Барбара Картланд - Милая чаровница стр 21.

 Разумеется,  непринужденно ответил Чак.  Извините, если мы вам помешали.

 И еще одно,  проговорил Эди.  Ни один из вас не должен спускаться на берег без моего разрешения.

 Почему?  Брови Чака поползли вверх.

 Не намерен объяснять вам,  ответил Эди.  Это приказ. И добавил после секундного раздумья:Мистера Вирдона, разумеется. Ведь он ваш хозяин.

 Я не совсем понял,  сказал Чак.  Похо­же, мы с мисс Браун ваши пленники.

 Мы платим вам за ваше время,  ответил Эди.  Вы нужны на борту. Это ясно?

 Безусловно!  насмешливо проговорил Чак.

 Хорошо. Как я уже сказал, это приказ, и вы должны повиноваться ему,  продолжал Эди.

 В противном случае нас разрежут на кусоч­ки и выбросят в море, предварительно взвесив, разумеется,  съязвил Чак.

 Слушайте, парень!  разъярился Эди.  Я уже говорил вам, что мы не приглашали вас в эту поездку. Поэтому делайте то, что вам гово­рят, или вам будет хуже.

В его голосе прозвучала несомненная угроза, и Зария поспешно положила руку на плечо Чака:

 Не спорьте.

 Нет, разумеется,  улыбнулся Чак и обра­тился через комнату к Эди:Сэр, мы ваши покорные слуги и готовы подчиняться малейшему приказанию.

Он склонился в преувеличенно любезном по­клоне, так резко отличавшемся от поклона ара­ба в Каабе, что, не будь Зария так испугана, она не выдержала бы и рассмеялась. Потом, взяв ее под руку, Чак вывел ее из салона и закрыл за со­бой дверь.

 Спустимся вниз,  сказал он и пошел пер­вым.

Когда Зария хотела повернуть в кабинет, он отрицательно качнул головой.

 Слишком опасно,  прошептал он.  Пойдемте в вашу каюту. Насколько я знаю, она не прослушивается.

Зария повиновалась. Войдя за ней в комнату и закрыв за собой дверь, он огляделся в поисках микрофонов.

 Они нас не слышат?  спросила Зария.

 Трудно сказать,  осторожно ответил он.  Сейчас мы пройдем в кабинет, и я покажу вам одну штуку. Я ее только что купил. Я заставил Виктора выложить гораздо большую сумму, чем он предполагал. Это было очень забавно. Я все время повторял: «Мистеру Вирдону нужно самое лучшее». Поскольку все в магазине уже видели яхту, они охотно соглашались со мной.

 А он в самом деле хочет самое лучшее?  спросила Зария.

 Да, разумеется,  быстро ответил Чак.

 Кажется, он не очень стремится начать рас­копки. Я не совсем понимаю его,  сказала За­рия.  У меня была такая необычная встреча. Я должна поделиться с вами

Она внезапно остановилась.

 В чем дело?  спросил Чак.

 Эди велел мне ничего не говорить вам,  спохватилась Зария.  А я чуть не забыла.

Чак взял ее за руку и подвел к кровати. Они уселись на ней рядышком.

 Послушайте,  тихо сказал он.  Мне ка­жется, вы ничем не обязаны этим людям. На­чать с того, что они еще ничего вам не заплати­ли. Во-вторых, мне кажется, вам не стоит о них беспокоиться. Лучше всехВирдон, но не намного. Если хотите знать мое мнение, мы влипли в историюи вы и я.

 Почему бы нам не обратиться в поли­цию?  спросила Зария.

 А что мы им скажем, подумайте сами?  ответил он.  Что наши хозяева немного стран­ные, не те, кого называют леди и джентльмена­ми, и что они рыскают по городу в поисках ка­кого-то шейха?

 Откуда вы знаете?  спросила Зария.  Я вам не говорила об этом.

 Нет, но я обобщил ту информацию, которую мне удалось выудить из Кейт. Это действи­тельно так?

 Да, но

 Здесь много всяких «но»,  проговорил Чак.  Суть же в том, что мы не располагаем достаточным количеством фактов, чтобы заин­тересовать ими полицию или еще кого-нибудь. Поэтому нам остается пораскинуть мозгами и понять самим, что же в действительности про­исходит. У меня есть одна неплохая идея.

 Расскажите мне, пожалуйста,  взмоли­лась Зария.

 Нет, лучше, если мы будем думать незави­симо,  покачал головой Чак.  Мне не хочет­ся вовлекать вас в эту историю больше, чем это необходимо.

 И все же мне кажется, что нам лучше поставить в известность полицию,  возразила Зария.  Во всяком случае, они могут инфор­мировать нас относительно шейха Ибрахима ибн Каддора.

Чак внезапно застыл.

 Ибн Каддора? Вы сказали Каддора?  пе­респросил он.

 О Боже! Наверное, я не должна была гово­рить об этом,  спохватилась Зария.  Но, ка­жется, вы и без моих слов знали об этом.

 Я не знал его имени,  ответил Чак. Он присвистнул.  Так вот с кем они имеют дело! Это стано­вится интересным.

 Не держите меня в неведении,  взмолилась Зария.

 Что они собираются делать? Где назначена встреча?  быстро спросил Чак.

 Сегодня, в доме Салема,  ответила За­рия.  Шейх должен прийти туда.

 Ставлю тысячу долларов к десяти центам, что он там не появится,  сказал Чак.  Инте­ресно посмотреть, что произойдет.

 Нам вряд ли удастся попасть туда,  заме­тила Зария.  Мы, очевидно, здесь пленники.

 Ну, я-то найду способ,  ответил Чак.  Кстати, я прекрасный пловец.

 Вы собираетесь уйти и оставить меня здесь одну?  забеспокоилась Зария. Он взял обе ее руки в свои.

 Я обещаю вам,  сказал он,  что никогда не оставлю вас одну, по крайней мере, на дол­гое время. И я не бросаю своих обещаний на ве­тер, если вы знаете.

 Да, теперь я спокойна,  облегченно вздох­нула она.  Я не боюсь никого рядом с вами.

 Так вот зачем я вам нужен?  спросил Чак.  В качестве сильной, вооруженной до зу­бов няньки! Это единственная причина?

Она поспешно отвернулась. Если бы только она могла сказать ему правду! Если бы только могла признаться, что у нее есть тысяча причин на это, что каждое проведенное с ним мгнове­ние доставляет ей радость!

Зария униженно подумала, что оналишь незначительный, случайный эпизод в его жизни и не должна слишком сильно цепляться за него.

Он наблюдал за выражением ее лица, за про­филем, четко вырисовывающимся на деревян­ной обшивке каюты, за внезапно опустивши­мися губами.

 Вы очень ранимы,  неожиданно произнес он.  Нужно, чтобы с вами рядом был тот, кто будет постоянно заботиться о вас.

 Все не так просто,  ответила она.  Я ос­талась совсем одна.

 У вас нет родственников?  спросил он.

 Нет, насколько мне это известно,  отве­тила она.

 Значит, никто не забьет тревогу в случае ва­шего исчезновения,  задумчиво проговорил он.  Бога ради, не говорите об этом Эди.

 Что вы хотите этим сказать?  Она широко раскрыла глаза.

 Ничего,  ответил он.  Но воздержитесь от любых разговоров с этой бандой.

 Я и не собираюсь ни о чем разговаривать с ними,  ответила она.

 Милая маленькая Зария!  мягко произнес он.  Вы такая маленькая и хрупкая. Я боюсь, что своим прикосновением могу ранить вас, и все же у меня такое впечатление, что вы очень храбрая, что вы смелее, чем сотни из тех, кого я знаю.

 Вы ошибаетесь,  ответила она.  Яужасная трусиха. Я боюсь посмотреть в глаза фактам. Я не могу ни на что решиться. Сказать по правде, я неудачница и всегда ею останусь.

 Кто вам сказал такую глупость?  мягко улыбнулся он и спокойно добавил:В наше время странно слышать, как женщина прини­жает себя вместо того, чтобы возносить. Глав­ная беда американок в том, что они хотят продать себя слишком дорого. Вы так непохо­жи на них

 Мне бы хотелось измениться,  страстно ответила Зария.  Я хочу быть как все. Хочу быть уверенной в себе, в том, что мир сущест­вует лишь ради моего удовольствия. Но мне ни­когда, никогда не удастся так думать.

Ее голос прервался. Все несчастья ее про­шлой жизни вдруг обрушились на нее.

Когда она повернулась к Чаку с полными слез глазами, он снял очки и посмотрел на нее с та­кой нежностью, которую она никогда не пред­полагала увидеть ни на чьем обращенном к ней лице.

 Когда-нибудь я докажу вам, что в жизни есть место радости,  мягко произнес онСейчас же нам надо подумать, как выбраться из этой истории максимально безболезненно.

 Вы имеете в видуначала понимать Зария.  Ровным счетом ничего,  ответил он.  Просто принимайте вещи такими, каковы они есть. Повторяю, у вас есть мужество. Я уверен в этом и потому полагаюсь на вас. Вы же не подведете меня?

 Я сделаю все, что смогу,  ответила Зария. Он внезапно поднес ее руку к губам.

 Это все, о чем я могу просить вас. Ваши возможности гораздо больше, чем чьи бы то ни было.

Он встал и помог ей подняться.

 Пойдемте посмотрим на мои приобрете­ния,  сказал он.  Будьте осторожны и не го­ворите ничего, что может быть неверно понято теми, кто нас подслушивает.

Он все еще держал ее за руку. Некоторое время она молча смотрела на него. В каюте было очень тихо. Слышались только мягкие удары волн о борта да издалека, с набереж­ной, доносились гомон и шум. Это в море от­правлялся корабль. Ничто, кроме этого, не нарушало воцарившейся тишины.

Зария встретилась взглядом с глазами Чака. Внезапно ей показалось, что между ними про­исходит нечто необыкновенно важное. У нее перехватило дыхание, по телу пробежал огонь. Она чувствовала, что ей никуда не скрыться от холодных серых глаз Чака, которые словно околдовали ее.

Зария затрепетала: вот сейчас он поцелует ее. Однако физический контакт был почти излишен. Между ними установилась такая близость, словно они стали единым целым. Но когда она уже готова была сделать шаг на­встречу ему и, оказавшись в его объятиях, ощу­тить на своих губах вкус его поцелуя, позади них раздались грохот и шум. Это мадам Бертин громко призывала Эди.

Послышался шум торопливых тяжелых шагов по палубе, где-то хлопнули двери и раздались сердитые возгласы. Их единство было нарушено. Зария стыдливо повернулась к двери. Чак молча открыл ее, и они вышли. С палубы в коридор доносились сердитые, возмущенные голоса.

 Что-то случилось,  заметил Чак.

 Может быть, это из-за магазина,  сказала Зария.  Он рисовался ей слишком прекрас­ным. По-видимому, ее постигло разочарова­ние.

 Кажется, она не стесняется в выражениях и ругает Эди на чем свет стоит,  улыбнулся Чак, когда резкий, визгливый голос мадам Бертин достиг их ушей.

 Неслыханно! Негодяй! Дурак! Идиот! Как ты осмелился предположить, что я опущусь до подобного места?  кричала мадам Бертин. Эди не оставался в долгу. Судя по голосам, к ним присоединились Виктор и Кейт.

 Когда у жуликов разлад, честным людям хорошо живется,  прошептал было Чак на ухо Зарии, но вдруг они оба замерли. Дверь в его каюту, которая находилась на несколько ярдов дальше по коридору, была распахнута. Через нее были видны два французских жандарма которые стояли возле туалетного столика и смотрели в его открытый ящик.

Они быстро подняли головы и заметили Чака с Зарией. Один из них, старший по званию, вы­ступил вперед.

 Вымосье Танер?  спросил он по-фран­цузски.

 Да,  настороженно ответил Чак на том же языке. Зария видела, что он не меньше, чем она сама, удивлен появлением полиции.

Каюта, очевидно, подверглась обыску. По­всюду была разбросана одежда, гардероб от­крыт, постель перевернута. Нетрудно было уга­дать, что привлекло внимание жандармов,  три узких плоских коробки из-под сигарет.

 Что вы здесь ищете?  спросил Чак.

Не успел он закончить фразы, как жандарм ответил:

 Это, по-видимому, принадлежит вам, мо­сье. Поэтому мы должны арестовать вас за вла­дение наркотиками.

 Наркотиками!  изумленно повторил Чак.

 Должен объяснить вам, мосье, что ввоз в страну сигарет с марихуаной запрещен.

 Не понимаюначал было Чак, но его перебил голос, раздавшийся у него за спиной.

Обернувшись, Чак с Зарией увидели стояв­шего в дверях Эди. Он, по своему обыкновению, подошел к ним неслышно в своих туфлях на каучуке.

 Сожалею, Танер,  сказал он по-англий­ски.  Но я не могу позволить вам использовать яхту мистера Вирдона как прикрытие для своих сомнительных операций. Как я уже объяснил офицерам, мы с мистером Вирдоном содрога­емся при одной мысли о провозе наркотиков.

 Но здесь какая-то ошибка,  пробормо­тала Зария, однако никто не обратил на нее ни­какого внимания.

Глаза всех троих были устремлены на Чака, который стоял с непроницаемым выражением лица.

 Пожалуйста, мосье, вы должны пройти с нами в участок,  сказал жандарм.

Зария вскрикнула от ужаса, но Чак только рассмеялся. Это был негромкий смех человека, который находит сложившуюся ситуацию про­сто забавной.

 Пусть будет так,  повернулся он к Эди.  Вы выиграли. Я не мог этого предвидеть.

И не успел никто сообразить, что происходит, как он исчез. Он, не коснувшись, проскользнул мимо Эди, и тут же его торопливые шаги разда­лись со ступенек ведущего на палубу трапа.

 За ним, быстро!  закричал Эди.  Он уйдет!

 Мы оставили машину на набережной и в ней двоих наших людей,  покачал головой жандарм.  Они сторожат сходни. Я предви­дел, что такое может произойти.

Он говорил по-французски, но Эди, каза­лось, понял его. Вдруг послышался всплеск. Все как один повернулись и побежали на па­лубу.

Зария оказалась там первой. Она попала туда как раз вовремя, чтобы заметить, как жандармы бросились карабкаться по сходням. Повернув­шись, она заметила качающуюся в небольших волнах темноволосую голову Чака. Он отплыл уже достаточно далеко и быстро двигался к противоположному берегу залива.

 Черт бы побрал этих жирных свиней! Поче­му они не остановят его?  ругался Эди, беспо­мощно смотря вслед быстро удаляющемуся Чаку. Через пару секунд к нему присоединились жандармы.

 О Боже!  воскликнул один из них по-французски, увидев, что произошло.

 Остановите его!  возопил Эди.

Последовала минутная пауза, в течение которой подбежавшие от машины жандармы считали своим долгом выразить подобающее случаю изумление.

 Остановите его!  снова крикнул Эди.  Вы же не хотите упустить его? Офицер потянулся к кожаной кобуре у пояса.

Вытащить револьвер было секундным делом, но, едва он коснулся рукоятки, Зария, задыха­ясь, воскликнула:

 Нет, нет! Не стреляйте! Это чудовищно! Вы не посмеете!

 Вы должны задержать его,  настойчиво повторил Эди, и жандарм поднял руку.

Зария забыла обо всем на свете. Движимая страхом за Чака, она бросилась к жандарму и схватила его за руку, торопливо бормоча по-французски:

 Нет, нет, мосье! Не делайте этого. Уверяю вас, здесь какая-то ошибка. Нельзя стрелять в безоружного. Подумайте, умоляю.

Она зарыдала, не в силах сопротивляться, когда кто-то оттащил ее прочо. Жандарм снова поднял револьвер. Но было уже поздно. Чак уже скрылся за одним из кораблей, которые за­полняли гавань. Здесь были яхты, баркасы, два или три лайнера, несколько танкеров. Он мог спрятаться за любым из них.

 Вам не следовало так вести себя, мадемуа­зель,  строго обратился офицер к Зарии.  Кто этот человек вам?

 Он мой жених,  всхлипнула Зария, ста­раясь сдержать слезы и освободиться от дер­жавших ее рук.