Шагаева Наталья - Реванш стр 9.

 Я знаю, где это,  прерываю ее и сворачиваю в нужном направлении.

 Ты не против, если закурю?  спрашивает Вероника, вынимая из сумочки тонкую сигарету.

 Вообще я не разрешаю своим женщинам курить,  беру зажигалку и подношу огонь к ее сигарете,  но ты пока не моя,  выделяю слово «пока»,  так что можешь курить,  ухмыляюсь, вновь переводя взгляд на дорогу.

Вероника молчит, но я чувствую на себе ее пронзительный взгляд. Сам приоткрываю окно, прикуриваю сигарету, зажимая ее между зубов. До ее дома мы доезжаем довольно быстроВероника живет всего в паре кварталов от ресторана. Паркуюсь во дворе напротив пятнадцатого дома. Миленькая небольшая новостройка, спокойный район с разноцветными лавочками, и центр недалеко.

 Может, пригласишь на кофе?  предлагаю я в шутливой форме.  Покажешь, как живет прекрасная и загадочная девушка Вероника.

Она запрокидывает голову и начинает смеяться.

 Я на первом свидании на кофе не приглашаю,  дерзко, с каким-то вызовом заявляет Вера, смотря мне в глаза.  Или ты из тех мужиков, которые считают, что девушка должна отработать ужин? М?  выгибая брови, спрашивает она, подаваясь ко мне ближе.

Сейчас она совершенно другая, уже не милая и нежная, какой казалась еще час назад. Сейчас передо мной женщина, которая вслух говорит «нет», а мысленно кричит «ДА», кидая мне вызов.

 Допустим, я, как ты выразилась, «из тех мужиков». Будешь отрабатывать ужин? М?  копирую ее, хватаю за ворот пальто, расстегивая пуговицы, продолжая в полумраке машины, освещенной лишь приборной панелью, смотреть в темные, сейчас кажущиеся черными глаза Веры.

 Нет, не буду,  подаваясь ко мне еще ближе, заявляет она, понижая тон, дергает плечами и пальто слетает с ее плеч.

И мне чертовски нравится наша игра. Хочу ее немедленно, прямо здесь и сейчас, но никуда не тороплюсь. Иногда предвкушение и игра доставляет больше удовольствия, чем сам секс. Обхватываю пятерней ее лицо, зарываюсь кончиками пальцев в мягкие шелковистые волосы, продолжая смотреть в глаза. Наклоняюсь, провожу носом по ее щеке, виску, вдыхая тонкий соблазнительно манящий цветочный аромат. Девушка напрягается, закрывает глаза и упирается руками мне в грудь. Перехватываю другой рукой ее тонкую талию, слегка сжимая, и резко дергаю на себя.

 Любишь играть? Не советую. Я надеюсь, ты умная женщина, и прекрасно понимаешь, что я приглашал тебя на ужин не ради того, чтобы обсудить погоду,  шепчу ей на ухо, чувствуя, как меня начинает вести от ее близости и такого горячего дыхания.

 Отпусти,  шипит мне в лицо, пытаясь оттолкнуть, но наши силы не равны.

Я зарываюсь в ее волосы, сильнее сжимая их на затылке.

 Не строй из себя целкуне люблю, когда женщина ломается, словно девственница,  прикусываю мочку и провожу кончиком языка по ее уху. Вера глубоко вздыхает и прекращает сопротивляться, словно переключается и отпускает себя.  Вот так-то лучше, котенок,  грубо дергаю ее за волосы, вынуждая запрокинуть голову и открыть мне доступ к шее и тем чертовым родинкам, которые не давали мне покоя весь вечер.

Провожу губами по нежной коже, лаская и целуя, контрастом стискиваю ее талию, наверное, причиняя боль. Не знаю, что на меня находит, я словно под наркотическим кайфомпробую ее на вкус и хочу еще. А она, как неживая, не сопротивляется, но и не отзывается на мои ласки. А мне нужна реакция, ее эмоции, отдача! Я никогда никого ни к чему не принуждаю, женщины всегда сами отдаются мне. Отрываюсь от ее шеи и смотрю в глаза, тяжело дыша в губы. Накрываю ее рот, целую, вынуждая впустить мой язык. Жадно пожираю ее губы, сплетая наши языки. Поцелуй становится алчным и более порывистым, но целую только я, а она просто все принимает как данность, вообще не отвечая. И я начинаю злиться, кусая ее губы, накрываю грудь, легонько сжимаю и вновь чувствую, как Вероника напрягается всем телом, словно, бл*дь, ждет, когда это все закончится! Мне бы отпустить ее, но я, как помешанный, пытаюсь добиться хоть какой-то отдачи. Меняю тактику, сдерживаю свою страсть, отпускаю ее волосы, обхватываю лицо, ласково тягуче целую губы, немного всасывая, наслаждаясь ее вкусом. Со мной вообще такое впервые, когда сдерживаю себя и пытаюсь угодить женщине, лишь бы получить от нее ответ. Обычно женщины просто принимают все, что я с ними делаю, и им это нравится. Какого черта я вообще делаю! От ярости тело начинает гореть, и в какой-то момент я понимаю насильников, истории которых слышал не раз, о том, что они просто не могли остановиться, несмотря на то, что женщина не хотела.

Отрываясь от Веры, отпускаю её и пытаюсь восстановить дыхание. Она отстраняется от меня и откидывается на спинку сиденье, быстро поправляя прическу. Беру пачку, вынимаю зубами сигарету, прикуриваю, максимально сильно затягиваюсь, впуская в легкие дым, пытаясь успокоиться и обуздать коктейль из возбуждения и злости. Сижу в той же позе, выпускаю дым в сторону Вероники, изучая ее, пытаясь понять, что происходит. А она надевает пальто, подхватывает сумку, дергает ручку двери, но она заблокирована, и я не спешу ее выпускать. Спокойно слежу за ее действиями, продолжая курить. Девушка понимает, что не выйдет, пока я не разрешу, и вновь откидывается на сиденье, начиная глубоко дышать.

 Прости, я растерялась иона больше не находит слов, а мне, сука, хочется смеяться. Она растерялась! Никогда не слышал ничего глупее.

 Слушай, Вероника, я похож на идиота?  Молчит, нервно сжимая края пальто.  Тывзрослая женщина, далеко не девочка, довольно спокойно согласилась провести со мной вечер. Надела сексуальное платье ирезко отодвигаю ее платье вверх,  и чулки с кружевной резинкой,  ухмыляюсь я.  За ужином откровенно меня соблазняла. И теперь, как школьница, ты говоришь, что растерялась! Что тебе от меня нужно?

 А с чего ты взял, что мне что-то нужно?  резко поворачиваясь ко мне, спрашивает она, вновь превращаясь в дикую кошку.

Поддаюсь к ней ближе, обхватываю подбородок, вынуждая смотреть в глаза.

 Пока я тебя целовал, ты терпела все, словно великомученица ради какой-то цели, видимо, принося себя в жертву.  Я чувствую, как ее начинает трясти, и это нихрена не от близости со мной. С каждой секундой Веру колотит сильнее, настолько, что она не может сдержаться. Отпускаю ее подбородок, смотря, как она начинает глубоко дышать и что-то искать в сумочке. Ее состояние похоже на какой-то приступ.

 Что с тобой?  спрашиваю, начиная волноваться, потому что ей реально хреново.

 Открой дверь, мне нужно на воздух,  просит она, дрожащими руками вынимая таблетки, закидывая одну под язык.

Черт! Быстро разблокировав дверь, выхожу на улицу вслед за ней. Вера медленно идет к лавочке, садится, запрокидывая голову, стискивая пальто, словно ждет, когда ее отпустит.

 Может, скорую вызвать?

 Нет, не нужно. Сейчас все пройдет,  говорит дрожащим голосом, безуспешно пытаясь себя сдержать.

Вера сейчас кажется такой маленькой и беззащитной. Не знаю, какого хрена это делаю, но я сажусь рядом с ней, прижимая к себе, растирая плечи, вынуждая уткнуться в мою грудь. Всем телом ощущаю ее дрожь и то, как она понемногу стихает.

Проходит полчаса, и Веру отпускает, она выдыхает, и я вместе с ней.

 Что с тобой? Что это было?

 Все нормально. Ничего страшного. Отпусти меня, мне нужно домой, принять еще одну таблетку.

Вера отталкивает меня, подхватывает сумку и буквально убегает в подъезд. Сначала дергаюсь за ней, а потом торможу себя и откидываюсь на спинку лавочки. «Мне это надо?!  спрашиваю сам себя, и тут же нахожу ответНет, не надо!»

Глава 6

Я думала, у меня все получится. Ведь почти получилось. Ужин проходил как нельзя лучше. Напрягало только, что Юнусов не сводил с меня глаз, улавливая каждое движение. Я только сегодня заметила, насколько пугающие его черные глаза. Будто он не просто смотрит, а сканирует, считывая мои мысли. Казалось, он мне не верит, ни единому слову. Но это и неважно, я прекрасно осознавала, что нравлюсь Алану, намерено его соблазняла, и почти добилась своего, если бы не чертов приступ. Так не вовремя! Я думала, что моему телу все равно, и я смогу все отыграть. Нет, спать с Юнусовым я пока не собиралась. В мои планы входило подразнить и разжечь еще больший интерес. Но все рухнуло, разбиваясь в дребезги, как только Алан ко мне прикоснулся. Его грубость ввела меня в ступор, хотелось прямо сейчас плюнуть на все бредовые планы и воткнуть ему в горло нож. Мне не были противны его касания, я понимала, что он не сделает мне ничего плохогоэто просто страсть и жажда обладать мной. Головой я все осознавала, а тело не слушалось. Чертово тело оцепенело, когда от него требовались действия! Я не боялась Аланастрах и все остальные чувства давно умерли и погребены где-то очень далеко от этого места. Все началось еще до того, как он меня отпустил: вспышка, жар по всему телу и легкая, едва уловимая дрожь. Я надеялась, что он не заметит, но приступ оказался сильнее, чем я думала.