Всего за 199 руб. Купить полную версию
Знакомо пискнул электронный замок, когда они приблизились к асфальтовому пятачку, заставленному припаркованными машинами. Алик подошёл к крайней, тёмно-тёмно синей, почти чёрной, распахнул переднюю дверь возле пассажирского места:
Твоё место, Лизбет. А тебе, Ники, теперь придётся сзади.
Крайнов ничего не сказал, невозмутимо двинулся к задней двери. Он вообще вроде бы не произнёс ещё ни слова.
Лиза пожала плечами.
Да я могу и сзади.
Ещё чего? возмущённо воскликнул Алик. Девушка должна находиться рядом. Если она, конечно, любимая, а не просто по пути попалась. Поморщился задумчиво. Или ты из-за Ники? Всё-таки боишься его? Не переживай, он не кусается. Пожарский дождался, пока Лиза не заняла предназначенное ей место, сам захлопнул за ней дверь и только тогда обогнул машину, забрался внутрь и, включив зажигание, продолжил говорить ровно с того места, на котором остановился: Хотя, наверное, кусается. В определённых случаях. Но тут я не особо в курсе. Он оглянулся назад, поинтересовался: Ники! Ты ведь не собираешься кусать Лизбет?
Всё-таки странная какая-то у них дружба. Алик постоянно цепляет приятеля, будто специально пытается вывести его из себя, но только сам ещё больше раздражается. Потому что Крайнов всегда сохраняет невозмутимое спокойствие, никак не реагирует на его подколки, иронию и неоднозначные намёки, словно их совсем не замечает, или словно настолько твердокаменный, что ему действительно пофиг. Вот и сейчас, отвёл взгляд от окна, глянул на Аликаглаза глубоко посажены, и толком не разобрать, что там они выражаютпроизнёс:
Поехали уже. А то и правда опоздаем. Ты же отсюда дороги не знаешь.
Пожарский хмыкнул, развернулся, сел прямо. Машина наконец-то стронулась с места, выехала на дорожку, покатила между домами. Лиза зачем-то глянула в зеркало заднего вида, над лобовым стеклом. И сразу наткнулась на взгляд. Торопливо отвела глаза, но тут же подумалавот чего она? Неужели и правда боится или смущается? Что там ещё? Да ничего!
И она опять посмотрела в зеркало.
Теперь Лиза сделала это нарочно. Хотя в последний момент чуть не передумалане по себе почему-то стало. И ведь не факт, что он тоже
Смотрел, по-прежнему смотрел, не отводил взгляд. Вот и Лиза не стала. Больше не стала.
А почему она должна? И почему он пялится? Всё также цепко, пронзительно. Хочет узнать, как долго она выдержит? А она и это должна?
Вот ещё! Но на этот раз отвести взгляд оказалось труднее, чем выдержать, словно он примагнитился, приклеился, прицепилсяили Лиза действительно приняла его вызов? даже пришлось приложить усилие, чтобы отвернуться. Но тут же опять захотелось проверитьон и сейчас смотрит?
Нет, обойдётся! Лиза тихонько фыркнула и, наоборот, немножко сдвинулась в кресле, чтобы изменить угол зрения и, случайно наткнувшись на зеркало, увидеть другое отражение, потом обратилась к Алику:
А у тебя как полное имя? Альберт?
Прикалываешься? усмехнулся тот, на мгновение отвлёкся от дороги, мазнул взглядом. Александр.
Но обычно Александров сокращённо называют «Саша», или «Саня», «Алекс», или в крайнем случае «Шурик».
А почему тогда «Алик»?
Тебе правда интересно? уточнил Пожарский, но тут же ответил: Потому что мамочке так больше нравилось, вот она всегда и называла. Я и привык. Добавил совершенно серьёзно: Но если тебя не устраивает, можешь и по-другому. Ты как хочешь?
Да нет, Лиза замотала головой, меня вполне устраивает.
Его же по-другому воспринимать невозможно, она ведь тоже уже привыкла: Аликон и есть Алик. Не Саша, и даже не Алекс, и уж тем более не Шурик. У него и фамилия подходящая, под стать образу, достаточно пафоснаяПожарский. Поэтому очень странно слышать раз за разом упоминания о его маме. И почему только о ней? Ведь и остальные исключительно про неё говорят, о её салонах.
А твой отец?
Наверное, не слишком тактично, но раз вырвалось.
А, отмахнулся Алик. Это тёмная история. В общем, я его не знаю. Никогда не видел. Но выглядел он, видимо, как-то так. Алик опять на секунды повернулся к Лизе широко улыбнулся. Имел в виду, что отец похож на него? То есть он на отца. Ну, знаешь, как бывает. Ошибка молодости, всё такое. Потом был отчим. Это он помог моей маман на ноги встать. Ну-у, с бизнесом. Правда, с ним она тоже разбежалась. А потомПожарский сделал паузу, видимый Лизе уголок рта пополз выше, потом ещё много кого было. И сразу предложил без перехода: Что-нибудь ещё рассказать?
Не знаю, растерялась она. Как хочешь.
Глава 5
Они не доехали до универа, наверное, пару кварталов, как Алик затормозилне на светофоре, не на перекрёстке, просто такподкатил к краю тротуара, обернувшись назад, сообщил:
Твоя остановка, Ники. Дальше сам. Хотя бы сегодня. А то ты как-то не особо в нашу легенду вписываешься. Ещё подумают, что у нас тут тройничок. А мне надо, чтобы Лизбет реально за мою девушку приняли. Что у нас с ней всё серьёзно.
Крайнов и тут не возразил, послушно выбрался из машины и даже не оглянулся, невозмутимо двинулся в нужную сторону, а они поехали дальше, припарковались на стоянке перед учебным корпусом и вошли в него вместеа-а-а-а! под направленными на нихЛизе показалось, что их было точно не меньше тысячипристрастными взглядами.
А вот это она не учла! Наверное, для Алика подобное норма, но она-то не привыкла к настолько пристальному вниманию окружающих. Ей аж почесаться захотелось, везде, до того зазудело.
Ну вроде бы кому какое дело, кто с кем вместе? Других интересов в жизни нет? И больше всего Лизе хотелось убраться наконец-то из холла на первом этаже. Да её в жизни так не тянуло на занятия. Но Алик не торопился расставаться, словно желал, чтобы как можно больше народу убедилось в наличии у него теперь официальной подружки, сам сдал Лизино пальто в гардероб, а после придержал её за локоть, поинтересовался:
У тебя пар сколько?
Четыре, доложила она.
У меня тоже. Он улыбнулся, наклонив голову набок. Тогда встречаемся после. Здесь же.
А может, не надо?
Ладно, Лиза тоже улыбнулась, постаралась. Наверняка же согласно общественному мнению она должна быть жутко счастлива.
Пожарский одобряюще дёрнул бровями, приобнял, чмокнул в щёчку, успел прошептать в ухо:
Умница. А погромче произнёс: Покатолько не «любимая» опять, успела подумать Лиза, но Алик решил разнообразить репертуар, солнце.
Хорошо, что им в разные стороны, и Пожарскому не пришло в голову прогулять по всему зданию, например, держась за руки, чтобы не осталось на факультете ни единой девушки, которая ещё не в курсе относительно его нынешней занятости. Да и взглядыне разговоры. А обсуждения на стороне, если она их не слышала, Лизу мало волновали. Но на лестнице её нагнала Маша, вцепилась в рукав:
Трофимова! Трофимова! Это точно ты? И на её обескураженный взгляд, выдохнула, округлив глаза: Офигеть! Лиз, ты с Аликом? И давно?
Лиза, двинувшись дальше, пространно произнесла:
Ну не так чтобы.
Преодолев очередной пролёт, они вывернули с лестничной площадки в рекреацию, и Маша опять притормозила, заметила со значением:
Но не со вчерашнего же вечера. И насупилась обиженно: А мне, значит, не говорила?
А ведь правда. И вчера усиленно увиливала от её вопросов. По отношению к подруге не очень порядочно, да и причины, чтобы оправдать такую скрытность, подобрать сложно. Так, может, всё-таки рассказать Маше правду, пока опять не начала придумывать и выкручиваться?
Лиза украдкой вздохнула, огляделась по сторонам.
Слишком много кругом постороннихвдруг кто подслушает случайно. И Алику она пообещала не говорить никому«вообще никому».
Ну-у, протянула неуверенно, до этого всё слишком неопределённо было.
Ну и что, что неопределённо, возмущённо фыркнула Маша. Подобные вещи от подруг тем более не скрывают. По-моему.
Ну-у, опять протянула Лиза, поморщилась, виновато дёрнула плечами, в общем я боялась, ты скажешь, что я дура.
Почему? искренне изумилась Маша, потом ещё и уточнила: Почему дура-то?
Потому что у Алика репутация такая, пояснила Лиза, теперь уже тоже совершенно искренне. Трудно поверить, что он серьёзно. И что он сразу не бросит.