Всего за 169 руб. Купить полную версию
Увы, не вышло. После пробежкидуш, потом чай Сижу на диване, закрыв глаза, не замечаю, как погружаюсь дрему. Просыпаюсь от собственного стона. Я по-прежнему в комнате, кожа горит в огне, воздух вырывается изо рта со свистом, голова тонет в тумане, а тело вздрагивает от только что пережитого наслаждения.
С трудом прихожу в себя и сажусь, опираясь на руки. Что это сейчас было? Пытаюсь вспомнить, что снилось, и понимаю одно: я как безумная целовалась с глазастым гостем.
Вот дура! ругаю себя в душе и холодной водой прогоняю жар из тела и мыслей.
В кровать ложусь, дрожа от озноба и злости на себя, и даю установку мозгузабыть клиента, как страшный сон.
Сила воли у меня отменная, через пару дней я возвращаюсь к привычному ритму деловой жизни.
Обычно после скандалов провинившиеся сотрудники банка получают от меня заряд бодрости в виде благословенного пенделя и какое-то время работают как отлаженный механизм: все по протоколу, все по четкому времени и расписанию.
Сегодня машина подвозит меня к первой ступеньке широкого крыльца. Я захожу в огромный холл банка и направляюсь к себе. Это традиция. День начинаю с осмотра операционных залов. Сотрудники об этом знают и готовятся. За мной бежит секретарь Ярик.
Ева Сергеевна, позвольте рассказать ваш сегодняшний график. В десять часов совещание с менеджерами.
Угу
Судебные приставы прислали отчёт по должникам. Он лежит у вас на столе.
Ясно.
В двенадцать бизнес-ланч с партнерами. Финансовый отдел подсчитал прибыль банка за месяц.
И как?
Спрашиваю между делом, на ходу, пересекая холл, сама знаю, что этот месяц был успешным.
Она выросла на пятнадцать процентов.
Отлично.
Мы поднимаемся на эскалаторе на второй этаж. С высоты хорошо просматривается весь зал. Ровно через пять минут откроются двери, в которые хлынут клиенты. Они напоминают мне шумный горный поток, наполненный живительной силой денег.
В шестнадцать ноль-ноль у вас запланирован телефонный разговор с директором австрийского банка.
Хорошо, довольно улыбаюсь: наконец-то длительные переговоры подошли к концу, можно выдохнуть.
Да, звонил ваш отец.
Эту новость Ярослав оставляет под самый конец, знает, хитрец, что она меня взволнует.
Зачем?
Я замираю на месте, сотрудники вокруг, приготовившиеся уже выдохнуть, тоже застывают. Это похоже на игру «Тише едешьдальше будешь». Никто не знает, в кого полетит стрела моего недовольства, а мелких нарушений я заметила уже достаточно.
Не в курсе. Сказал, что хочет поговорить, голос секретаря звучит где-то сзади, хотя до этого Ярик бежал рядом со мной.
Черт! Как не вовремя! Радужный свет утра меркнет, словно солнце скрывается за тучей. Настроение мгновенно портится. Смотрю на секретаря снизу вверх, а он не знает, куда спрятаться от моего пристального взгляда.
В третьем окне оператор болтает по телефону, трогаюсь с места.
Разберусь, бежит за мной секретарь.
Я не оборачиваюсь, но знаю, что он чертит ребром ладони по горлу, и все сотрудники без слов понимают его знаки. Ярикмоя негласная связь с коллективом.
В детской зоне надо обновить канцелярские принадлежности.
Записал!
На столе у оператора кредитного отдела лежит книга. Ей больше заняться нечем?
Выясню.
Почему уборщица без перчаток и маски?
Уволю и разберусь с отделом кадров, который принял ее на работу.
Я резко останавливаюсь, Ярик налетает на меня и отпрыгивает в сторону.
Увольнение! Увольнение! Я что, похожа на злобного босса?
Д-да, заикается секретарь.
Как ты смеешь? от шока больше ничего не могу сказать.
Простите, оговорился.
Сделай уборщице предупреждение, и все!
Хорошо.
Не доходя до своего кабинета, сворачиваю в приемную отца. Нужно сразу выяснить, зачем я ему понадобилась, иначе весь день пойдёт насмарку. Заметив меня, секретарша прячется за экраном монитора. Ещё бы! Эта птица на днях посмела преградить мне дорогу. Она знает: я не умею прощать.
Дверь открываю и сразу прохожу в кабинет. Отец разговаривает по телефону и рукой показывает мне на кресло. Сажусь. Отчего-то сосет под ложечкой. Нюхом чувствую неприятности. Наконец отец поворачивается ко мне.
Ева, я слышал, ты уволила менеджера кредитного отдела.
Да, он допустил серьезный промах. Ты уже знаешь о заложнике в моем кабинете?
И в чем вина менеджера? Он сделал все согласно уставу.
Но почему не доложил о ситуации на совещании? Не так уж часто у нас мошенники обманывают невинных старушек на такую сумму.
Ева, где твоё воспитание? вижу, что отец начинает заводиться.
А причём тут воспитание? Обычный деловой подход.
У тебя каменное сердце! Ты робот, думающий только о работе. Готовься к замужеству!
Я богатая и умная! Зачем мне брак? Лишняя головная боль!
Ты же женщина! Без брака у тебя не будет детей, а без них жизнь несостоятельна.
Что за предрассудки, папа? все-таки ему удаётся вывести меня из себя. Родить ребёнка можно и без замужества. Да и без детей жизнь не остановится.
А кому ты оставишь в наследство свою империю?
Над этим вопросом я как-то не задумывалась. Это такая отдаленная перспектива, что и в мыслях не было подобного расклада.
Н-у-у-у
Баранки гну! рявкает отец. Заруби себе на носу: за этот год ты должна выйти замуж и родить, иначе
Что иначе? Продашь компанию и раздашь деньги бездомным?
А это выход! Ты сама так сказала. Но генеральным директором ты никогда не станешь, это я тебе гарантирую. А пока
Отец подходит к столу и берет в руки файл. Я напрягаюсь: какой ещё сюрприз он мне приготовил.
Что пока?
А пока я развернул твои предложения по договору с австрийским банком. Только что поговорил с его президентом.
Па-па! от предательства родителя даже засосало под ложечкой. Несколько месяцев работы коту под хвост!
Вот и подумай над моими словами!
Вылетаю из кабинета, разъярённая, как тысяча пантер. Готова растерзать первого, кто попадётся на дороге. Но сотрудники словно чувствуют состояние босса, заметив меня издалека, сворачивают в сторону и исчезают. Даже Ярика нет на своём месте.
Врываюсь в кабинет и спотыкаюсь. Что это? У меня глюки или опять он?
На диване сидит Денис Арсеньев и как ни в чем ни бывало прихлебывает из чашки кофе. Секретарь стоит перед ним, склонившись, и заискивающе заглядывает в глаза.
Какого черта вы здесь делаете?
Я подлетаю на полном ходу к гостю и резко торможу, только что искры не летят из-под каблуков. И тут один из них подворачивается. Как раз вовремя, чтобы еще больше унизить свою хозяйку. Вскрик вырывается помимо моей воли, наступить на ногу не могу: при каждом шаге боль простреливает виски.
Только растяжения для полного счастья не хватало. А все из-за этого тушканчика ушастого!
Хромая, иду к столу и плюхаюсь в кресло.
Снимите туфли, предлагает гость.
Спятили? Женщина без каблуков словно солдат без оружия.
Тогда хромайте, пожимает плечами он.
Что вы делаете в моем кабинете? шиплю сквозь зубы, нога болит немилосердно.
Пью кофе. Или нельзя?
Он смотрит на меня с таким невинным выражением лица, что я давлюсь собственной злостью и закашливаюсь.
Вамнет! отрезаю, не раздумывая ни секунды. Ярослав, проводи гостя!
Не получится, тихо отвечает секретарь. У него бумаги.
Какие? Почему я должна заниматься рутиной? Зачем тогда держу целый штат сотрудников?
Да вы не нервничайте так сильно, широко улыбается визитёр и подмигивает. Я икаю от неожиданности. Может сосуд лопнуть в глазном яблоке, оно станет красным. Хромая, с красным глазом Ух! Зрелище не для слабонервных.
Ах, ты! Ах, ты
Больше не нахожу слов от возмущения: они вместе с выдохом застревают в горле.
Разворачиваю кресло к окну: нужна передышка. Больше не хочу видеть эти прозрачные глаза и губы, с которых слетают ядовитые слова.
Гость за спиной тоже молчит.
Внизу шумит и торопится большая улица. Мелькают автомобили, мигает сигнал светофора на перекрёстке, куда-то бегут прохожие. Я смотрю на эту утреннюю суету и неожиданно успокаиваюсь. Поворачиваюсь к парню лицом и разглядываю его уже с интересом. Он вдруг смущается, ставит чашку на блюдце, но промахивается, та звякает, гость пугается и слегка краснеет.