Лукьянова Виктория - Одинокое сердце стр 14.

Мысленно выдохнув, я приняла кружку обратно и выскочила из кабинета пулей, не дожидаясь от начальника указов.

 Ну как?  тихо поинтересовалась Инна, боязливо поглядывая на закрытую дверь.

Наверное, она рассчитывал на звуки борьбы, ругань и бьющуюся посуду. Но наш босс действительно выглядел отвратительно, не способным на то, чтобы повысить голос. Голова точно побаливала после вчерашнего.

Еще через час Инна совсем запаниковала, ругая себя за то, что удумала напоить успокоительным Виктора. От него не было ни одного задания. И вообще, тишина настораживала нас обеих.

 Хорошо,  вздохнула, поднимаясь из-за стола и вручая секретарю стопку писем для отправки.  Я проверю его. Дай что-нибудь, на подпись.

Инна суетливо выдернула черную папку и вручила ее мне. Я шагнула в сторону кабинета, пытаясь привести дыхание в порядок как много лет назад перед выступлениями на соревнованиях. Практика с дыханием сейчас мне пригодилась.

Отворив немного дверь, я заглянула в кабинет. Темно и тихо. Я вошла, закрыла дверь и на цыпочках, чтобы не издавать лишних звуков добрела до стола начальника. Не знаю, с помощью каких сил я смогла удержать в себе удивленные ахи и вздохи, когда поняла, что Виктор спал как младенец. Все в той же позе, сидя, облокотившись на спинку кожаного кресла, склонив немного вперед голову. С его прямого носа почти сползли вниз очки, и я, проигнорировав внутренние звоночки «беги, дурочка», потянулась к лицу Виктора и стянула их. Мужчина не шелохнулся. Неужели, такие крепкие капельки? Или босс настолько устал, что его можно было вырубить чаем?

Повертев в руках очки, я заметила логотип на дужке и мысленно присвистнула, подсчитав, что данное творение стоит как три мои нынешние зарплаты. Отложив аккуратно очки на стол, я взглянула на Виктора. Не думала, что можно выглядеть так. Расслаблен, спокоен, тих. Сон творит с людьми чудеса.

Залюбовавшись им, я снова протянула руку вперед и слегка коснулась его переносицы, стараясь разгладить пару глубоких морщинок. Слишком часто хмурился. Увлекшись этим делом, я не заметила, как рука мужчины дрогнула, поднялась вверх и перехватила мою ладонь. А после он распахнул глаза и внимательно посмотрел на меня.

 Мара?  хриплый голос испугал.

Я постаралась выдернуть руку и ретироваться, но Виктор не отпускал. Напротив, потянул вперед, привлекая меня к себе. Сделав шаг, я оказалась перед ним на недопустимо близком расстоянии.

 Что вы делаете?

Я улыбнулась так бесхитростно, как только могла, но мужчина все рано не выпускал моей руки. Жар его ладони опалял кожу.

 Пришла проведать вас,  сказала я, ощущая, как Виктор напрягся и потянул снова меня.

Еще один шаг и я бы шлепнулась прямо на него, но Никольский во время подхватил меня и по-хозяйски усадил на колени. На такое общение с начальником я не рассчитывала.

Почувствовав теплое дыхание, коснувшееся моего лица, я посмотрела в глаза мужчины и задохнулась от страха. Его взор больше не был затуманенным или уставшим. Ясные внимательные зеленые глаза гипнотизировали, выбивали почву из-под ног. И все это вперемешку с неоднозначной позой и странным ощущением около моего бедра заставило задуматься, что к мужчинам лучше не приближаться, когда они спят.

 И как? Проведали?  теперь голос Виктора не был хриплым ото сна. Твердый, звучный и низкий.

Я мотнула головой и задумалась, а не грохнуться ли мне в обморок как романтичная девица, может тогда он скинет мое тело с колен. Будет шанс уползти, потому что ноги точно не слушались мозга.

 Вы неплохо выглядите,  сорвалось с губ, и мужчина ухмыльнулся, при этом покрепче обвив рукой за талию, заставил меня покраснеть.  Выспались?

 Почти,  отозвался он и сократил расстояние между нашими лицами настолько, что я могла чувствовать тепло его кожи.

Так не должно быть между подчиненной и начальником.

 Мара?  все тот же низкий звук, срывающийся с тонких губ.

 Да,  произнесла я, наслаждаясь его голосом.

 Не могли бы вы проконтролировать, чтобы секретарь больше не подмешивала в мой чай успокоительное или снотворное. Иначе, я ее уволю, и вас, как соучастницу.

Хитрая ухмылка заиграла на его губах. Я же от осознания, что нас раскрыли, тяжело вздохнула и покачала головой.

 А теперь отправляйтесь работать. После обеда у нас выездная встреча. Подготовьте все необходимые документы.

Виктор резко сменил позу, подтолкнул меня, поднимая на ноги. Я ухватилась за край стола, чтобы устоять на дрожащих от волнения ногах. Сделав пару неуверенных шагов, я оглянулась назад, замечая, как Виктор вновь хмурится и тянется за своими очками. Он больше не смотрел на меня, я же не могла отвести от него взгляда.

 У вас есть вопросы?  спросил он, возвращаясь к работе.

 Нет,  почти выкрикнула и сбежала.

Как нашкодивший котенок, покинула кабинет и с мрачной миной сообщила Инне, что затея с чаем провалилась. Она горько усмехнулась и занялась своей работой.

Ровно в 14.00 Виктор вышел из кабинета, кивнул мне и направился вниз, на парковку, не дожидаясь, когда я соберусь и присоединюсь к нему. Инна торопливо ткнула в меня папкой с необходимыми документами. Подхватив ее, я забрала свою сумку и помчалась за Никольским, надеясь, что он не успел добраться до лифта. Иначе придется идти по лестнице.

Догнав Виктора, я тяжело пыхтела, входя в кабинку лифта. Он же игнорировал меня, всматриваясь в экран телефона.

 После встречи, что по плану?  поинтересовался он, переведя взгляд на меня.

Я напрягла память, и строчки всплыли перед глазами.

 В 15.35 встреча с Соловьевым, в 16.45с Марком Громовым. После свободный график.

Виктор кивнул и вернулся к экрану смартфона. Я же выдохнула, напоминая себе, что стоит носить с собой расписание босса. А лучше заучивать его каждое утро.

Добравшись до парковки, я заметила, как на меня посматривают редкие сотрудники, которые встречались нам по пути. Неужели, все еще сомневаются в моем существовании? Вот Никольский даже не замечал косых взглядов, полностью углубившись в какую-то переписку.

Мое же внимание привлек собственный смартфон. Потянувшись к сумке, я быстро извлекла его и взглянула на экран. Интересно, что понадобилось Тане в разгар рабочего дня.

 Да,  быстро ответила, немного отстав от Никольского.

Мужчина на мгновение обернулся, но не сказал ни слова, приближаясь к своему автомобилю.

 Марочка, кажется у Василисы проблемы,  выдохнула подруга, а я напряглась, стоило услышать ее подавленный голос.

 Что случилось?  внутри нарастало давление.

 Ее рвет с кровью, кашляет и хрипит. Она вялая, почти не шевелиться. Я не знаю, что делать,  всхлипнула Таня.

 Скоро буду,  выкрикнула я, отключаясь и подбегая к опередившему меня мужчине, с размаху вручая папки с документами и разворачиваясь на каблуках в сторону собственного пикапа.

Никольский за мгновение до падения ухватился за бумаги и опасно глянул на меня.

 Васе плохо,  пролепетала я, проклиная туфли, в которых невозможно бегать.

Добравшись до машины, я запрыгнула в салон, завела мотор и умчалась домой, проигнорировав недовольного, грозно смотрящего на меня начальника. Наверное, уволит. Но в моей жизни были более важные заботы. Вот и Василиса была главной, нежели работа. Я не прощу себе, если с моей кошкой что-нибудь случится.

Спустя час я уже была в ветеринарной клинике, куда приехала вместе с Таней. Пока я маневрировала в потоке машин, подруга прижимала к себе сжавшийся серый комочек и рыдала так горько, что я сама еле сдерживала слезы. В клинике нас экстренно приняли, опросили и выгнали за дверь, пока врач и его помощница осматривали кошку. Через несколько томительных минут нам объявили страшную новостьВася проглотила нитку с иголкой.

 Прости, Мара,  зашептала Таня, прижавшись к моему плечу.  Я виновата. Подшивала новые шторы и не заметила, как Васечка утащило у меня нитки. Я даже и подумать не могла, что она проглотила иголку.

Я похлопала подругу по руке, которой она вцепилась в ворот пиджака и тяжело вздохнула.

Врач отправил кошку на операцию, сказав, что инородное тело застряло в пищеводе, и извлечь его не составит труда. Они уже подготавливали Васю, а нам велели ждать конца операции.