Всего за 176 руб. Купить полную версию
В этой песне так часто повторяется фраза: «Tear it from my heart», мои глаза остаются закрытыми, и сколько бы я ее ни слушала, мне каждый раз хочется кричать на этом моменте.
Есть что-то такое, что бы ты хотела оторвать от своего сердца? спрашивает он так, будто вовсе не нуждается в пояснении. Можешь не отвечать. Сегодня в коридоре я сам все видел.
Кто-то из группы назвал нас с тобой психованными, выпаливаю я, даже не подумав, что это может его задеть.
Но он начинает смеяться. Сначала сдержанно и приглушенно, но затем его смех становится заливистым, слишком громким и даже жутким. А что еще хужезаразительным. Тихо смеясь, я открываю глаза и вижу его. Не того фальшивого парня с выкрашенными в пепельный цвет прядями и точно не того, кто бы стал прятать свои серые, похожие на ртуть, глаза. Сейчас, когда он так искренен и честен с самим собой, его привычный образ дает трещину. Маска, все это время искажающая изображение, рассыпается, и передо мной появляется настоящий Ник.
Что с тобой? оказывается, он уже не смеется. Ты смотришь на меня так, будто я привидение.
После его слов я резко выхожу из оцепенения. Наверное, так бывает, когда тебе приоткрывается завеса в чужой внутренний мир. Вот почему Лунаре так нравится изучать других людей. Может, она права, и в каждого из нас помещена целая планета, отдельная вселенная, жизнь которой зависит от наших поступков и чувств? Конечно, нет. Все это полнейший бред. Решительно тряхнув волосами, я сбрасываю с себя эти странные мысли.
Ты был похож на Джокера, когда смеялся, отвечаю я, окончательно придя в себя.
Приму за комплимент, Ник рассеянно кивает. Думаю, мне пора.
Так и есть. Тебе изначально не нужно было приходить.
Я это уже понял. Больше этого не повторится. И, Яс, он уже держится за дверную ручку.
Что?
Лу права, нам лучше держаться друг от друга подальше, его голос серьезен как никогда. Сейчас трудно поверить, что еще недавно он так искренне смеялся в моем присутствии. Я все еще прохожу терапию, мне становится лучше, но наш сегодняшний разговор
Я все поняла, не продолжай.
Хорошо. Тогда пока?
Да, пока.
Когда Ник уже открывает дверь и одной ногой оказывается на улице, я окликаю его, и он оборачивается.
Прости меня, извинение неожиданно срывается с моих обветренных от мороза губ.
За что? видно, как сильно он недоумевает.
За то, что постоянно называла тебя ютубером, я опускаю глаза, потому что мне действительно стыдно, и это первая сильная эмоция за последние несколько дней. Ты, прежде всего, живой человек. Прости, что забыла об этом.
Ник скептически окидывает меня удивленным взглядом, но уголки его губ ползут вверх, превращаясь в одобрительную улыбку.
Спасибо, конечно, но это ничего не меняет. До встречи, Яс, он уходит, осторожно закрыв за собой дверь.
По дороге домой я вдруг понимаю, почему все так вышло. Причина в том, что мы с ним слишком похожи. Мыодинаково заряженные частицы, а всем известно, что они неизбежно взаимно отталкиваются друг от друга.
Ник
Прежде мне не доводилось намеренно избегать чьего-то общества. Но появилась Ясмина, присутствие которой буквально сводит меня с ума. Несмотря на желание держаться от нее подальше, я не могу перестать прокручивать в голове наш последний разговор.
Вечером на моем пороге неожиданно появляется Лу. Она делает вид, что все в порядке и пришла помочь кое с какими заданиями по экологии, за что я ей бесконечно благодарен. Мама точно запрет меня дома, если узнает, что ее мега самостоятельный сынок, который вот-вот начнет жить отдельно, сбежал с занятий, как какой-то глупый школьник.
Спасибо, что ничего ей не сказала, шепотом благодарю я подругу, когда мы оказываемся в моей комнате.
Может, и расскажу, если ты не объяснишь, что на тебя нашло, Лу скрещивает на груди руки и ждет объяснений.
Мне стало нехорошо.
Из-за Ясмины, да? Она тебе что-то сказала? Лу раздраженно хлопает по моему рабочему столу. Я так и знала!
Не буянь, иди сюда, я киваю на кровать, приглашая ее присесть. И только когда она оказывается рядом, продолжаю говорить. Не забывай, что я вел канал на YouTube, где прошел боевое крещение. Никакие слова Ясмины не способны меня задеть или обидеть, поняла?
Ты врешь, Лу тянет вниз до самых ладоней рукава свитера. Я видела, как ты на нее реагируешь. И эти твои слова о том, что мне стоит перестать вести себя как стерва. К чему все это было, что на тебя нашло?
Ничего, отвечаю я, нервно потирая затылок. Мне не нравится, к чему идет этот разговор. Просто с ней все не так очевидно, как кажется на первый взгляд.
Да ну? О чем ты вообще говоришь? Лу хватается за голову. Я сейчас реально взорвусь. Ты можешь мне объяснить, что происходит?
Да не знаю я! впервые наш разговор переходит на повышенные тона.
Значит, теперь мы будем кричать? она набирает в грудь воздуха, и начинает орать так, что у меня закладывает уши. Хватит вести себя как придурок! Еще недавно ты говорил, что Ясминамерзавка, и что мне стоит забыть о нашей дружбе, как о ночном кошмаре. А теперь ты намекаешь мне на то, что я слишком жестока и недостаточно уделяю внимания ее персоне! Ты вообще в своем уме? Нет, серьезно, Ник, в своем?!
Все знают, что нет. В группе меня уже окрестили психом, чего еще ты ждешь? Адекватности? Ее не будет, мне становится тяжело дышать, и я ложусь на спину, чтобы почувствовать себя заземленным. Именно так в больнице меня учили справляться с паническими атаками.
Эй, ты как? Лу ложится рядом: одной рукой она проводит по моей похолодевшей от страха небритой щеке, а другой обнимает, крепко прижимая к себе. Я тут. Прости меня, Ник, прости-прости-прости.
Перестань, мой голос снова становится хриплым, похожим на звучание из сломанной радиорубки. Мне просто показалось, что она испытывает нечто похожее.
У вас с Ясминой нет ничего общего, уверяет она, ты столько раз по кусочкам собирал мою жизнь, ты наполняешь жизни других добром и любовью, а она Она умеет только разрушать и делать больно.
Ты уверена, что так хорошо ее знаешь? сомнение настойчиво зудит под кожей и не дает мне покоя.
Уж точно лучше, чем ты, Лу кладет голову мне на грудь. Туда, где бьется сердце. А я в это время запускаю пальцы в ее угольного цвета густые шелковистые волосы. Если мысли о Ясмине вызывают сильную тревогу, то присутствие Луны, наоборот, успокаивает.
Как скажешь, мне больше не хочется спорить с ней, еще не хватало, чтобы она снова начала кричать.
Слушай, Ник, она приподнимает голову и заглядывает мне в глаза, я, правда, пыталась, но каждый раз, когда мне казалось, что она вот-вот впустит меня в свою жизнь, Ясмина закрывала передо мной эту дверь. Если у нее есть какие-то проблемы, то она просто не дала мне шанса помочь.
Может, она привыкла справляться со всем в одиночку, горько хмыкаю я.
Прямо как ты, Лу кладет голову обратно и продолжает рассуждать. Все дело в этом, да? Ты видишь в ней себя и хочешь уберечь ее от той же ошибки.
Я собираюсь ответить, но она меня прерывает.
Возможно, мне стоит поговорить с ней. Или с Савой.
Правда?
Конечно. Ведь если ты прав, ей стоит обратиться к специалисту, пока не стало поздно.
Да, я делаю вид, что благодарен ей за это. За то, что она избавит меня от этой тягостной ноши. За то, что мне больше не придется думать о сказанных Ясминой словах. Но на самом деле я чувствую себя опустошенным. Словно у меня появилась возможность ухватиться за что-то очень важное, за то, что могло удержать меня на плаву, но я сдался и предпочел отпустить спасательный трос.
Лу поговорит с Ясминой, и мне больше не придется иметь с ней дело. С ее тяжелой удушающей аурой и с ее холодными, как ледовитый океан, голубыми глазами. Тогда почему я не испытываю облегчения, какого хрена мне вдруг становится так грустно?
* * *
Поздно вечером на телефон приходит оповещение о новом сообщении ВК: пишет некая Натали, и ее имя кажется мне смутно знакомым.
Натали: Привет! Яподруга Лу из книжного клуба.
Ник: Ну, привет, Натали из книжного клуба. Чем могу помочь?