Его пальцы отодвигают в сторону мои трусики, а затем большой палец Бэйлора прижимается к моим влажным, опухшим складочкам. Я сдерживаю стон, пока весь мир начинает вращаться вокруг нас.
Дрю надавливает еще сильнее и медленно начинает поглаживать, чередуя нажим и скольжение по моей возбужденной киске. Не разрывая зрительного контакта, он наклоняется ближе, так, что его губы почти касаются моей плоти.
- Останови меня.
Мое сердце подпрыгивает к горлу. Я хочу этого так сильно, что мой голос невероятно хриплый.
- Останови себя сам.
Но он не останавливается. Даже и не думает. И прежде чем я успеваю еще раз вдохнуть, его рот накрывает мою киску. Белый свет вспыхивает у меня под веками, и я тихо и протяжно стону. Господи. Я не могу этого вынести. Удовольствие граничит с болью.
Сжимая зубы, я хватаюсь за короткие, шелковистые волосы у него на голове, будто Дрю - это якорь, способный удержать меня от затягивающего в свою пучину вихря темной потребности. Я не могу оставаться неподвижной. Потому толкаюсь бедрами к его рту, от чего мои сдвинутые в сторону трусики, врезаются в попку, добавляя контраст к ощущениям от прикосновений его языка.
- Да, - шепчет Дрю напротив моей кожи. - Блядь, да. Трахни мой рот, Джонс.
От его грязных слов мое тело горит еще сильнее. В впадинке на груди выступают капельки пота. Мои бедра дрожат, а киска пульсирует. Я бессвязно хнычу, еще сильнее выгибаясь. Коридор кажется темным туннелем, пока под нами бушует вечеринка. Осознание того, что мы делаем это в открытом пространстве, еще сильнее ускоряем мое сердцебиение, позволяя ярче ощутить воздействие Бэйлора на мое тело. Звуки его сладостных и влажных прикосновений, маленькие стоны. То, как его щетина царапает внутреннюю поверхность моего бедра; жар его рта. Он питается мной. Его большая шершавая рука удерживает мои бедра. И я не могу сбежать. Я его. И когда палец Бэйлора скользит внутрь меня, сгибаясь и нажимая на какое-то скрытое, идеальное местечко, он начинает сосать мой клитор сильнее, и я кончаю, сдавленно вскрикивая, до ощущения першения в горле.
Я наваливаюсь на него, и он подхватывает меня, оборачивая мои ноги вокруг своей талии. А затем направляется со мною на руках в ближайшую комнату. Я слишком расслаблена, чтобы волноваться о том, есть ли кто-то внутри. Нас встречает прохладная, темная тишина.
Мы останавливаемся у дивана, и Бэйлор убирает с него вещи, прежде чем опустить меня на подушки. Мои ногти подцепляют его рубашку, и я отчаянно дергаю ткань, пытаясь освободить его тело. Мне нужно его увидеть, коснуться его кожи. Негромко ругаясь, Дрю стягивает рубашку через голову одним движением, от чего его волосы приподымаются и торчат. Мне удается бросить лишь один взгляд на его великолепную грудь, накачанные мышцы, поблескивающие в свете от уличного фонаря. Потому что затем он опускается ко мне, целуя мое горло, посасывая и скользя языком по моей коже. Я концентрируюсь на месте, от которого исходит удовольствие и жар, струящихся через мое тело. Его пальцы сжимают мои плечи, а затем перемещаются к краю топа и стягивают его к моей талии. Делая это, Бэйлор отстраняется и пробегает по мне жадным взглядом. Я приподнимаю свои обнаженные груди. Предлагая. Прося о его прикосновении. Я стала порочным созданием, нуждающимся в его ласках.
- Христос, - это рычание в темной комнате. - Ты такая...
Его голова опускается, и поток воздуха ударяет в мой напряженный сосок, а затем Дрю обрушивает на него свой горячий, влажный рот. Он втягивает его врот и сосет. Это так распутно; его язык скользит и щелкает по моему соску, будто поедая тающее мороженное. Я чувствую его всем своим нутром, так, словно он облизывает меня везде. Его большая и теплая рука накрывает мою вторую грудь, сжимая и массируя ее с такой силой, что я начинаю неспокойно ерзать под его телом.
И когда Бэйлор тянет мой пульсирующий сосок, я выгибаюсь дугой, мои руки ложатся на его узкую талию, а губы припадают к его горячей коже плеча. На вкус он соленый и пахнет сексом. Костяшками пальцев я провожу по пуговкам на его джинсах, дергая. И через секунду его член у меня в руке. Я наслаждаюсь тем, какой он толстый, шелковистый и горячий, будто пульсирующее живое существо, подергивающееся в моих ладонях; и прежде чем возобновить свои поцелуи на моей шее, Дрю стягивает с меня юбку. Наши головы ударяются, а дыхание сбивается. Мы такие жадные к ласкам, так желаем коснуться друг друга.
Мои трусики идут следом за юбкой, и холодный воздух ударяет по влажной обнаженной коже. Бэйлор возвышается надо мной, в слабом свете уличного фонаря его лепленное тело выглядит словно произведение искусства. Расстегнутые джинсы свисают с его сильных бедер, а длинный член практически скрыт сумерками. Дрю сует руку в карман и достает бумажник. Его руки трясутся, и бумажник практически падает на пол, когда парень вынимает из него упаковку презервативов.
- Поторопись, - мои ноги дрожат, а киска так набухла и мучительно болит от желания. - Давай же. Сейчас.
Ругаясь, он разрывает упаковку. Перед глазами плывет, когда я тру, его обутой ногой по заднице. Дрю вздрагивает как от огня, а затем раскатывает презерватив, сгибая ноги и держа свой огромный член у основания второй рукой. Боже, его движения столь уверенные и такие порочные. Я больше не могу ждать. Я такая пустая, такая жаждущая.
Горячая кожа его груди касается моей, и я слышу шум его неровного дыхания. Мы вместе стонем, когда головка его члена проникает в меня. И еще раз, когда он толкается глубже. Пока полностью не наполняет меня.
Мы замираем на мгновение, концентрируясь на ощущении его пульсации внутри меня. Внутри меня. Дрю Бэйлор внутри меня. Это похоже на самые грязные галлюцинации. Что-то столь нереальное и в то же время самое что ни на есть настоящее, то, что я переживаю прямо здесь и сейчас. И через мгновение он начинает двигаться. Толкаясь в меня глубоко и жестко. Сон это или нет, больше не имеет значения.
Каждый раз, когда он вколачивается в мое тело, то издает тихий мучительный звук, будто нуждается в большем, гораздо большем. И я его понимаю. Толстый член Дрю то заполняет меня, то оставляет опустошенной, пока его шелковистая кожа скользит вдоль моего тела, но мне все мало. Я горю, дрожу от удовольствия. Никогда бы не подумала, что так бывает.
Мои руки сжимают мышцы его спины и притягивают его тело ближе. Тело Бэйлора вибрирует, а его хватка перемещается с моей талии к попке, располагая ее так, как ему того хочется. И я позволяю ему это, потому что ощущения становятся еще лучше.
- Джонс, - хрипит он мне на ухо. Мы такие нуждающиеся друг в друге. Здесь, в темноте.
Так близко. Так близко.
Его губы касаются чувствительного места у основания моей шеи. И когда он прикусывает мою кожу, сильно всасывая ее в рот, одновременно с тем потирая мой клитор, я кончаю ярко и ослепительно.
Я словно освобождаюсь от чего-то, и Бэйлор сходит с ума, он вдалбливается в меня так резко и неистово. Наши глаза встречаются, и мое дыхание перехватывает. Его взгляд такой горячий и интенсивный. Я точно знаю, что он чувствует, потому что нуждаюсь в нем так же сильно. Мои пальцы поджимаются и ногти вонзаются в кожу его ягодиц. Все его тело напрягается, натягиваясь словно струна напротив меня, когда Дрю кончает, издавая гортанный стон, а его глаза все еще не покидают мои, удерживая меня взглядом до последнего спазма.
Уставшие и удовлетворенные, мы сплетаемся друг с другом, тяжело дыша.
Когда Бэйлор начинает говорить, его голос, словно гравий.
- Боже, Джонс. Это было... - фраза прерывается на половине, но его объятия становятся крепче. Будто парень не хочет отпускать меня.
Реальность - это прорубь, падая в который, ты погружаешься в глубокую и темную воду. А в последствии замерзаешь. Что же я наделала?
***
Дрю
МЕНЯ ВСЕ ЕЩЕ трясет, когда я возвращаюсь домой. Мои руки бесполезны, и я даже не в состоянии расстегнуть пуговицы на джинсах с первого раза. Промахиваюсь мимо кранов, когда хочу принять душ. В конце концов включаю на полную холодный вентиль.
Я все еще в шоке. Мое сердце колотится, словно я только что вернулся из спортзала. И кажется, мой организм не собирается успокаиваться.
Ледяная вода струиться по разгоряченной кожи, и я шиплю.
Святое дерьмо, что только что произошло?
Анна Джонс буквально разрушила меня. Окончательно.
Воспоминания атакуют мой разум: то, как ее бледное стройное тело изгибается, прижимаясь к моему, то, как ее твердый сладостный сосок скользит в мой рот, мягкость и вес ее груди в моих руках. Я стону. Мои колени почему-то становятся слабыми, и приходится прислониться к стене, чтобы устоять на ногах.
Вода льется на мое лицо, попадая в глаза прежде, чем я успеваю их зажмурить. Но даже жжение воды не может остановить поток этих образов. Ее широко открытые округлые бедра. Ждущие меня. Небольшие кудряшки и блестящие от влаги припухшие губы ее киски. Ждущие меня. То, как я лизал и посасывал каждый дюйм этого подарка. Ее вкус все еще ощутим у меня во рту.
- Черт, - мой голос раздается на всю душевую кабину.
И несмотря на то, что кожа покрылась мурашками от холода воды, мне снова жарко. А мой член вновь твердый. Кончик моего возбужденного стояка прижимается к холодной плитке, и неосознанно я толкаюсь вперед, пытаясь облегчить давление. Дерьмо. Я снова хочу ее. Сейчас. Сильно.
Я даже не пытаюсь себя ласкать. Это не поможет. Этот ублюдок хочет Анну, а не мою руку. К тому же, меня передергивает от мысли о мастурбации на образ Джонс, будто я бедный нищий.
Боже, было так унизительно наблюдать за ней, когда Анна осознала, что же наделала, как исказились ее черты, а в глазах появился ужас. Она ушла от меня так быстро, как только могла. А я сидел на корточках, как идиот, пока она натягивала свой топ, а затем поднялась с дивана. Ее трусики были, очевидно, безвозвратно утеряны, потому что Джонс просто вылетела с комнаты, пробормотав на прощание "Извини.Пока."
Она даже не позволила мне себя поцеловать. И это сильнее всего сжигает меня изнутри. Словно поцеловать меня было столь личным, что Анна не смогла бы этого вынести. Словно ей нужно было приравнять меня к какому-то случайному, безликому траху.
Я снова стону и пробегаю руками по волосам. Мои руки словно налиты свинцом, и я весь трясусь. Медленно поворачиваю вентиль горячей воды и опускаюсь на пол душевой. У меня только что был самый горячий, эротичный и переломный секс в моей жизни, и не думаю, что подобное удастся повторить. Сегодняшний вечер, явно, представляется Анне опрометчивой интрижкой. А я схожу с ума, потому что это было лучшее событие моей жизни.
Глава 6
Анна
ЭТОГО НЕ БЫЛО. Да, сделаем вид, что этого не было. Не было нависающего надо мной тела Бэйлора, его голая грудь не скользила по моей груди, его толстый, твердый член не погружался.... Мои ноги заплетаются. Ладно, это все было, и я не в силах изобразить обратное. Но на самом деле это и неважно. Это была... Космическая вспышка, небольшое отклонение от реальности. Все это было лишь интрижкой. Ни больше. Ни меньше. Я могу это сделать. У меня и раньше были интрижки. Трах - бах, спасибо, мужик. Похоть удовлетворена. Жизнь продолжается.
Глубоко вздыхая, направляюсь по коридору к своему классу.
Дерьмо на палочке. Бэйлор стоит у двери, прислонившись к ней спиной, его длинные ноги скрещены, а руки естественно сложены на широкой груди. Мое сердце стучит будто у испуганного кролика, который пытается сбежать от лисы.
Дрю наблюдает за мной, и на его лице появляется легкая самодовольная улыбка, от чего уголок рта парня вздрагивает.
Мое тело - предатель, так как от одного взгляда на эту улыбку пульс моментально учащается. А рот хочет улыбнуться в ответ. И чтоб хоть как-то угомонить свое тело, я прикусываю губу. Все становится еще хуже, когда подхожу ближе к Бэйлору. Сейчас я знаю его. Знаю, какова на ощупь его кожа, как ощущается его член глубоко внутри меня, какие звуки срываются с его уст, когда Дрю кончает.
- Эй, - говорит он.
И моя кожа покрывается мурашками. Бог мой, его голос. Его голос, шепчущий что-то напротив моей влажной киски. Остановите меня кто-нибудь. Я напряженно сглатываю.
- Эй.
Его улыбка становится шире.
- Я думал о тебе, Джонс.
- Не напрягайся.
- Такая враждебность, - теплое дыхание касается моей щеки, когда Дрю наклоняется ближе, пододвигая свое сексуальное тело слишком близко, отчего мой разум уже не может нормально функционировать. - Я думал, мы преодолели этот этап.
Я в персональном аду, потому что все, чего мне сейчас хочется, так это лизнуть его сильную шею, засунуть руку в его приталенные джинсы и схватить то, что мое. Я дергаю головой назад и фокусируюсь на его подбородке, потому что попросту не могу взглянуть Дрю в глаза. Трусиха.
- Ты прав. Давай перейдет к тому этапу, где мы "никогда не упоминаем и не думаем об этом снова".
Бэйлор хмурится.
- Мне не нравится твой вариант.
- А меня это не волнует, - я бросаю взгляд на двери за его большой широкой спиной. - Ты не мог бы отойти с дороги? Я бы хотела попасть на занятие.
Но он просто стоит, со скрещенными на груди руками, что интересным образом подчеркивает рельефность его бицепсов и предплечий, и пристально изучает черты моего лица. Я все еще не в силах встретиться с ним взглядом, что довольно раздражает.
- Ты смущена? - спрашивает Бэйлор, понижая голос.
- Нет. Это вряд ли. - Да. Всецело.
- Ты выглядишь смущенной. Твоя кожа румяная здесь, - он проводит пальцем вдоль моей щеки.
Я отталкиваю его руку.
- Я краснею, когда раздражена.
От его голоса по моей коже идут вибрации.
- Ты краснеешь не только в этом случае.
И вот сейчас мои колени подкашиваются. Я гляжу на него, видя в глазах Дрю жар и поддразнивание, еще сильнее смущаюсь и, быстро отведя взгляд, сосредотачиваюсь на мочке его уха. Милая, безобидная мочка уха. Такая милая, что я хочу ее прикусить.
- Ты себя так всегда ведешь после случайного секса? Пристаешь к девушке постфактум? Тебе нужны отзывы или что-то в этом роде, чтобы приласкать свое эго? Может ты еще спросишь дрогнула ли подо мной земля в тот миг?
Он поднимает руку и, говоря, начинает загибать пальцы.
- Мне не нужно спрашивать об этом, Джонс. Мы оба знаем, что земля исчезла в тот момент ко всем чертям собачьим. И у меня нет протокола поведения после случайного секса. Я мог бы пошутить о том, что реально нужно приласкать, но это было бы слишком просто. Если честно, я разочарован тем фактом, что данный вопрос так сильно тебя задевает, - он касается кончика моего носа, и его самодовольная ухмылка становится шире. - Я ожидал от тебя большего, вызова что ли.