Всего за 149 руб. Купить полную версию
Ну и кабан здоровый, ворчу, вставая на ноги.
Хотя лучше помолчать, а то еще разбужу ненароком. Невооруженным взглядом видно, что мужик вырубился. Пристраивает голову на согнутую руку, продолжая громко сопеть. Даже хрипеть, но мне пофиг. Вот реально безразлично, что с ним.
Что б тебя черти слопали! выдаю довольно тихо, только сейчас понимая, что голая. Зябко, даже холодно меня начинает пробивать мелкий озноб. Обхватываю себя руками, ища на полу разбросанную одежду.
И шарахаюсь, когда взгляд опускается на ноги. Липкое что-то, хотя и так понятно, что. Сперма вперемешку с кровью только сейчас до меня доходит весь абсурд моего внезапного порыва прийти сюда.
«Идиотка!» всплывает в памяти грозное рычание Игната.
И, как ни странно, сейчас я с ним целиком и полностью согласна.
Господи, что же я натворила?
Глава 9
Заставляла себя не реветь, когда искала ванную в полутемном доме. Не стоит это моих слез. Тем более, сама виновата. Ну, кто ж знал, что я такая наивная дура? Поверила, что принца встретила, как бы не так. Дрыхнет, как сурок, и пофиг ему на мои чувства.
Завтра хоть вспомнит, что девственности меня лишил?
Чудовище! шепчу, накидывая сверху рубашку Игната. Ненавижу! вытираю одинокую слезинку, которая все-таки вырывается наружу. Собираю свои вещи с пола и направляюсь на поиски этой чертовой ванны.
Я же не могу в таком виде вернуться домой. Что обо мне подумает отец?
Горячие струи воды немного успокаивают. Не совсем, конечно, но все равно становится легче. Хотя бы реветь уже не хочется, и то ладно. Обидел меня Игнат сильно, но время, как известно, лечит. Это сейчас больно, а позже обязательно попустит.
Правда, до сих пор что-то жжет внутри и ноет между ног. Не так как раньше, но все равно неприятно.
А главное, в душе творится такой неописуемый хаос, что хочется сбежать. Куда угодно, лишь бы подальше. Не видеть больше Игната, а так же забыть обо всем случившемся.
Быстро переодеваюсь, подхватываю мужскую рубашку и снова направляюсь в кабинет. Сама не понимаю, почему меня туда так тянет, поэтому и иду на каком-то автомате. Все равно ведь спит это чудовище, а значит, разговоров душевных точно не будет. Да и что он может мне сказать, получив долг сполна? Это ты, Алиса, дура наивная, думала, что нравишься ему, а он
Я замираю посреди кабинета, так как озарение слишком резко посещает мою многострадальную голову. Как будто молнией шарахает в одночасье, так внезапно я осознаю всю неописуемую глупость своего поступка. Поворачиваю голову назад, разглядывая открытую дверь.
«Привет!» голос с придыханием и легкая улыбка на лице, когда я сюда вошла.
«Ты кого здесь ожидала увидеть?» вполне логичный вопрос после моего дурацкого поведения.
«Ты пришла в дом к незнакомому мужчине, даже не зная, что тебя здесь ждет?» пристальный взгляд, прожигающий насквозь.
И последнее. Слишком резкое. И слишком уж эмоциональное:
«Идиотка!»
А после нетвердая походка, бред, который нес Игнат, его руки, губы, жар от тела и мое слабое сопротивление, которое и сопротивлением назвать-то сложно.
Хотела попробовать, чего уж душой кривить, только мыли тогда были о другом. Даже не подозревала, что это всё же окажется ловушкой. Продуманной, наглой и такой жестокой. Я предполагала, конечно же, как один из вариантов, но совершенно в другом контексте открытая дверь, пустой дом и я. Объясняй потом полиции, что я не при чем ничего не брала, не украла ничего ценного, а пришла просто поговорить.
В пустой дом. К мужчине. Которого совсем даже не знаю!
И дело ведь совсем не в этом. Если бы Игнат не начал столь резкую атаку, а у меня не закружилась голова от переизбытка эмоций
Если бы я еще тогда подумала совершенно по-другому должен вести себя человек, увидев на пороге незнакомку. Нет, мы знакомы, но вопрос должен был звучать иначе что я делаю в его доме в столь поздний час? Каким ветром меня сюда занесло?
Но он не спросил, а эти «если» теперь приобретают иной смысл Игнат ждал именно меня. И хотел получить свой долг именно так, как продемонстрировал мне полчаса назад.
Мои слезы ему даром не нужны. Он хотел мое тело.
Вот и попользовался. Теперь наверняка спишет долг.
Молодец, папуля!
Только вот о моих чувствах никто и не подумал. Какое дело Игнату и отцу до того, что творится у меня в душе?
Твою мать! у меня резко вырывается, когда очередное осознание накрывает с головой.
Даже дрожать начинаю, как в лихорадке, так меня трясет. Я обхватываю себя руками, желая лишь одного завыть, как раненый зверь, которого бросили погибать. Перед этим засунув нож в спину.
Ладно этот, чудовище, но отец?! Родной и близкий человек, которому я доверяла. А он
Игнат не мог знать о моем внезапном появлении, если бы не отец. Значит, предупредил. Или заранее сговорились. Разыграл передо мной целый спектакль, а я повелась. Потому что по-другому не могла. Предать родного человека помнится, меня другому учили.
Ублюдок! снова довольно резко вырывается у меня, хотя я так и не поняла, кому именно из мужчин адресовываю свои высказывания.
Но теперь слез нет душу жжет ненависть. Такая сильная, что хочется кого-то разорвать на части. Кулаки сжимаются, а зубы скрипят. Как же быстро меняются наши симпатии! Раз, и человек превратился во врага, а ведь еще недавно думала, что влюблена.
Я плюю себе под ноги, в последний раз смотрю на чудовище, что громко сопит на диване, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и выхожу из кабинета, навсегда покидая этот проклятый дом.
Никогда сюда не вернусь!
И встречаться с Игнатом я больше не намерена!
Глава 10
Эмоции бьют через край. Папа, ну как же так? Как ты мог меня предать продать свою дочь первому встречному? Любимую принцессу, как ты обычно меня ласково называл. Единственный близкий человек, который остался в моей жизни.
И тот бросил растоптал, как сломанную куклу, убив все живое. Выкинул в мусорку, как ненужную вещь. Мне всего восемнадцать, а душа уже мертва. Такое чувство, что и не оживет никогда.
Слезы злости душат, и я размазываю их по лицу, уверенно двигаясь вперед. Куда иду, и сама не знаю, но ношусь, как угорелая, по незнакомым улицам.
Сколько моталась в таком состоянии, сложно сказать, пока не заскрипели тормоза, а яркий свет фар ударил в лицо.
Ненормальная, куда прешь? мужской голос как будто выводит меня из состояния аффекта. Прихожу в себя, лежа на капоте внедорожника. Это какой-то дурной сон! Я закрываю глаза, глубоко вдыхая воздух.
Грудь сдавливает в очередной раз еще аварии мне не хватало для полного счастья. Дергаюсь, когда мужская рука хватает меня за локоть.
Отпустите, я шиплю, как змея, глядя в лицо незнакомцу. Наверное, в тот момент я выглядела безумной, потому что вырывалась, орала, но в результате сдалась.
Тише, малышка, мужчина прижимает меня к груди и гладит по голове, произнося какие-то ласковые слова. И я расслабляюсь, давая волю эмоциям, перед этим замечая на безымянном пальце незнакомца обручальное кольцо.
Мужчина располагает к себе, поэтому я больше не сопротивляюсь. Рыдаю, как ненормальная, уткнувшись лицом в грудь постороннего человека. Реально было пофиг, что он со мной сделает хотелось просто сдохнуть от безысходности.
Давай домой тебя отвезу, незнакомец произносит мягко, когда моя истерика идет на спад. Я хлюпаю носом и позволяю усадить себя на переднее пассажирское сиденье внедорожника.
Пока незнакомец обходит автомобиль, я оглядываюсь назад детское кресло. Плюс обручальное кольцо можно расслабиться и больше не думать о плохом. Хотя сейчас вообще думать не получается, резко нападет какая-то дикая апатия.
Безразличие ко всему происходящему.
Спасибо, я шмыгаю носом, вытирая остатки слез с лица, когда мужчина усаживается за руль и трогается с места.
Тебе куда? на пару секунд он поворачивает голову в мою сторону, а я откидываюсь на спинку сиденья и тихо произношу:
Вишневая, девятнадцать.
И больше ни слова мужчина не лезет в душу со своими вопросами, а я молча разглядываю пролетающий за окном пейзаж. Голова гудит, мысли роятся, одна другое витиеватее, а боль внутри лишь усиливается с каждой секундой все сильнее. Плевать на боль физическую, в груди разгорается пламя ненависти.