Всего за 149 руб. Купить полную версию
Не самые плохие мечты, как по мне. Еще бы квартиру нормальную, свою дачу, отпуск в Турции, или на худой конец в Геленджике, и развод.
- Да, вот такие у меня мечты!вызывающе вздергиваю подбородок.
- Запомню, - подмигивает Ваня.И что, этот твой муж так и будет торчать у тебя? Может, выгонишь? Или я могу
- Нет, - перебиваю сердито.Слушай, ну какой же ты наглый тип! Чем тебе мой муж мешает? Он не у тебя поселился!
- Идея!Иван легко толкает меня в плечо, привлекая внимание.Пусть он у меня селится, а я к тебе, а?
Отмахиваюсь от дурацкого предложения, и сворачиваю на соседнюю улицу, где расположено недорогое кафе. Мне бы позавтракать!
С радостью бы выставила Бориса вон, да вот только знаю я его: специально же будет торчать под дверью, как брошенный пес, и жаловаться всем вокруг на гадину-жену. Или, того хуже, станет жить в коробке из-под холодильника, и попрошайничать. Напишет на картонке: «Пожалейте сиротинушку, покинутого женой и матерью» - с этого артиста станется.
- Ты в своем уме, Василиса?в ужасе спросит мама, которой Борис любит жаловаться на жестокую меня.Что люди подумают?
- Нельзя так. Не по-людски, - покачает головой папа.
- Василиса Федоровна, а почему ваш мужбомж? Если он бомж, то выледи-бомж?спросят любопытные дети, а директор продублирует этот вопрос с использованием великого и могучего русского мата.
- А я сразу говорил, что Бориска твойкамень на шею, - вздохнет дедушкаодин из немногих, кто отговаривал меня от глупого брака.Правильно сделала, что выгнала!
Но дедушка будет в меньшинстве, так что Борис останется у меня. На время.
- О чем задумалась?прищелкивает пальцами у моего лица Иван.Скоро завтрак принесутя заказал.
Оказывается, мы уже сидим за маленьким столиком в кафе, а я и не заметилатак задумалась.
- Любишь его?прищурившись, коротко интересуется Иван.
- Не твое дело.
- Ну-ну
Закатываю глаза, но всю мою язвительность прогоняет изумительный аромат манной кашии как Иван догадался заказать именно ее? Самый мой любимый завтрак: каша со сливочным маслом, которое медленно плавится. А если еще сахаром посыпать прелесть!
- Вот, что я люблю, - киваю я на тарелку с кашей, и набрасываюсь на нее, не испытывая ни капли вины за оставшегося без завтрака Бориса.
Любила ли я его хоть когда-нибудь? Нужно признаться хоть самой себенет, никогда. А если быть совсем уж убийственно честнойБорис мне даже не нравился. Я бы и не взглянула на него, если бы не то, что все одноклассницы были на нем помешаны: «Ах, какой мальчик! Вылитый Есенин! А эти мечтательные глаза, этот горящий взор»
Свой горящий взор Борис обратил на меня, и я, чтобы утереть нос одноклассницам, сватавшим меня за школьного дворника, сошлась с Борисом. И сама же себя убедила в своей к нему великой любви. Так хорошо убедила, что замуж за него вышла! И только после месяца совместной жизни я осознала, что Борисне моя мечта. Ему бы жить в веке эдак восемнадцатом-девятнадцатом, в барском поместье, и сочинять свои стишата.
Я женатура приземленная, как любит повторять Борис. Приземленная, чем и горжусь: люблю, когда в холодильнике есть еда, коммуналка оплачена, и есть лишние сто рублей на капроновые колготки.
- Василисушка, в каких облаках ты витаешь?снова возвращает меня из астрала голос Ивана, о котором я успела забыть.О чем думаешь?
- О колготках, - ляпаю я от растерянности.
- О, это уже интересно. Хотя, я бы предпочел увидеть тебя в чулках, - интимно шепчет мужчина, явно подтрунивая над стремительно краснеющей мной.А можно и без них, и вообще без белья.
- А можно без меня?интересуюсь, приподняв бровь.
- Без тебя никак, прости. Это мероприятие для двоих, - отвечает мужчина, взгляд которого опущен на мою грудь, обтянутую майкой.
- Тебе по работе этого мало, озабоченный? И, кстати, о мероприятиях, - ухожу я с неудобной темы, - мне нужно забрать кое-что в учительской, а после я напишу тебе
- Можешь не писать. Я иду с тобой, - перебивает Иван, и скрещивает руки на груди, словно говоря: «Ну и попробуй меня отговорить!».
А я лишь легко качаю головой. К нормальным людям кошки, да собаки дворовые привязываются. На крайний случай - венерические заболевания. А ко мне вот эскортник.
Судьба у меня - та еще зараза.
ГЛАВА 13
Идти с Ваней по улицам нашего городишки очень и очень странно. Меня многие знают благодаря излишне общительной родительнице, и эти многие подозрительно косятся на ни в чем неповинного эскортника.
Хорошо, что не знают, кто он такой. Но от мамы мне прилетит за то, что я разгуливаю по улицам с посторонним мужчиной. Если бы еще Иван был низкорослым, лысым пузаном, но нет: высокий, отлично сложенный
«А задница какая, - мысленно оцениваю я весьма аппетитное зрелище.Так бы и ммм, хватит!»
Неимоверным усилием воли заставляю себя отвернуться, и разглядываю свое отражение в витринах. Лучше уж собой буду любоваться: я девушка, и мне так положено. А на красивых мужиков буду слюни в старости пускать.
- Ты ведь в курсе, что в учительскую я тебя с собой не возьму?
- Можешь привязать меня у ограды, - улыбается мужчина, и хватает меня за талию, прижимая к себе.
Отпрыгиваю от него, как ужаленная.
- Не здесь же! Мы у школы!возмущенно восклицаю, сузив глаза, и угрожающе трясу кулаком.
- То есть, наедине ты не против?искушающе мурлычет Ваня.
Вместо смущения или раздражения я ловлю очередной приступ веселья: ну какой же он странный тип! Знаю, это тяжелопостоянно держать лицо. Вот яучитель, и разгуливать по городу в любимых шортах, которые можно не снимать у гинеколога, я не могуношу их лишь на даче у родителей, смущая престарелого соседа, который валокордин глотает, глядя на меня. И в соцсетях не все можно выложитьне оценят.
У Ивана иная бедаему постоянно приходится играть роль то соблазнителя на минималках, то куртизанки семнадцатого века. Должно быть, это тоже утомляет.
«Так бы и пожалела его!умиляюсь, глядя на веселящегося мужчину.Но не буду: мужика жалеть нельзя, иначе на шею сядет, и ножки свесит!»
- Идем уже, горе луковое, - вздыхаю я.В учительской сейчас, скорее всего, никого. Подождешь меня, а затем подробнее обсудим учебный процесс.
Иван кивает, и мы заходим в школьный дворпустой, разбавляемый лишь дворником Василием, и его котомтоже Василием, которые стали неотъемлемой частью школьного пейзажа, как памятник Ленину на любой городской площади.
И оба Василия, к моему немалому ужасу, спешат к нам, едва завидев меня. Боже, только не сейчас
- Здравствуй, свет очей моих, - дядя Вася говорит медленно и тягуче, что свидетельствует о том, что он уже накатил.
Ну да, а чего тянуть? Подумаешь, утро, пффф! Зато у него оно каждый раз доброе.
- И вам не хворать, дядь Вась, - здороваюсь я, слыша еле заметный смешок от гадкого эскортника.
- Так и знал, что придешь, несмотря на выходной. Василий, вот, тоже тебя ждал, - дядя Вася легонько отталкивает ластящегося к его ноге пушистого кошака, которого я частенько подкармливаю кошачьими деликатесами.
- Василий?сдавленно переспрашивает Иван, и начинает кашлять.Кха-кха ну Василиса
Иван не слишком удачно маскирует смех под кашель, но дело до этого есть лишь мне.
- По спинке постучать?шиплю угрожающе, показывая кулак.
- Злая ты!
- Слышала уже эту фразу, - отмахиваюсь я.
И почему все окружающие мужчины называют меня злюкой? По-моему, ясама доброта.
- А ты кто таков будешь, юноша?дядя Вася обращает свое царственное внимание на продолжающего веселиться над нашими именами Ивана.
И все же, он какой-то неправильный эскортник. Точно, бракованный экземпляр подсунули.
- Я
- Иванушка он, - перебиваю я Ваню ехидно.Дожил до почтенных лет необразованным балбесом, дядь Вась. Вот я и подтягиваю его по школьным предметам.
- Мне двадцать шесть лет!
- Ужас, - хватаюсь я за щеки, пародируя известный смайл, решив отомстить за насмешки над моим чудесным именем.
- Иванушка, значит, - кхекает дядя Вася.А братьев у тебя нет, юноша?
- Есть, - удивленно отвечает Иван.Двое.
Ага! Чуть ли не в ладоши хлопаю от восторга, услышав эту новость. Держись, Иванушка, зря ты этим поделился!