Марти охала и ахала, разглядывая приданое Нелли,здесь было все, что нужно для ведения хозяйства в новом доме. Матушка собиралась сшить для нее еще одно лоскутное одеяло. Марти с улыбкой поинтересовалась, кто волнуется перед предстоящей свадьбой больше: Нелли или ее мать. В ответ обе рассмеялись.
Вскоре кофе был готов, женщины достали рукоделье и уселись поболтать.
Они поговорили о событиях, которые произошли в округе, выразили сожаление по поводу случившегося с миссис Макдональд и во всех подробностях обсудили предстоящую свадьбу.
Когда в разговоре наступила пауза, Марти заговорила о том, ради чего приехала.
На прошлой неделе ко мне заезжал Томмикак я его просила.
Матушка кивнула.
Да, он говорил, что был у вас.
Он сказал, что был не один?
Даже словом не обмолвилсяМатушка прекратила работу и внимательно посмотрела на Марти.
Он приехал он был вместе с Оватикой.
Матушка сидела не шевелясь, игла Нелли тоже застыла в воздухе.
Он сделал это по моей просьбе,поспешно добавила Марти.Я решила, что кто-то должен познакомиться с ней и посмотреть на нее. Я подумала, что появляться в вашем доме ей будет неловко, поэтому позвала ее к себе.
Глаза матушки молили Марти продолжать: ей так хотелось узнать побольше о той, которая пленила сердце ее сына.
Нелли опередила мать:
И что она собой представляет?
Она очень красивая. И она чудесная девушка. Неудивительно, что Томми влюбился. Гибкая и стройная, как ива. У нее смуглая кожа, большие темные глаза и длинные черные косы. Она образованна и очень хорошо говорит по-английски. Еще она воспитанная, учтивая и
Боже милосердный!прошептала матушка, откладывая в сторону рукоделие и качая головой.Что же нам делать?!
Некоторое время все трое сидели молча.
Наконец Марти мягко сказала:
Ей тоже нелегко. Она любит Томми, это сразу видно. Но, мне кажется мне кажется, Томединственный белый человек, которого она любит и которому доверяет. Ее дед, он он ненавидит белых и, похоже, не без оснований. После того как Оватика лишилась родителей, он забрал ее из миссионерской школы. Думаю, она согласилась встретиться со мной ради Томми, но в ее глазах я прочла недоверие
Марти перевела дыхание и добавила:
И все же все же она сделала это ради Томми. И может быть, в свое время я не знаю.
Не поднимая головы, матушка закрыла лицо руками.
Если бы я знала, что делать Если бы я только знала,пробормотала она.
Не понимаю, в чем проблема,быстро сказала Нелли.Если они любят друг другапусть поженятся.
Матушка подняла глаза.
Ты еще молода, Нел.В ее голосе звучала горечь.Ничего не видишь, кроме любви. Поживи с мое, и поймешь, что такую семью ждут страдания и боль Их не примут ни здесь, ни там.
В колыбельке завозилась Элли, и Марти встала, чтобы взять малышку на руки. «Стоило ли говорить все это?размышляла она.Стоит ли и дальше защищать Томми и его возлюбленную?» Пока ей не дано знать, правильно ли она поступила. Марти рассказала, какой она увидела юную индианку, рассказала о ее силе, любви и сомнениях. Теперь пусть решает матушкаи да поможет ей Бог!
«Господи, я прошу Тебя об этом уже много дней,молилась она про себя, прижимая к груди маленькую Элли.Прошу Тебя, открой Твой путь всем намматушке, Бену, Тому, Оватике. И благослови ее старого деда, Господи. Дай ему увидеть Тебя, пока он жив»
Глава двадцать первая. Его преподобие Натсон
Бен запряг лошадей и отправился на железнодорожную станцию в соседний город встречать священника. После долгого путешествия его преподобие Натсон планировал провести пару дней в маленькой гостинице, а затем перебраться в дом Уотли, где пастор и будет жить.
От волнения Белла Уотли не находила себе места. Подумать только! Она удостоилась чести приютить у себя не только школьного учителя, но и нового священника! Однако она была не из тех, кто надрывается от непосильной работы. Хотя миссис Уотли без умолку говорила о скором прибытии пастора, готовиться к нему она поручила дочерям.
Из города до поселенцев быстро долетел слух о том, что у них действительно появится «свой человек». Поначалу его преподобие, как и собирался, остановился в гостинице. В пятницу за пастором должны были приехать Уотли, чтобы отвезти его на место постоянного проживанияк себе на ферму. У него будет день, чтобы устроиться на новом месте и подготовиться к первой встрече с прихожанами.
Поселенцы с радостным волнением ждали воскресенья, упряжки и повозки тянулись к школьному двору с раннего утра. Приехали даже те, кто не отличался особым религиозным рвением, и хотя Зика Ла Хэя среди них не было, его жена и дети все же приняли участие во встрече с новым священником. Было ясно, что в помещении всем места не хватит, но денек, к счастью, выдался погожий, и во дворе на скорую руку соорудили несколько скамей.
Марти приготовилась увидеть еще одного щуплого человечка вроде учителя, рассудив, что «видимо, уж таковы они, люди с Востока». Однако внешность его преподобия Натсона оказалась для собравшихся полной неожиданностью. Молодой священник был мало того, что высокого роста,это бы еще полбеды. Больше всего он поражал своими объемами. Пальто сидело на нем так плотно, что спереди не сходилось на необъятной талии; пуговицы трещали. Массивное туловище было увенчано круглой щекастой головой, этакой уменьшенной копией живота.
При виде этого пухлого лица казалось, что перед вами отчаянный весельчак, однако в уголках рта и глаз не было и следа морщинок, которые обычно появляются у тех, кто часто улыбается. Видимо, его преподобие Натсон был совсем не таков.
«Может быть, он еще не успел отдохнуть,подумала Марти.Наверное, к следующему воскресенью он придет в себя».
Священник говорил и пел рокочущим басом, и, несмотря на то, что не все гимны были знакомы прихожанам, пение удалось на славу. Его молитва тоже показалась Марти исполненной глубокого смысла. Она почувствовала, что его преподобие находится в весьма близких отношениях с Господом. Во время общей молитвы под руководством пастора Марти почувствовала, как ее душа воспарила.
Однако проповедь привела Марти в некоторое замешательство. Хотя у нового священника была великолепная дикция и красивый голос, многие его слова и мысли остались для Марти непонятными. Временами ей казалось, что она смутно догадывается, о чем идет речь, но тут же терялась вновь. Она досадовала на собственное невежество и решила, что по дороге домой обсудит проповедь с Кларком.
Выходя из здания школы, каждый ненадолго останавливался, чтобы представиться его преподобию и перекинуться с ним парой слов. Марти слышала, как многие из них одобрительно говорили: «Замечательная проповедь, пастор», что утвердило ее в мысли о собственной бестолковости.
По пути домой она поделилась своими сомнениями с Кларком:
По-моему, его преподобиеотличный священник.
Да вроде так.
У него такой красивый голос, даже во дворе его было слышно.
Да уж.
И он так красиво поет
Да, петь он умеет.
Кларк, о чем он говорил?
Кларк от души расхохотался.
Провалиться мне на этом месте, если я хоть что-нибудь понял,наконец сказал он, вытирая слезы.
Ты тоже не понял?
Ни бельмеса. Сомневаюсь, что его поняла хоть одна живая душа.
Я-то думала, одна я такая бестолковая,растерянно призналась Марти, и Кларк снова засмеялся.
Знаешь,сказал он, немного успокоившись,вроде бы наш священник изъяснялся насчет того, что человекэто особое создание и предназначение у него особое, но вот что за предназначениея так и не взял в толк. «Выполнить свое высокое предназначение»это он твердил беспрестанно. Но что именно он имел в виду, я не понял.
Марти молчала.
Может быть, он объяснит это в следующее воскресенье,предположила она. Марти тут же решила, что будет молиться за его преподобие: пусть он найдет общий язык с жителями округи и поймет их нужды. Ей так хотелось, чтобы ее детикак и все остальные детитеперь, когда у них есть собственный пастор, получали духовную пищу и воспитание.
Убирая со стола после ужина, Марти услышала во дворе топот копыт. Она выглянула в окно и увидела Томми. Он быстро спрыгнул с лошади, и прежде чем юноша вошел в дом, Марти успела заметить, что на нем буквально лица нет. Она поспешила к дверям.