Ника Евгеньевна Витковская - Юность стр 3.

Ты сказала, что не привыкла сдаваться, прошептал он.

Мое сердце колотилось с сумасшедшей скоростью. Я чувствовала пульс в запястье, но это не был страх. Я не боялась Оскара, скорее, наоборот, меня к нему тянуло со страшной силой. Мы стояли в дверях, онв 5-ти сантиметрах от меня, практически вплотную.

Ну что ты смотришь? Я тебя не держу,он пожал плечами.

По телу пробежала легкая дрожь. Ноги стали ватными, как будто, мне вкололи успокоительное. Я расслабила напрягшиеся мышцы и облокотилась спиной на дверной косяк. У меня появилось время, чтобы разглядеть Оскараего необычную внешность. Косматые пепельно-русые волосы торчали вверх и немного в стороны, уши были слегка заостренные, прямо, как у эльфа, а бледные серо-голубые глаза напоминали кукольные, как из стекла.

Я хочу тебе помочь, в ответ прошептала я.

Зачем тебе это нужно?

Расскажи мне самую безумную вещь в твоей жизни.

Я выращиваю морковь,непринужденно сказал Оскар.

Что?

В центре оборудован огород, и у каждого пациента есть своя грядка. Когда я пришел в магазин за семенами, там была только морковь. И то, самый поздний сорт.

Какая у тебя мечта?

Подняться на самую высокую точку Гранд Каньона другим человеком.

Оскар посмотрел в сторону окна. Я невольно улыбнулась уголками губ и опустила голову вниз. Не хотела, чтобы он, вдруг, заметил мою улыбку. Наблюдая краем глаза за его дыханием, у меня создавалось впечатление, что мы дышим в одном ритме, одним воздухом, с одинаковой силой и глубиной.

Морковные горы, усмехнувшись, я разрушила тишину между нами.

Что?

Почва Гранд Каньона лежит слоями, как огромный пирог, а ее цвет напоминает морковный, потому и морковный пирог. Просто «покорить морковные горы» звучит лучше, чем «покорить морковный пирог».

Ты о чем?

Я должна помочь совершить тебе 19 безумств, по одному за каждый год твоей жизни.

Чего ты хочешь добиться? Мой диагноз его нужно принять и все. Врачи сами не знают, как это лечится.

А ты? Ты хочешь стать счастливым?

Это невозможно.

Возможно все, чего мы искренне хотим!

Если человек умер, одно желание его не воскресит. Его вообще ничего не воскресит.

Человек жив, пока о нем помнят; он жив в наших сердцах, живы воспоминания о нем. Его нет физически, и это мало, что меняет, но

Воспоминания лишь причиняют боль, так что, моя болезнь не так уж и плоха, Оскар запрокинул голову назад и размял шею.

Знаешь, когда появляется первая морковь, она считает, что вся ее жизньтемнота, что земля обязательно холодная. А когда она полностью вырастает, у нее появляется шанс почувствовать настоящий мир. Мир, в котором есть воздух; мир, в котором светит солнце, в котором существуют цветы, бабочки, дождь. И она это чувствует: начинает лучше расти, становится крепче и слаще. Но у морковки нет сердца, а у тебя оно есть, и его отсутствие нисколько не мешает ей быть счастливой морковкой. Пойми, мир, в котором мы родились, это не мир, в котором мы будем жить дальше. Что-то зависит от нас, и мы в силах это изменить, а что-то решает за нас судьба и воля случая. Мы лишь должны хвататься за любую возможность, даже тогда, когда шансов на победу вообще нет. Мы должны покорять, а затем сворачивать горы, добираться до самых вершин и кричать во весь голос..! Так что, давай свернем, хотя бы, морковные горы!

Оскар странно смотрел на меня и не говорил ни слова. Меня сдавливал какой-то вакуум. Руки заледенели, и не хватало кислорода. Я ждала, когда Оскар засмеется над той глупостью, что я только что говорила на полном серьезе. Чем дольше я находилась в ожидании, тем невыносимее это было.

Я вчера посадил. Успею?

Я засмеялась и с облегчением потрясла головой. Мне было жутко неловко стоять перед ним и смотреть в глаза. От волнения я почесала нос, поправила волосы и натянула на плечи спадающую кофту. Нервно улыбнувшись, я пожала плечами и наклонила голову набок, незаметно указав на окно. Оскар продолжал смотреть на меня еще несколько секунд, а потом улыбнулся. Я знала, что он сделал это просто так, без всяких эмоций, но она была искренняя. Он оттолкнулся от стены, взял с полки ключ и вышел в коридор. Засунув руки в карманы, он покачивался с пятки на носок, продолжая загадочно смотреть на меня. Я последовала за ним. Мы спустились на первый этаж и вышли за территорию.

Я спокойно могу отсюда выходить, пошли, опередив мой вопрос, ответил Оскар.

Я застыла на месте и потеребила губу; на лице снова появилась улыбка. Деревья росли близко к обочине и друг к другу, образовывая тоннель, едва пропускающий солнечные лучи. Я задрала голову вверх и вдохнула полной грудью. Свежий и холодный воздух с запахом океана и недавнего дождя растворялся внутри меня. Машин не быломы с Оскаром шли посередине дороги. Асфальт под ногами стал темно-серым, и местами проглядывали маленькие лужи. По всей длине обочины цвели маргариткия их обожала.

Поправив на плече рюкзак, я откинула назад развевающиеся волосы и украдкой взглянула на Оскара. Он шел, опустив голову, и пинал маленькие камешки. Руки были в карманах. Он был где-то не здесь, где-то далеко от меня и от всего, что нас окружало. Казалось, что весь туман окутал его стройную фигуру, как какой-то защитный купол. Он, словно, притягивал его к себе. Я долго думала, стоит ли начинать с ним разговор. Но, как бы я ни старалась придумать наиболее тактичный вариант, мои мысли оставались вне моей головы. Мы промолчали до самой остановки. Иногда я думала, что Оскар вообще не помнил, что я шла рядом.

Глава 3

Куда мы идем?Наконец спросила я.

Eléctrico de Sintra, не против?

Eléctrico de Sintra13-километровая трамвайная линия (шириною в метр) от города до курорта Praia das Maçãs. По ней ходит 11 старинных вагонов, которым больше ста лет. Трамвай ездит со среды по воскресенье, сегодня была суббота.

Добравшись до места, откуда ходит трамвай, там собралась огромная толпа туристов. Когда подошла наша очередь, нам попался открытый моторный вагон без застекленных окон. Это было даже хорошо. Оскар сунул водителю 6 евро, запрыгнул и протянул мне руку. Я неуверенно взяла ее и подтянулась за Оскаром. Мы сели в самом конце, у окна. Я разжала кулак, моя ладонь до сих пор чувствовала прикосновение руки Оскара. Мягкое и холодное.

И до куда мы поедем?

До конечной, это всего 45 минут,непринужденно бросил он. Маргарет?

Оскар окликнул меня, и я поняла, что за все время ни разу не представилась. Откуда он узнал мое имя? Я медленно повернула голову и обхватила сидушку кресла пальцами. Мое сердце забилось слишком быстро, мне казалось, что Оскар слышал его стук. Я ужасно нервничала, но не понимала, почему.

Тебе со мной страшно?

Нет! Просто, ты такой отстраненный, я не хочу надоедать вопросами.

Ты не можешь надоесть, тем более, мне. Я же не умею злиться.

За секунду меня бросило в жар, живот скрутило, а сердце успело сделать тройное сальто. И все произошло, пока я неизменно смотрела на Оскара. Глупое тело! С какой-то стати, на долю секунды, мне показалось, что в его словах было что-то особенное пока он не договорил до конца, и я не вспомнила, что ему все равно.

Как ты Слова застревали в горле, оказался здесь?

Примерно 4 года назад я решил, что будет лучше, если останусь в Центре. Не хотел всю жизнь прожить один. У меня там ничего нет, понимаешь? Я не могу любить, не могу чувствовать. Я понятия не имею, каково это быть счастливым..!

А родители?

Мне на них наплевать точно также, как и им на меня. Я п.. пытался их полюбить, пытался создавать видимость, что счастлив рядом с ними, но это была ложь.

Мне стало очень грустно. Человек, сидящий передо мнойя восхищалась его выбором. Он ушел, потому что не был принят в собственной семье. Людьми, которые должны были поддерживать и оставаться рядом, не смотря ни на что.

Мне правда жаль, мой голос дрогнул.

Жалостьплохое чувство! Даже, тогда, когда нет ни одного!

Я наклонилась на железную раму, выполняющую роль окна и, натянув рукава кофты, легла щекой на согнутые локти. Ветер приятно касался моей кожи и аккуратно, как струны гитары, трепал волосы. Морской воздух ударял прямо в нос, а крики звоном отдавались в сердце. Трамвай покачивался из стороны в сторону, издавая легкий скрип. Дорога вышла к океану. За все время, пока я жила в Синтре, мне так и не удавалось прокатиться, но благодаря скромному парню, сидевшему в паре сантиметров от меня, я смогла ощутить свободу. Простой момент, в котором не было магии или чего-то особенного, таким его сделал Оскар, сам того не понимая. Теперь, я хочу сделать тоже самоепозволить ему, хоть на миг, почувствовать свободу.