Не мешайте мне изображать гостеприимного хозяина, бесшабашно отмахивается от нее Влад. Вы первая гостья в этом доме за последние пять лет. Я, может, только собрался на себя примерить роль экскурсовода, а вы мне портите весь кайф. Не вечно же мне на жизнь мордобоем зарабатывать.
Ну, знаете, это, уже не в какие ворота Я вам что, подопытный кролик? в Аниных глазах загорается яростный блеск.
В это мгновенье звонит телефон, и лицо Влада расплывается в радостной улыбке.
Сестренка! Привет. Где я? А ты меня не сильно бить будешь? коварно начинает он, немигающим взглядом уставившись на мгновенно побледневшую Аню и отчаянно машущую головой.
А чего это мы так боимся сказать Лерке, что ночевали со мной в одном доме?
Так вы будете сегодня моим подопытным кроликом? зажимает ладонью трубку Влад. Или подопытного кролика сделают из меня? Учтите, пытать меня будут долго и с особой жестокостью.
Глаза Ани сужаются в узкие щелочки, и она процеживает сквозь стиснутые зубы:
Хорошо.
Я в Германии, родная, пью кофе и пытаюсь уговорить одну несговорчивую фройляйн прогуляться со мной по городу Ну, конечно Я тебя тоже целую, сестренка, распыляется Влад, не обращая внимания на то, что на том конце трубки Ханна, сообщившая, что стоит у входа, растерянно лопочет, что ничего не понимает по-русски.
Вы вы вы беспринципный шантажист, лицо женщины заливается ярким румянцем, и Влад, как вор, пьет её такие новые и живые эмоции, восхищенно вглядываясь в сияющие, как звезды, глаза.
Ну, почему сразу беспринципный? обиженно фыркает он. Наоборот, очень даже принципиальный. Вы моя гостья, вот я и хочу быть гостеприимным. Принципиально.
А вас об этом просят? вспыхивает Анна.
Ух ты когда злющая, еще красивее
Так в чем дело? Попросите.
М-м-м-м, закатив глаза в потолок, рассержено стонет она, понимая, что разговор превращается в театр абсурда.
Замечательно злись, рычи, стукни меня, лишь бы не плакала
За их спиной раздается шорох, и Влад тепло приветствует вошедшую на кухню Ханну.
Аня вы по-немецки понимаете?
Нет, резко и четко, выпаливает она, сверля его сердитым взглядом.
М-да, если бы взглядом можно было ударить, сотрясение мозга мне как минимум было бы гарантированно.
Ничего страшного, мадам Ханна говорит по-английски. Правда, Ханна? обращается он к домработнице, и та, как китайский болванчик, радостно кивает головой. Только не говорите, что вы на английском не разговариваете, он вопросительно вскидывает бровь, глядя на Анну.
Я говорю на английском, французском и итальянском, цедит она сквозь стиснутые зубы, с силой выдыхая воздух через нос.
О, кажется, достал окончательно надо делать ноги пусть остынет.
Ну, вы тут общайтесь, а я пойду переоденусь, мне выходить скоро. А то опоздаю, невинно сообщает Влад и быстро ретируется с кухни.
Поднявшись наверх, он останавливается посредине коридора, напряженно вслушиваясь в отголоски беседы, доносящейся снизу. Потом быстро бежит к комнате Анны и, прокравшись в нее, как преступник, забирает со стола газету, комкая и утрамбовывая её в бесформенный комок.
Вот так лучше нечего у себя дрянь всякую хранить.
То, что осталось от прессы, находит неожиданный приют в мусорном ведре в туалете, и Влад, деловито потирая руки, направляется к себе, довольный своей выходкой.
Стоя перед зеркалом, одетый в выбранный Анной костюм, он долго разглядывает свое отражение.
Да сильна отлично все подобрала. А что это у нас галстук так неправильно завязан?
Он намеренно сдвигает узел влево, и теперь он косо болтается сбоку.
О, теперь то, что надо Не и рубашку сейчас подправим.
Перестегнув на груди одну пуговицу на петлю ниже, он удовлетворенно подмигнул самому себе в зеркале и, всунув руки в карманы, пошел сдаваться возмутительнице своего душевного спокойствия.
Я смотрю, вы нашли общий язык, с порога заявил он, обнаружив мило беседующих дам. Вернее, это Ханна тарахтела, как из пулемета, а Аня ей просто согласно кивала, пытаясь выдавить из себя вежливую улыбку. Вот и отлично, я вернусь через пару часов, не скучайте тут без меня.
Галстук поправьте, тихо заметила Аня, как только он развернулся, чтобы уйти.
Влад скосил глаза вниз и намерено дернул узел так, что теперь он съехал вправо. Спасибо!
Еще поправьте, проронила она, грустно разглядывая безобразие на его шее.
Да я не вижу ничего, как бы невзначай посетовал Влад. Поправьте вы, пожалуйста, он подходит к ней и приседает на край стола, чтобы она могла достать до галстука.
На её лице мгновенно отражается вся гамма сопутствующих эмоций: смятение, паника, сомнение, потом она безвыходно вздыхает, подходит и аккуратно передвигает узел на место.
У вас и рубаха неправильно застегнута, убирая руки, произносит она.
Так перестегните, как ни в чем не бывало заявляет Влад, огорошив Аню своей бесцеремонностью. Теперь у неё на лице такое выражение, словно её только что попросили поцеловать жабу.
Мне неудобно, простите за наглость, подкупающе вежливо извиняется он.
Она расстегивает пуговицы, и Влад чувствует, как дрожат её пальцы, дотрагиваясь до кожи на его груди. Он наклоняет голову ниже, украдкой вдыхая аромат её волос, закрывает глаза, пьянея от нахлынувшего внезапно блаженного наслаждения. Она пахнет так восхитительно вкусно, невозможно надышаться, и внутри покалывает от несносного желания прижать её крепче, чтобы впечатать в себя её потрясающий запах. Он успевает перехватить её руки на взлете, до того, как они оторвутся от ткани его рубахи, оставив томиться его тело в безнадеге одиночества, и поднести запястья к губам, запечатлев на них невесомый поцелуй.
Что вы делаете? еле слышно шепчет она, широко распахивая свои огромные каре-зеленые глаза.
Спасибо, он чувствует, что начинает тонуть в искрящейся глубине её взгляда. У вас волшебные руки.
Секунды вдруг замедляют свой бег, обволакивая их тела вязким эфиром полутонов, и Владу кажется, что он застыл стоп-кадром в этом потрясающем мгновении, когда глаза в глаза, ладони в ладонях, дыхания в такт.
Она приходит в себя первой, неслышно выскальзывая из его захвата, отступает назад, опускает глаза, как будто стыдится того, что произошло.
Мне пора, Влад с сожалением направляется на выход, оглядываясь напоследок на притихшую Аню, и её хрупкая, словно наэлектризованная фигура, все еще стоит у него перед глазами, когда он садится в машину и поворачивает ключ зажигания.
Откинувшись на спинку сидения, он несколько минут смотрит в никуда, пытаясь постичь таинство и загадку мотивов его величества случая, а потом улыбается, понимая, что все случайностине случайны, и кто-то свыше, возможно, решил одарить его своей щедрой рукой, столкнув их с Аней в пустом доме поздним вечером.
Она
Аня слушала веселое щебетанье госпожи Ханны сквозь ватное одеяло навалившегося на нее оцепенения, так и оставшись стоять где-то там, далеко, в коротком замыкании их с Владом взглядов. Все звуки размылись, сливаясь в монотонное приглушенное дребезжание. В её душу внезапно ворвался хаос, заставляющий сердце захлебываться в агонии безрассудной пульсации. Оно то замирало, то мчалось, как обезумевший пес, не разбирая дороги, падая, сдирая лапы, поднимаясь и снова переходя на бег. Она не могла понять, как такое могло произойти? Как этот невозможный мужчина смог подобраться к ней так близко? Он ворвался, как танк, в её привычный закрытый мир, и едет по нему напролом, игнорируя стопы и запреты, расстреливая изо всех орудий её защитные бастионы и барьеры. Зачем он это сделал? Зачем поцеловал руки? Они до сих пор горели дерзким ожогом его поцелуя.
Столько лет к ней не прикасался ни один мужчина. Нет, были дружественные рукопожатия, приветливые объятия с коллегами по цеху, галантные, ни к чему не обязывающие поцелуи руки или щеки от клиентов или инвесторов.
Этот поцелуй был другим Она поняла это, едва он притронулся губами к её коже. Он ударил по ней электрическим током его ни чем не прикрытых эмоций. В его прикосновении не было пустой праздности или вежливой благодарности, так мужчина целует понравившуюся ему женщину, нежно, трепетно, вкладывая в поцелуй энергетику своего чувства. Она видела это в его взгляде, обнимающем её всеми оттенками своих серых глаз.