Всего за 149 руб. Купить полную версию
Села на лавку, безбожно зевая, и стала слушать утреннее пение птиц, чуточку ежась от прохладного ветра и недосыпа. Подняв ноги, обняла колени и положила на них подбородок, изо всех сил стараясь не уснуть.
Улица оживала. Кто-то торопился на работу, самые ранние мамочки вели детей на прогулку, а я зачем-то продолжала сидеть на улице.
Сонно медитировала на лавке, когда во двор въехала машина Давыдова. Он припарковался у подъезда и вышел из авто. Увидев меня, широко распахнул глаза и споткнулся. Его кадык дернулся, а ладони Захар спрятал в карманы джинсов.
Аня, ты что здесь делаешь? хрипло поинтересовался он.
Сижу, пожала я плечами, игнорируя бешено колотящееся в горле сердце.
Утром на лавке? Ты вообще спала? Что происходит?
Не умеешь ты, дядя Федор, мажоров курощать, глубокомысленно изрекла я. Учись, пока я жива.
Выражение лица Захара стало непередаваемым. Он вздернул одну бровь и сжал губы в линию, стараясь не рассмеяться.
Понятно, хмыкнул Захар, что ты устроила, катастрофичная моя?
Бодрое пробуждение, индифферентно сообщила я, пропуская мимо сознания обращение «моя».
Только мажору или остальным соседям тоже? угрожающе прошипел Давыдов.
Я помолчала, с интересом разглядывая раскидистый куст в палисаднике напротив, а потом спокойно произнесла, ковыряя указательным пальцем брюки на коленке:
А чего они все молчат? Пусть учатся революции и диверсии устраивать.
Слушай меня, революционерка, серьезно сказал Захар, заканчивай свою диверсию и дай людям нормально поспать! Аня, пожалей народ, им и так от Макара достается.
Его музыку слышит весь дом, а мою только он. Ну еще, может, твоя подруга с первого этажа.
Аняпростонал Давыдов.
Я только тяжело вздохнула. В этот момент к дому подъехал полицейский УАЗик. Из недр авто вышли трое недовольных мужчин в форме и пошли прямо к нам.
Это за тобой, злорадно сообщил Давыдов.
Жизнь несправедлива. Где они ночью были? печально поинтересовалась я, добавляя в копилку мажора еще один грешок и мысленно уже собирая вещи в дальнюю дорогу на дедушкину дачу.
Здравия желаем! гаркнул мужчина, поравнявшись с нами. В седьмой квартире кто проживает?
Давыдов скрипнул зубами, поднялся, достал из кармана удостоверение и жестом велел мужчине отойти в сторону. Они пару минут о чем-то поговорили, и вскоре все трое спокойно нас покинули.
Захар вернулся ко мне и навис грозовой тучей, уперев ладони в бедра.
Услуга, да? невинно поинтересовалась я, поднимая голову.
Пошли завтракать, революционерка, вздохнул он, протягивая мне руку.
Нет, замотала я головой. Прядь волос выпала из прически, падая на лицо.
Давыдов замолчал, внимательно меня рассматривая, потом болезненно прикрыл глаза и громко выдохнул.
Это Макар наряд вызвал? полюбопытствовала я.
Захар оставил мой вопрос без ответа. Просто сурово нахмурил брови, подошел еще ближе и проговорил:
Аня, я только приехал с работы, не спал всю ночь и просто хочу выпить чаю и лечь спать. Поэтому заканчивай свои диверсии и позавтракай со мной.
Позавтракай со своей поклонницей, посоветовала я.
Не могу, саркастично хмыкнул Давыдов, она вчера так впечатлилась твоей речьюон весело хохотнул. Пойдем, ты же засыпаешь на ходу.
Ладно, согласилась я. Но я иду к себе.
Неловко поднялась, разминая затекшие мышцы под тяжелым взглядом Захара, и первая вошла в подъезд.
Глава 12
Гордо прошла мимо Давыдовской квартиры и уже подняла ногу, чтобы ступить на лестницу, как Захар произнес:
Аня, мне нужна твоя помощь.
Я резко обернулась и, изогнув бровь, вопросительно на него посмотрела:
Какая?
В одном расследовании, загадочно протянул Давыдов.
Я не смогла сдержать азартную улыбку. Какой студент журфака, выбравший криминальное направление, не захочет помочь в расследовании? Я часто просила Серёню или папу взять меня с собой, но всегда натыкалась на категоричный отказ. А тут сами предлагают.
А моя помощь в чем должна заключаться? полюбопытствовала я.
На месте решим, махнул рукой Захар, вставляя ключ в замочную скважину. Так что? Я могу на тебя рассчитывать?
Да, кивнула решительно.
Тогда вырубай свою диверсию, поспи немного, в четыре выезжаем, сказал Давыдов, открывая входную дверь, и вдруг зарычал: Аня А ну стой! Какого хрена? Аня, мать вашу? Это что? злился он.
Я зажмурилась и подавила в себе желание спрятаться под дверной коврик, ибо других укрытий поблизости не наблюдалось.
Иди сюда, прошипел Захар и пошире открыл дверь.
Звуки были впечатляющие. «Если близко воробей, мы готовим пушку!» звучало словно из самих стен, и создавалось ощущение, что эту самую пушку везут где-то очень близко и совсем скоро начнут палить.
Я сейчас все выключу, пообещала быстро.
У тебя минута, угрожающе сообщил Захар, а я дунула наверх.
Влетела в Серёнину квартиру, отключила свою «диверсию» и удовлетворенно уселась на диван.
Наконец-то, донеслось из-за стены.
Молчи, убогий, огрызнулась я.
Еще раз врубишь эту мутнюпригрозил мне голос, голову откручу.
А я думала, папе пожалуешься, хмыкнула я.
Охренела совсем? разозлился мажор.
Макар, для существа, чьи мозговые функции ограничиваются вечеринками, попойками и трехминутным наслаждением, ты слишком уж разбушевался!
Ты попала, пообещал мне мажор.
Позвони папе, скажи, что тебя девочка обижает, посоветовала я.
В стену шарахнули, грубо выругались и, наконец, воцарилась тишина.
Один-один, тихонько прошептала я, глядя на Киллера, который с удобством расположился на моей подушке, явно не собираясь освобождать теплое местечко.
Вздохнула, расчесала волосы и, насыпав корм рыбкам, ушла спать на диван. Потому что выгонять наглого пушистика было чревато последствиями.
Стоило только голове коснуться подушки, как я уплыла в глубокий сон, а проснулась от звука мобильного. Звонил Захар, чтобы меня разбудить и напомнить, что через полчаса мы выезжаем.
Умылась, выпила кофе и ровно в оговоренное время вышла из квартиры Прямо в объятия Захара. Потому что я торопилась, а он, видимо, решил не ждать меня внизу.
Поймал, радостно сообщил он, прижимая меня к груди.
Премного благодарна, промямлила я, вдыхая аромат его парфюма. Резкий и терпкий, но отторжения он не вызывал. Наоборот, хотелось крепче прижаться к широкой груди, зажмуриться и
Я широко распахнула глаза, уперлась ладонями в грудь Давыдова и отстранилась. Он с неохотой разжал руки и спрятал их в карманы. Мы дружно не смотрели друг другу в глаза, пока я поправляла тонкую блузку и запирала дверь на замок. Молча вышли на улицу и устроились в авто Давыдова, которое за день успело знатно нагреться, хоть и стояло в тени деревьев. Захар включил кондиционер, но и он не спасал. Чтобы как-то отвлечься от дискомфорта, пристала к Захару:
Что за расследование?
В кондитерскую моей сестры недавно заглянули мошенники и обманули ее продавца на крупную сумму денег.
Вот сволочи! не сдержалась я. Захар, а когда ты их поймаешь, можно я у них интервью возьму? поинтересовалась, скромно потупив ресницы.
Зачем?
У меня через три недели начинается практика в нашей газете. Может, опубликуют
Про этих писать не нужно, это мое личное расследование.
И что ты сделаешь, когда поймаешь? подозрительно уточнила я.
Захар промолчал, свернул к парковке у крыльца кондитерской и взглядом указал мне на выход.
Глава 13
Кондитерскую, куда привез меня Захар, я хорошо знала. Она находилась через квартал от кофейни матушки. Небольшой уютный торговый зал, все полки которого были заставлены сладостями. От их вида у меня челюсти свелозахотелось отведать все и сразу.
Аня, познакомься, это Ярик, отвлек меня от гастрономических мечт Давыдов.
Я гулко сглотнула, заставляя себя отвести взгляд от полок, и вежливо кивнула парню. Высокий, на вид лет двадцати, худощавый блондин в очках с тонкой золотистой оправой и невероятно добрым взглядом.