Однажды, вечером, уже достаточно поздно, она услышала звонок. Номер был незнаком.
Слушаю, проговорила она на иврите.
Молчание. Потом взрослый мужской голос спросил:
Вы говорите по-английски?
Да, ответила Лина, и сердце забилось от волнения.
Она встала.
Здравствуйте, с вами говорит отец .Натаниеля.
Слушаю, вас. Что-то случилось с Натом? вскрикнула она и стиснула трубку.
Нет, успокойтесь, прозвучал властный голос, С ним все в порядке. Я хочу с вами поговорить, если вы не возражаете.
Да, конечно, я слушаю вас, ответила Лина и вся съежилась, как от озноба.
Вам не сказалНатаниель, кто он на самом деле? Из какой семьи? спросил он.
Нет, но в общем я поняла, что из семьи богатых людей. Он немного рассказывал о вас. Сказал, что у него есть отец, мать и еще трое сестер, и что он наследник.
Наследник чего? усмехнулся мужчина.
Не знаю, протянула Лина, вашей фирмы, вероятно.
Надо же, хмыкнул голос, Не сказал. Тогда я вам скажу, что он наследник ой короны и имя у него не Натаниель, как зовется у вас в Израиле, а Дитрих. После женитьбы я провозглашу его настоящим наследником. А ваши отношения заканчиваются. Думаю, что вы понимаете, что вы не пара моему сыну и ваш бастард нам не нужен. Кстати, советую избавиться от него. Если надо будет, то мы компенсируем вам пребывание в клинике. И также положим на ваш счет некоторую сумму, как отступные. Советую забыть моего сына. Вы молоды, еще встретите человека, и у вас будет семья и дети. Я знаю, что в вашей стране хорошая медицинская помощь и вам ее окажут в полной мере.
Я хочу услышать Натаниеля! закричала Лина, теряя терпение, Я больше не желаю вас слушать! Только он сможет мне указывать, что мне делать. Ведь это и его ребенок, слышите?
Да, понимаю, продолжил он, и жесткость послышалась в его голосе, Но он скажет вам тоже самое. Поверьте. Так будет лучше вам обоим. И не заставляйте меня принимать крайние меры. Подумайте. И прощайте.
Пошли гудки и Лина осталась стоять, все еще не остыв от разговора.
Что это было? произнесла она, с непониманием разглядывая гудящий телефон.
Набрала дрожащими руками номер и глухо сказала:
Кармит, приезжай. Мне плохо.
Через час в комнату влетела взмыленная девушка вместе с встревоженным Роном.
Что случилась? она опустилась на корточки перед бледной, сидящей на полу возле дивана, Линой.
Он больше не приедет, тихо произнесла она, Отец запретил. Только что мне звонил.
Как это? вскинула та брови, А Натаниель? Он что говорит?
Отец ему запретил. Сказал, что негоже мешать кровь принца с кровью простолюдинки. Советовал избавиться от ребенка.
Какой такой принц, ничего не понимаю. А сам Нат? Он знает об этом разговоре? Я думаю, что он не согласен со словами отца. Пока не волнуйся. Вот позвонит сам, и тогда поговорите. Думаю, что все это обойдется и Нат обязательно приедет за вами.
Его зовут не Нат, а Дитрих, сказала Лина и закрыв лицо руками, разразилась рыданиями.
Кармит и Рон, переглянувшись, покачали головами.
Чего только не происходит в жизни, начал Рон, присаживаясь к Лине на пол с другой стороны, Но ты не должна отчаиваться. Правильно говорит Кармит, дождись разговора с Натом, тьфу, с Дитрихом. И потом будем думать.
Через час позвонил Нат, и она присела к компу. Появилось его хмурое лицо.
Здравствуй, любимая, сказал он и закрылся ладонями, прости, я страшно виноват перед тобой. Не хотел говорить сначала, а потом просто боялся тебя потерять, помня наши разговоры про высший свет и твое отношение к нему. Я бы обязательно все тебе рассказал, но потом. И я хотел жениться на тебе.
И что же сейчас? спросила девушка, вглядываясь в любимые черты.
Сейчас не могу, дал слово матери, что женюсь на их выборе. Я наследник и не мне решать на ком, даже родители должны прислушаться к мнению Совета.
Ты поэтому сбежал? сказала с грустью Лина.
И не только. Я хотел свободы, свободы выбора, жизни. Но повязан по рукам и ногам. А встретив тебя, влюбился и не решался признаться. Теперь мы будем жить порознь, прости.
А как же наш ребенок? Твой отец советовал избавиться от него? А ты, что скажешь? Согласен его убить?
Что ты говоришь, Лина! вскричал он, Я хочу его, но ты сама реши. Если оставишь, то я буду помогать материально. А когда подрастет, обязательно помогу ему или ей во всем что касается и учебы и жизни. И еще. Я люблю тебя и буду любить всегда. Этот брак исключительно политический. А я буду наезжать к вам, хочу, чтобы наш ребенок знал меня. Я не отказываюсь ни от тебя, ни от ребенка. Но все равно приму любое твое решение.
Он смотрел на плачущую девушку и сам утирал слезы.
Она еще долго смотрела на него, как будто впитывала в себя его образ и, вздохнув, сказала:
Я подумаю и дам тебе ответ.
Нат кивнул и поцеловал экран. Она тоскливо улыбнулась и поцеловала тоже.
Они простились, чтобы больше никогда не увидеться. Так решила Лина.
Через неделю она вышла на его страницу и написала, что сделала аборт и чтобы он ее не искал.
Глава 17
Мадам Юрьевская, прошу вас прийти в школу, в голосе директрисы прозвучал холодок.
Лина положила трубку и посмотрела на сына, который, нахохлившись, сидел на диване и хмурил брови.
Что случилось Динат? спросила она, выключив телефон, Опять выяснения отношений в классе?
Нет, на тренировке, отмахнулся подросток.
Уже и там ты отличился, тяжело вздохнула женщина, присев за стол.
Мама, я за правду, начал кипятиться мальчишка, Говорю, что я королевской крови, а они надо мной смеются. Не верят мне. Я даже честное слово давал.
Боже мой, сын, всплеснула она руками, Зачем тебе это надо? Если я рассказала тебе, кто твой отец, то к чему это выносить на люди. Конечно, тебе не верят. Считают фантазером, если не сказать хуже. Я раскаиваюсь, что рассказала тебе обо всем. Хотела, чтобы ты меня понял, понял, почему мы живем здесь, почему он тебя не знает. Это душевная травма и мы должны с ней бороться и оставить в прошлом и чем раньше, тем лучше. Ты знаешь, кто твой отец, знаешь свои корни, и этого достаточно. К тому же я поделилась с тобой, а ты так меня подвел, выдал нашу тайну. Как я смогу тебе доверять?
Лина покачала головой и пересела к мальчику на диван. Привлекла к себе и поцеловала в макушку.
Я очень любила твоего отца и очень хотела тебя родить. Но там это было невозможно. Поверь.
Тогда, почему мы уехали из Израиля сюда, в Канаду?
Потому что здесь у меня хорошая работа, и я смогла купить нам дом. Здесь нас приняли и помогли устроиться. Оставаться там не было резона. А здесь нам хорошо. Согласен?
Парень кивнул и поцеловал мать в щеку.
Я люблю тебя.
А я тебя, склонилась Лина к его голове и слегка вздохнула, Обещай, что больше не будешь рассказывать никому о нашей тайне. А что зовут тебя «принц» так это лучше, чем, скажем, «дебил», сказала она это уже по-русски.
Мальчик откинул голову и засмеялся. Он знал этот язык. Мать обязала его не только учить говорить, но и читать и писать, ссылаясь на их корни. Много рассказывала историй их рода и то, что они тоже высоких кровей, восходящих к русским царям. И прививала ему терпимость и достоинство.
Обещаю, проговорил он.
Будем обедать, вздохнула Лина, и потом мне в школу.
Прости, ладно? Я постараюсь тебя больше не нервировать.
Верю, она потрепала того за волосы и заглянула в такие же, как и у отца теплые карие глаза.
Вечером, она вспоминала разговор с директрисой и улыбалась. Кличку «принц» Динат заработал, не когда хвастался о своем отце, а за выдержку, самостоятельное мышление, хорошую учебу и способности к языкам. Он был похож на отца не только внешне, но и по характеру. А уж его лидерские качества проявились еще ранее, и он уже был назначен в свои десять лет капитаном школьной команды юниоров. Игру в бейсбол он любил, и тренер в нем души не чаял. За это ему многое прощалось, но иногда его чувство справедливости было настолько обостренным, что он взрывался. Ярость затмевала ему голову, и он бросался на любого, кто пытался его унизить. Вот и сегодня ей пришлось просить прощение у родителей одного из школьных знакомых сына. Она обещала, что поговорит с ним, но и просила, чтобы те тоже обратили внимание на слова, которыми можно не только ранить, но и убить. Особенно, когда это ложится на неокрепшие души подростков. Те тоже согласились и все остались довольны.