Я отвернулась от него.
Меня не это беспокоит, не сроки, а то, что происходит. И что ты от меня скрываешь.
Да ничего я не скрываю. Просто перестраховываюсь. Глупо, конечно, но так мне спокойнее. Хочу быть уверен на двести процентов, что с тобой всё в порядке. Подошёл, хотел поцеловать, но я увернулась. Серёжка покаянно опустил голову и усмехнулся. Они так тебя злят?
Не злят. Я боюсь того, из чего последовало их появление.
Это бизнес, милая.
На это у меня никогда ответа не находилось, по крайней мере, достойного. Серёжа иногда говорил так, будто слово «бизнес» многое объясняло. Для меня, к примеру, абсолютно ничего. Мужчины вообще многое пытались объяснить своим стремлением заработать побольше, и я уже не раз замечала, как знакомые мне люди менялись под грузом ответственности и обеспеченности. Мама всегда говорила, что чем денег больше, тем больше хочется. Это было правдой. Порой люди переступали черту, не замечая того, и для некоторых это заканчивалось довольно плачевно. Не хотелось, чтобы моего мужа постигла та же участь.
Новый контракт? спросила я чуть погодя. Беспокойство не унималось, и мне необходимо было выяснить подробности. Нужно было знать, что Серёжка не ввязывается во что-то плохое и опасное.
Нет. Хочу продать кое-что. Деньги большие, а большие деньги, как известно, привлекают всякую саранчу. Как только бумаги подпишем, всё закончится. Ты потерпишь? Он подошёл ко мне, улыбнулся, а я вглядывалась в его глаза, отчего-то не спеша мужу верить. И не верить причины не было, вот я и мучилась сомнениями. В конце концов, благосклонно кивнула.
Спасибо тебе большое, серьёзно сказал Сергей, и сам же рассмеялся.
Пятница началась приятно. Впереди был день, полный хлопот, а пока мы нежились в постели, Серёжка даже на работу не спешил. Отмахнулся от звонившего телефона и вернулся ко мне. Я рассмеялась, когда он с головой нырнул под одеяло, откинулась на подушке и с ощущением счастья в душе, закрыла глаза. А когда Серёжка поднялся надо мной, притянула к себе и проговорила ему в губы: