Всего за 149 руб. Купить полную версию
Не утоп, хвала провидению.
Марк держится под водой, словно ему совершенно не нужен воздух. Ихтиандр, блин, напугал же! Но он не может этого знать, потому с равномерными усилиями выбрасывает руки-ноги, доплывает до противоположного бортика, хватается за него руками и играет мускулами на спине. С шумом отплёвывается, фырчит рассерженным котом, приглаживает широкими ладонями ставшие тёмными волосы назад. По плечам стекает вода, и я делаю шаг назад, пока он не заметил меня. Чёрт, история повторяетсяя снова зашла на его территорию и бесстыже подглядываю, и от этого чувствую себя глупее не придумаешь.
Ладно, надо заниматься делом. Быстро осматриваю шезлонги. Их тут всего пять и три из них стоят несколько криво. Пользуясь внутренним глазомером, выстраиваю их в ровную линию, следом протираю деревянные столики в подобии беседки. Тут тень, прохлада, а ещё красота.
Когда-нибудь у меня будет такой же дом, а рядом обязательно бассейн. Сейчас я так отчётливо вижу то будущее, в котором хотела бы жить. Чтобы никаких долговэтого мне хочется для себя и мамы нестерпимо. Особенно для мамы.
Мне не стыдно за свои мысли. В конце концов, ведь самые безумные планы иногда сбываются с лихвой. Почему бы не мечтать, так сказать, с запасом? Обо всём на свете и сразу?
Опять ты, раздаётся насмешливый голос издалека, а я продолжаю смахивать пыль, хотя её вовсе уже не осталось. Следишь за мной, что ли?
Не буду реагировать, пусть хоть обкричится.
За спиной воцаряется тишина, и лишь мерный плеск воды выдаёт, что Марк мне не померещился. Борюсь с искушением обернуться и снова увидеть наглую улыбку и рельеф мышц. Он нет, не перекачанный, но явно не брезгует плаванием, спортом, потому что его плечи широкие, талия узкая, и всё это такое гармоничное, загорелое
Блин, не о том же речь! Надо радоваться, что Орлов утратил ко мне интерес и бежать отсюда, пока не поймали.
Так будет правильно.
Когда работы больше не остаётся, я бодро шагаю к стеклянной двери, за которой спасительная прохлада дома, а за ним свобода, но не успеваютень накрывает меня, а запах воды и солнца обволакивает.
Марк.
Постой, Марта, ставит руку передо мной, снова пытается отсечь мне пути к отступлению.
Только в этот раз у меня больше пространства для манёвра. Подаюсь влево, выныриваю под рукой, ускоряюсь, прижимаю к себе метёлку с радужным опереньем, даю стрекача, но Марк снова быстрее: захлопывает перед носом раздвижную дверь, а мне приходится развернуться к ней спиной, чтобы нос не сломать.
Что же ты такая пугливая, а? Марк нависает сверху.
Я не Марк Романович, отойдите, пожалуйста.
Куда-то торопишься? наклоняет голову набок, снова весь мокрый, только уже после бассейна.
Меня ждут, смотрю в его глаза неотрывно, чтобы не думал, что я на самом деле трусиха.
Кто? Жених?
Мама, говорю с достоинством, и только по мелькнувшему в глазах смеху понимаю, какой глупый довод привела.
Чёрт, Марта, надо было сказать, что ревнивый муж! А ты, как маленькая, мамой угрожаешь. И Марк угадывает мои внутренние метания, словно они написаны в воздухе вензелями.
Какая прелесть, мамулина дочурка, тихо смеётся, и это немножечко обидно. Очаровательно.
Я просто не хочу её волновать. Это нормально!
Вероятно, кивает, вмиг став серьёзным. Ну, раз мама, тогда иди.
Но вместо того, чтобы отойти, он вдруг наклоняется и касается губами уголка моего рта.
Мимолётное касание, оно вызывает в моём теле столбняк. Коченею от неожиданности, а он, усмехнувшись, возвращается к бассейну, а я, словно дурочка, пялюсь на его спину.
Стряхиваю с себя оцепенение, головой трясу, чтобы мысли в порядок привести и, развернувшись на пятках, стремглав несусь к выходу. Всего несколько шагов, и я буду свободна. Но не успеваю найти маму, останавливаюсь в холле, ощущаю странный дискомфорт. Затылок покалывает, обжигающее тепло стекает к плечам, превращается в ледяные иголки.
На меня кто-то смотрит.
Я медленно оборачиваюсь и встречаюсь с презрительным взглядом незнакомой девушки с потрясающими платиновыми волосами.
Глава 4 Марта
Здравствуйте, улыбаюсь, потому что не вижу причин "бычиться" в ответ.
Ну, хочется этой фифе в ярком брендовом сарафане сверкать на меня очами, запретить этого точно не смогу. Хотя, конечно, приятного в её взгляде мало.
Только я ничего ей не сделала. Я её даже не знаю!
Ты вообще, блин, кто? несмотря на писклявый голос, тон властный и требовательный. Такое чувство, что ей вообще все должны, а я так в первую очередь.
Девица высокая, статная, пышногрудаятакая инстачика наподобие тех, на чьи фотки залипают и мужчины, и женщины.
Первые хотят обладать, вторые мечтают выглядеть, как этот глянцевый образец благополучия.
У нас в институте тоже с десяток таких наберётся.
Я вообще-то Марта. А ещё я спешу.
Какое имя дурацкое, фыркает и лучезарно улыбается, словно сказала самую смешную вещь на свете.
Простите, не могу оценить ваш юмор.
Мне незачем терпеть её хамство, потому разворачиваюсь и покидаю хол, оставляя блондинку наедине со своим ядом.
Ухватившись за щётку, словно это меч врагов разящий, я несусь к лестнице в прачечную, и только оказавшись внутри, позволяю себе небольшую передышку. Приваливаюсь спиной к покрытой голубой плиткой стене, закрываю глаза и уговариваю себя дышать. Спокойно и размеренно.
Тот поцелуйэто вообще что такое? И можно ли то, что случилось, вообще считать поцелуем? И зачем Марк это сделал? Для чего? Поиздеваться? В принципе, логично. Он, наверное, таких простушек и не встречал никогдав его-то мире лощёных вредных прынцесс вряд ли водятся такие, как я.
Или ему просто делать нечего. Очень даже возможный вариант.
С этими мыслями я отлипаю от стены, осматриваю в последний раз прачечную и выхожу наружу. Заглядываю в холл, но там нет уже красивой стервы, зато я слышу её смех и плеск воды, доносящийся со стороны бассейна. Отсюда мне не видно происходящее за стеклянной раздвижной дверью, да и не очень интересно.
Не интересно, я сказала.
Всё хорошо? спрашивает мама, когда нахожу её в кухне. Комната сияет, мама тоже выглядит, хоть и бледной, но весьма довольной собой. Присядь, дочка, выпей с нами кофе.
Я улыбаюсь Анастасии Юрьевнештатному повару семьи Орловых, а она подмигивает мне и ставит на барную стойку тарелку с пышными булочками. От аромата корицы щиплет в носу, а желудок урчит, напоминая мне, что хотя бы раз в день я обязана есть. Да и кофе хочется.
Пока хозяйки нет, можно расслабиться, Анастасия Юрьевна снова мне подмигивает и заливается серебристым смехом.
Вопреки всем стереотипам, она стройная и подтянутая. На вид примерно сорок и говорят, что ей посчастливилось поработать немного в Европе, под началом самого Гордона Рамзи. Сама Анастасия хвастаться не любит, своими талантами и опытом не кичится, потому правда ли это знает только она и нанявшие её на работу Орловы.
Мы с ней познакомились в прошлый мой визит перед Новогодними праздниками, и с первого раза Анастасия Юрьевна очаровала меня. Маленькая и аккуратная, светловолосая и улыбчивая, она казалась невесомой феей, порхающей по просторной кухне, напичканной самыми невероятными агрегатами, словно это не кухня вовсе, а космический корабль.
С молоком или без? вырывает из раздумий её мелодичный голос.
Мне неловко напрягать её ещё и собой, но она смотрит на меня своими огромными голубыми глазищами и ждёт ответа, указывая рукой на белоснежную кофеварку.
Анастасия Юрьевна, не суетитесь обычный кофе без сахара.
Она грозит мне пальцем, просит называть её Настей и через минуту передо мной на мраморной столешнице стоит чашка с ароматным кофе.
Булочки фантастические! восклицаю, прожевав кусочек, а мама смотрит на меня одобрительно.
Ей нравится, когда я проявляю уважение к другим людям, показываю свою воспитанностьу мамы много разных загонов, но я всё равно её люблю. А как же иначе?
За большими французскими окнами шумит сад, я болтаю ногами, сидя на высоком барном стуле, вокруг и щекочут ноздри ошеломительные ароматы выпечки, трав и специй, а Настя с мамой вполголоса болтают то о том, то о сём. Не вслушиваюсь, но когда звучит имя Марка, внутренне напрягаюсь.