Вячеслав Береснев - Многоножка стр 16.

 Сегодня после школысразу домой,  предупредила она Тамару за завтраком,  можешь с последнего урока отпроситься, я потом поговорю с Еленой Сергеевной.

 Маму-у-ль,  протянула Тамара жалобно,  ну можно мне до «Стаккато» съездить? Пожалуйста! Я там спокойно посижу, скакать не буду

 Я вчера сказала тебе: никаких «Стаккато». Пусть они без тебя разбираются. Вот ещё придумалина тебя вешать такую ответственность Кроме того, знаю я, как ты там «спокойно посидишь». Ты так физически не умеешь Я после обеда позвоню Егору, он проследит.

 Мам.

 Что?

 Почему вы его позвали?

 Он твой брат. И имеет право быть здесь.

 Но он же

 Онсемья. Он наш с папой сын, так же, как и тынаша дочь.

 Мне он не семья.

 Не тебе это выбирать, Тамарчик,  вздохнула мама, кутаясь в серый шарф и надевая пальто,  давай, до вечера,  она поцеловала дочь на прощание и удалилась.

Оставшись на кухне в одиночестве, Тамара достала телефон и открыла беседу. Вчерашнее сообщение она так и не отправила, и в «Стаккатовцах» по-прежнему было пусто. Зато написала Агата:

«Утро. Ну что, идём сегодня?»

«Не знаю Я в тисках,  напечатала ей Тамара,  Но я хочу попробовать».

«Влетит тебе потом?»

«Однозначно. Но этоважнее».

Агата ответила спустя время:

«За мной после школы заедет папа. Он на машине, и может нас обеих довезти до Сухоложской».

Тамара обрадовалась:

«Круто! Он реально к школе подъедет?».

«Да»

«Зашибись! Увидимся!».

Несмотря на строгий запрет матери, Тамара железно решила, что сегодня съездит в «Стаккато». И постарается ездить туда, сколько бы ей ни запрещали. И никакие Егоры её не остановят. Даже последствия и вечерняя ругань её не пугали Вернее, пугали, но перспектива подвести ребят из «Стаккато» и безудержно пропасть пугала куда больше.

Собираясь в школу, Тамара раздумывала о том, что произошло с её ногами утром.

Они двигались сами. Двигались в такт, будто бы разминались. Это наталкивало Тамару на мысли: а что если натренировать ноги? Всю сознательную жизнь взрослые, да и она сама тоже, только и делали, что лечили её несносные больные колени, или старались эту боль снизить. «А что будет,  думала Тамара, складывая стопку тетрадей в портфель,  если я начну тренироваться? Каждое утро?».

По капле. По крупинке. Каждый раз заходя всё дальше, каждый раз терпя боль в ногах на секунду дольше. Что, если это поможет? Что, если однажды её ноги станут настолько сильными, что она даже сможет побежать?

Такие мысли всерьёз воодушевили Тамару, и она развеселилась.

 Ну погнали в школу, палка!  сказала она Стикеру, изо всех сил упирая его в пол. Он пока что не догадывался о причинах её внезапного воодушевления, и Тамаре это очень нравилось.  Навстречу новому дню!

* * *

 Клянусь, так всё и было! Ты на рисунки его погляди, какой жирный

 Ты что, серьёзно? От отравления живот не надувается, придурок!

 А как он, по-твоему, тогда умер?! Нюра загуглила, даже в Интернете написаноот отравления!..

 О чём спорите?  спросила Тамара, когда они с Агатой вошли в зал «Стаккато».

Костя Соломин скорчил недовольную мину.

 Вот вы знаете, как Будда умер?

 От пищевого отравления,  тут же ответила Агата, вешая свою куртку на крючок.

Тамара округлила глаза: неужели такая информация ни для кого не была секретом?

 Вот!  утвердительно кивнул Костя.  Я и говорю: поэтому у него живот от болезни и надулся, поэтому его везде рисуют толстым И на статуэтках он тоже упитанный дядька

 Кость, я ж говорила,  на этот раз Нюра не сидела на Гардеробусе, а заняла с тетрадками подоконник,  на статуэтках не Будда, а Хотэй

Тамара удивилась ещё больше: у неё дома где-то валялась статуэтка толстенького мужичка с монетками в руке, но ей никогда не приходило в голову, что это не Будда. Она спросила Агату, откуда все знают, как он умер, а она, Тамара, понятия не имеет.

 Вчера просто на «Шелесте» вышла статья про него. Я и прочла  негромко ответила та.

«Шелест» был небольшой портал городских активистов, еженедельно публикующий интересные статьи, интервью, фотографии, и прочие материалы. Формально, он выполнял функции локального информационно-развлекательного СМИ. Причём по большей части молодёжного: если на нём выходило что-то интересное, то вскоре это принимались обсуждать многие в Ветродвинске. Тамара и сама иногда почитывала статьи от безделья.

 А Хотэйэто, случайно, не одно из его имён? Ну, Будды?  спросил Костя, повернув голову к Нюре. Та мотнула головой.

 Не-а. Хотэй это бог благополучия и веселья. Поэтому его везде с деньгами ваяют. А Будде ведь не нужны были деньги  объяснив, она снова принялась писать.

 Что делаешь?  спросила её Тамара.

 Английский.

 Давай помогу?

 А ты можешь? Здесь есть несколько слов, которые я перевести не могу.

 Давай гляну

 Тамар, вчера Света, когда пришла, сказала, мол,  нашла, где нам выступить,  сказал Серёжа, теребящий часы на собственном запястье.

Тамара подняла брови, оторвавшись от Нюриного учебника.

 Да?!

 А тебя почему не было?

 С ногами были проблемы Родители из дома не выпустили.

 А сегодня ты как?  спросил Костя.

 Сегодня всё отлично! Так, вот это слово э-дю-кей-шн«образование», а вот здесь

Пока они разбирались с английскимподоспела Ксюха.

 Там короче это!  крикнула она, только закрыв дверь.  Снаружи парень топчется! Говорит, «Стаккато» ищет! Мы кого-то ждём?!

Тамара обрадованно закивала.

 Да! Можешь его позвать?!

 Ща!  и, не успевшая раздеться и разуться гиперактивная Ксюха выскочила наружу.

Вернулась не сразу, а минуты через две или три, ведя за собой их гостя. Им был толстоватый и неуклюжий, а ещё самую малость смуглый парень в очках и с круглым носом. Тамарау неё был хороший глазомеропределила издалека, что он самую малость ниже неё.

 Ты ведь к нам по приглашению?  громко спросила Ксюха, выпрыгивая из своих ботинок.

 Аа Д-да  парень ей неуверенно кивнул, а потом повернулся, осмотрел всю компанию:

 Здравствуйте. Я бы хотел,  он сделал шумный выдох, видимо, отчего-то запыхавшись,  хотел бы к вам всту пить.

Говорить за всех решила Тамара:

 Ты ведь от Сэта, да?

 Да!  их гость кивнул уже увереннее, услышав знакомое прозвище.  Вернее, от Фроста Сэт позвонил ему, а он сказал мне, что у вас

 Да-да, тогда всё правильно. Ты пока разувайся, скоро Света должна прийти.

Парень, повозившись, снял свой пуховик, и стал немного менее круглым. Остался в мягкой на вид (и на цвет) белой кофте с молнией, да чёрных штанах. Один носок его был дырявым, второй к этому статусу приближался.

Он пожал руки Серёже и Косте, и зачем-то поздоровался ещё раз. Представился: Кирилл.

 А меня сюда точно возьмут?  спросил он неуверенно, когда все назвали ему свои имена.  То есть Какие-то испытания, конкурсы надо будет проходить?

Ребята молча переглянулись.

И не просто переглянулись, а перекрёстно: Серёжа обменялся взглядами с Костей, а Ксюха и Нюрас Тамарой. Одновременный поворот голов выглядел забавно, из-за чего ребята тихонько прыснули. От этого Кирилл сильно смутился. Тамара поспешила исправить ситуацию:

 Нас пока что мало. Так что без испытаний. Света тебе объяснит, что да как

 А чой-то ты решил-то вдруг к нам?!  с интересом спросила его Ксюха.

«Как будто она сама не свалилась сюда с бухты-барахты»  подумала Тамара.

 Ааа, ну  состроив пухлый рот в крошечную буковку «н», Кирилл какое-то время подумал, а после ответил:  У меня просто обстоятельства сейчас такие, что год-два я торчу здесь, в Ветродвинске, и в новую школу родители меня на пару классов пихать не хотят И работать мне ещё, по факту, рано.

 Тебе пятнадцать?  спросила Тамара.

Кирилл кивнул.

 Да. В общем, я дома тусил месяца три. А здесь, в городе, у меня ни друзей толком, ни  он запнулся на полуслова, будто бы осознав, что может взболтнуть лишнего.  В общем, мне конкретно здесь нечем заняться. А родаки-то только за то, чтобы я чем-то занялся А сейчас вы ставите что-нибудь?

 Мы, можно сказать, недавно восстали из мёртвых,  ответила Нюра, задрав колени в джинсах на подоконник.  Почти закрылись, и тут появляется Тамара