Весь день мой мозг парит в туманности Андромеды, я ни на чём не могу сосредоточиться. Суп варится часа три, почта так и не была проверена, хоть и открывалась раз пять. Буквы не складываются в слова, а слова в предложения, веки опускаются сами собой, чтобы дать волю воспоминаниям. Алёша, как всегда, ноет и ноет, требуя внимания, а мне так нужно побыть наедине с собой! Так хочется жить для себя, быть самой собой, мечтать, наслаждаться своими эмоциями, ощущениями.
Но, к сожалению, должность мамы не подразумевает выходных и отпусков, и около пяти вечера, как только спадает жара, мы с Алёшей выходим в парк. Неожиданно я получаю сообщение со смайликомон улыбается. За ним ещё и ещё: смайлики строят мне рожицы. Выждав около часа и пересмотрев все его эмотиконы, я пишу:
«А словами слабо?»
«Нет! Когда я тебя увижу?»
«Когда ты хочешь?»
«Сейчас. Нет, секунду назад. Нет, вечность назад!»
«Ммм То есть, я уже в прошлом?»
Только краешком, остальная часть тебя вся в будущем, на все 99,99%улыбается, растянув свои красивые губы до ушей.
Я даже не охаю от неожиданностипривыкла к таким внезапным появлениям этого странного, похожего на инопланетянина парня.
Nuovo Inizio A Neuköll Dardust
Август, мы лежим на зелёной лужайке в парке, вечернее солнце мягко согревает нас, и только едва ощутимый ветер напоминает о приближении сентября. Алёша не слезает с Алекса, они борются, и не ясно, кто из них получает больше удовольствия, а я мучаюсь от тянущей боли моего предательства. Совесть не даёт мне покоя, но эта картина, где чужой дядя лучше родного отца, смешивает уровни моего восприятия, и я уже не понимаю, что хорошо, а что плохо, где добро и где зло. Наконец, сыну надоедает эта суперактивная игра, и он убегает на качели. Алекс лежит в изнеможении на траве и смотрит на меня, а я я уже давно не могу оторвать от него своих глаз.
Боюсь, он поймёт, как сильно мне нравится, стараюсь напустить больше безразличия и тут же придумываю тему для разговора:
Слушай, я же почти ничего не знаю о тебе!
Как и я о тебе, игриво щурится.
Нам нужен блицопросэто самый простой и быстрый способ составить представление о человеке!
Спрашивай, Алекс приподнимается на локте, готовясь к обстрелу моими вопросами.
Твой любимый цвет?
Коричневый.
Мой тоже коричневый! Шоколадный! я искренне воодушевляюсь, а мой любовник смотрит на меня, слегка улыбаясь, и едва заметно кивает головой, будто мысленно ставит галочку в невидимом списке.
Твоя любимая музыка? уже с азартом спрашиваю я.
Музыка из фильма про собаку Хатико.
Мы смотрели Хатико, но я не помню мелодию, надо будет послушать, обещаю ему.
Твоя любимая музыка?
Всё, что красиво, нежно и не слишком печально. Коечто из классики, саундтреки к фильмам тоже люблю, ну и, как водится, все песни из советского кино!
Почему «как водится»?
Все, кто родился и вырос в СССР, обожают советские фильмы и музыку к ним. Тебе этого не понять!
Он смеётся, потом говорит:
Почему же не понять, мне тоже нравятся советские фильмы. Особенно про Д`Артаньяна и мушкетёров.
Ты шутишь? ушам своим не верю.
Нет, Алекс улыбается так широко, что от его улыбки тепла больше, чем от вечернего солнца.
Это же мой любимый фильм! восклицаю. Обожаю его с детства и все песни знаю наизусть!
Алекс вновь едва заметно киваетещё один уровень пройден.
Любимый фильм? снова спрашиваю.
Ну многие! «Звёздные войны», «Назад в будущее», «Контакт» и всё, что связано с космической темой, много ещё других.
Теперь уже я мысленно ставлю галочки, ведь «Контакт» давно претендует на первое место в моём рейтинге вместо мушкетёров, а космическая темасамая любимая моя тема и в кино, и в литературе!
Это сходство вкусов уже не смешит, оно пугает. А Алекс смотрит в самую глубину меня, и мне кажется, что скрыть от него ничего нельзя, практически невозможно. Я отворачиваюсь и тихо говорю:
И что, Порше твоя любимая марка машины?
Да, улыбается. Но, я думаю, не сложно было догадаться, раз уж я на ней езжу. Твоя какая?
Тоже Порше, тихонько признаюсь и уже не верю, что существует нечто, в чём наши вкусы разойдутся.
Что ты любишь больше всего? спрашивает он.
Чёрный шоколад и кофе. А ты?
А я люблю смотреть на тебя и целовать твои губы
Глава 5. Второе свидание
Алекс нежный любовник, наверное, самый нежный и искусный на земле. Он знает толк в ласках, даже эксперт в них. Его губы тихо шепнут на ушко именно те слова, которые вы всю жизнь жаждали услышать, его руки окажутся настолько талантливыми и умелыми, что вы в изнеможении будете готовы отдаться ему, но ведь это только начало! После будут поцелуи, некрепкие объятия, ведь он никогда не обнимет крепкозаставляет желать себя, хотеть больше, ещё и ещё.
Наше второе свидание случилось через пять дней. В тот раз я здорово поссорилась с сестрой, оставляя ей Алёшу на ночь с просьбой прикрыть меня. Мы договорились, что это будет последний раз, и я порву с порочной связью, но для меня это был лишь временный компромисс, поскольку, конечно же, я не собиралась этого делать.
Алекс привёз меня в свою квартиру поздно, уже смеркалось. На этот раз неловкости было уже меньше у него, а я попрежнему мучилась от дискомфорта. Главным образом потому, что к этому моменту уже вовсю бесновалось то, что должно было быть моей совестью. Но не только, теперь меня ещё и всерьёз заботило, что обо мне подумает сам Алекс. И в прошлый раз, и теперь я согласилась поехать к нему сразу же, как только он меня позвал, и это в корне противоречило моим принципам. Ночь, проведённая с ним, до такой степени мне понравилась, что я не могла ни о чём другом думать, кроме как о возможности повторения этого «Чуда».
Susie suhrobot Koch here with me
Алекс смотрит в глаза долго, так долго и так глубоко, будто хочет загипнотизировать, но я знаю, что это не такэто всего лишь способ коммуникации, он так настраивает меня на одну с собой волну. И эта его улыбка, которая лишь «слегка», и не улыбка даже, а нечто воздушное, лёгкое, как семена одуванчика, делает его не похожим на просто человека, мужчину, а кем-то необыкновенным, отличающимся от нас, всех остальных.
Когда у тебя были месячные? тихо спрашивает.
Мои глаза, повидимому, слишком сильно распахиваются от шока и удивления, в которые повергает меня подобный вопрос, потому что Алекс тут же добавляет:
Мне нужно знать, что делать дальше
Сегодня можносоображаю.
Хорошо, мягко улыбается. И ты не бойся меня, ладно? Я полностью здоров, убедился в этом прежде, чем прикоснуться к тебе.
Я думаю: «Господи! Что он говорит? Прежде, чем прикоснуться ко мне?!», а Алекс тем временем медленно укладывает меня на постель, каждое его движение пронизано грацией и волшебной медлительностью, соткано из намёков и едва ощутимых прикосновений.
Его рукиколыбель для неискушённой женщины, и я покоряюсь, просто следую за ним в этом странном и ни на что не похожем танце.
Моя голова покоится на его согнутой левой руке, а он, тем временем, исследует меня: большой палец, нежно коснувшись кожи за ухом, неспешно ведёт непрерывную линию, повторяя контур моего лица, добирается до подбородка и скользит вниз, к шее, обхватывая её уже всей ладонью.
Я чувствую тепло и силу этой мужской руки, странно будоражащий микс страха, полного доверия, осознания собственной уязвимости и подчинения.
Его взгляд прикован к движениям собственных пальцев, а в нёмжадный интерес ко всякому моему изгибу. Он повторяет линии моих бровей, носа, скул, губ, и эти исследующие ласки растапливают меня, я уже не помню о стыде, скованности, его вопросе.
Deep In you TAWk
Алекс смотрит на мои губы, и я буквально вижу, как его зрачки расширяются, делая взгляд темнее, тяжелее, дыхание учащается, его собственные губы инстинктивно раскрываются. Он целует меня, но не страстно, а нежно, едва касаясь, только трогает губами, я едва ощущаю его дыханиеоно пока сдержанное, почти неуловимое. Его поцелуи стекают по моей щеке к шее, блуждают по коже, они словно бабочки порхают с места на место, и я уже ощущаю всем телом волну, растекающуюся из точки, сосредоточенной гдето внизу живота.