Как и тогда в кафе, Феликс начал говорить спокойно, властно, подчиняюще. Этот мужчина вновь меня гипнотизировал. На его руки падали мои горячие горькие слезы, а он лишь крепче прижимал меня к себе.
- Красиво, не так ли? Совсем скоро я стану королем этого города. Ну, а ты... По-прежнему будешь моей любимой фавориткой...
Глава 25.
Мы сидели с Феликсом друг напротив друга. Молча и пристально смотря в глаза. Затем он протянул мне визитку с номером Станислава. Вновь выступили непрошенные слезы. Я, как могла, пыталась поддерживать непроницаемый вид, так как не хотела показывать своей слабости этому мужчине. Потому что этот человек не станет мне сопереживать, такой как он лишь насладится этим зрелищем.
Дрожащими руками я взяла телефон и стала набирать проклятые цифры. Поверить не могла, что Феликс готов пожертвовать всем, даже мной, казалось бы, своей любимой игрушкой. Трофеем. Для достижения цели. Оказалось, что этот человек готов опуститься до самой настоящей низости, но во чтобы бы то ни стало уничтожить своего врага. От этого становилось с одной стороны мерзко, но с другой, как-то не по себе. Страшно. Ведь если когда-нибудь он сочтет меня своим врагом, то даже не представляю, что предпримет для того, чтобы стереть с лица земли.
Я наивно полагала, что мы сможем с ним пройти через все. Думала, он изменится, но я ошиблась. В нем не осталось ничего человеческого. Как бы я не старалась, и чтобы не предпринимала, так и не смогла растопить эту сталь. Этот айсберг. Хотя верила в это всеми фибрами своей души. Не мечтала о Хэппи Энде, но надеялась на лучшее. Полагала, что если не полюбим друг друга, то хотя бы привыкнем, поладим, но ему так неинтересно. Ему нужна, наверное, острота ощущений. И сегодня он насладиться этой самой остротой в полной мере, когда меня будет лапать чужой мужчина. Раздаются длинные гудки, а после слышу голос того самого Станислава. Феликс делает кивок головой, в знак того, чтобы я начала разговор, и, конечно же, мне ничего не остаётся кроме как повиноваться этому мужчине.
- Добрый день, Станислав. Вы, возможно, меня не узнали. Это Ви Валенсия. Помните? - Прошептала я еле слышно, так как с каждой секундой надо мной брало вверх дикое волнение.
- Да. Как же вас можно забыть. Чем могу быть обязан? Для столь прелестной нимфы я сделаю все, что угодно. - Радостно сообщил Станислав.
- Я долго думала над вашими словами. И решила, что хотела бы с вами встретиться. То есть я не против побыть с вами наедине. - Произнесла я и зажмурилась в ожидании ответа.
Было так стыдно, что я, как последняя шлюха, сама предлагаю себя незнакомому мужчине.
- Конечно, Валенсия. Я не против, даже очень рад. Так и думал, что этот чёрствый мужлан вас совершенно не удовлетворяет. Поверьте, сегодня вы узнаете, что это значит быть с настоящим мужчиной. Вы не пожалеете. - Радостно пропел Станислав.
Я даже представила в этот момент его довольную физиономию, от чего стало ещё противнее от всей этой ситуации в целом.
- Я в этом не сомневаюсь, иначе не позвонила бы вам. - Как можно убедительнее произнесла я.
После того как прекратился наш разговор со Станиславом, я встала со стула и, не говоря ни слова, направилась к выходу. Думала, мне удастся уйти по-английски, но Феликс все-таки бросил мне слова вслед.
- И смотри, без глупостей. Хотя эта фраза, наверное, не уместна в нашем случае. Я же знаю, что ты у меня послушная девочка. - Сказал мой покровитель, а затем злодейски ухмыльнулся, пустив дрожь по всему телу...
Мы встретились со Станиславом в отеле. Конечно, же в люксовом номере, красота и комфорт которого восхищали, но должна помнить, что тут я не для отдыха. Нам накрыли стол. Дорогое вино и всевозможные закуски. Но от волнения мне кусок не лез в горло, зато Станислав не отказал себе в удовольствии отведать вкусной ресторанной еды от знаменитого шеф повара. Я же в свою очередь потягивала не торопясь, маленькими глотками вино и наблюдала за человеком, который вызывал во мне лишь омерзение. Да, он ещё не притрагивался ко мне, не целовал, а мне уже было противно. Просто от осознания того, что в этот вечер предварительные ласки между нами все-таки произойдут. И сколько они будут продолжаться зависит от меня и от снотворного, которое я должна подсыпать в бокал Станислава.
Мужчина отлучился в туалет, а я, решив, что больше нельзя терять ни секунды, вытащила из сумочки снотворное, которое подсыпала в бокал с вином и сверху решила долить ещё немного этого алкогольного напитка, чтоб мужчина ничего не заподозрил. Станислав появился не скоро, но как только я снова оказалась в его обществе, набросился на меня, как голодный зверь. Но я смогла уговорить Станислава выпить со мной ещё немного, на что тот безотказно согласился, даже не представляя, что ждёт его впереди.
Мы пили и много разговаривали, но, когда его терпение лопнуло, он заключил меня в свои крепкие объятия и стал покрывать мою шею своими мерзкими слюнявыми поцелуями, от которых меня начало воротить, но я, закрыв глаза, стала представлять на его месте совершенно другого мужчину, Яна, но даже это не спасало меня. Слезы горячим потоком начали литься из глаз, но Станиславу было на это все равно, в порыве собственной страсти, кажется, даже этого не замечал. Наконец, хватка на мне ослабла, и я сразу же почувствовала на себе всю тяжесть его тела. Уснул.
С большим трудом я отбросила его от себя и только тогда смогла вздохнуть с облегчением. На дрожащих ногах поднялась с большой кровати и снова подошла к своей сумке, вытащив оттуда, как можно скорее, телефон. Набрала нужный номер и стала ждать появление так называемых жриц любви. Также не забыла про свёрток, в котором находился белый порошок. Да, Феликс достал даже наркотики, чтобы раз и навсегда избавиться от своего соперника. Я же в свою очередь рассыпала эту дрянь по всему столу, сотворила небольшой хаос, чтобы компромат получился более правдоподобным. Все здесь должно кричать о хорошем времяпровождении.
Когда со всем этим было покончено в дверь постучали, и я быстрым шагом направилась встречать проституток, чтобы поскорее покончить со всем этим. По началу девушки удивились, что им не придется обслуживать клиента, но уже вскоре с удовольствием развлекались в номере, ели дорогую еду, танцевали и даже согласились попозировать мне для снимков возле спящего мужчины. Я быстро сделала фотографии. Порадовало то, что все кадры получились очень правдоподобными, и даже не придется устраивать так называемую фотосессию повторно. Я заплатила проституткам и предупредила, чтоб ровно через час их в номере не было. Следом попросила горничную навести порядок в номере, а сама скорее отправилась прочь из этого места. Сейчас я хотела лишь домой. Укрываться одеялом с головой и не думать ни о чем. Не вспоминать. По прибытию молча отдала телефон со снимками покровителю, а затем получив одобрение направилась к себе в комнату, где забылась тревожным сном.
С того события прошло несколько недель. И я наивно полагала, что Феликс будет использовать снимки, как компромат на Станислава, чтобы в случае чего предоставить ему эти файлы. Доказательства, которые могут подпортить такую безупречную репутацию его соперника.
Ещё через некоторые время Феликс сообщил, что мы идем на очень важное мероприятие, как он выразился, оно сыграет не последнюю роль в его победе на выборах. Надо мной ещё ни разу так не работали специалисты, как в этот раз. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя. На меня смотрела ни Вика, и даже не Виктория, а уже Валенсия. Совершенно незнакомая женщина. От этого становилось жутко, но я ничего не могла поделать. Я потеряла себя. Той Вики, которой я была когда-то больше нет. Но кто я? Ответ на этот вопрос был мне неизвестен. Если обычно Феликс был очень серьезен, то в этот день я не узнавала его. Можно сказать, мой покровитель был на седьмом небе от счастья, а с лица не сходила эта одержимая улыбка, которой я очень боялась. Но, что послужило причиной его радости, я не знала.
На вечере Феликс снова куда-то исчез, оставив меня одну. На протяжении всего дня я плохо себя чувствовала, и когда оказалась среди такого большого количества народа, почувствовала себя ещё хуже. Кружилось голова, и было нечем дышать. Я заперлась в дамской комнате и долго оттуда не выходила, пытаясь привести себя в порядок. А когда все-таки вышла, чтобы, не дай бог, не вызвать праведный гнев у своего покровителя, то увидела, что начался какой-то ажиотаж. Публика ошарашенно оглядывалась по сторонам. Я слышала, что в этот вечер каждый из кандидатов должен был подготовить презентацию. Когда подошла очередь Станислава, то вместо нее на экране высветилось те самые фотографии, которые я делала собственноручно несколько недель назад. Но я ведь не знала, что Феликс решится на такое. Полагала, что будет, как обычно, в своей манере шантажировать, давить морально, но, чтобы в открытую прилюдно начать войну, даже не представляла...