Мэтт Хейг - Клуб призрачных отцов стр 9.

 Почему ты это сделал, Филип?  спросила она.

 Потому, что мой отец солгал,  ответил я.

 Что?  спросила она.

И я процитировал: «Коль спросят, зачем мы погибли, скажи: причинаотцов упражнения во лжи».

Она долго смотрела на меня, склонив голову набок, но оставалась красивой даже со склонённой головой, особенно если одновременно морщила носик.

Миссис Фелл самая красивая Учительница, у неё зелёные глаза, которые смотрят прямо внутрь тебя, и чёрные волнистые волосы, и широкая улыбка, и верхняя губа у неё, как буква «М», только более плоская, а нижняя губа чуть полнее слева, чем справа, и она красится помадой, но не такой яркой, как Мама, и ещё у неё белая нежная кожа. Она носит красивые вещи, джинсы и розовую футболку с надписью: ATHLETIC, а ещё цепочку с маленьким золотым крестом, на котором Иисус распят гвоздями. Она родом из Оллертона, это недалеко от Ньюарка, и она не говорит с Ноттингемширским акцентом, а жаль, там интонация

так что слова её не падают, несмотря на то, что зовут её Миссис Фелл.

В общем, она смотрела на меня искоса, примерно так же, как я заглядывал в аквариум, чтобы проверить, не погибли ли рыбы.

После длинной паузы она произнесла очень тихо, как будто уши у меня были из яичных скорлупок:

 Это из стихотворения, Филип.

 Да, я знаю, но Отец на самом деле соврал мне, когда я был на Вале Адриана.

 Тебе очень трудно приходилось последнее время.

 Да, мой Отец умер.

 Да,  сказала она.

 Не сам Отец врёт мне,  сказал я.

Она улыбнулась, и её плечи опустились, но она перестала улыбаться, когда я сказал:

 Призрак Отца делает это.

Она сказала:

 Филип, когда мальчикам твоего возраста приходится иметь дело с чем-то настолько ужасным и трудным, как то, что случилось с тобой, это нормально, что какие-то вещи могут сбивать тебя с толку.

 Он приходит ко мне иногда,  сказал я.  Он говорит со мной, но он не всё время рядом. Он как бы включается и выключается, мерцая, как испорченная лампочка.

Она вздохнула и снова наморщила носик, глаза превратились в щёлки, и она произнесла:

 Филип, у тебя выдающееся воображение, и это хорошо, что оно такое, правда. Однако ты должен уметь отделять то, что реально, от того, что нет.

 Миссис Фелл, вы верите в призраков?  спросил я.

Её нос немного вздёрнулся, как будто вопрос был мячиком, брошенным ей в лицо.

 Нет, я не верю,  ответила она.

 Я тоже не верил, пока не увидел Призрак Отца.

 Филип,  произнесла она.

 Я не выдумываю.

 Я знаю это, Филип. После таких ужасных событий иногда трудно разобраться, что происходит в реальности, а что нет,  сказала она.

 Он сказал мне, что Мама была в опасности, и что я должен угнать микроавтобус.

Она записала что-то на бумаге и Долго смотрела на меня, она взяла золотой крестик большим и указательным пальцами, и провела им вправо и влево по цепочке. Потом она спросила:

 А когда ты вернулся, что случилось с Мамой?

 Ничего.

 То-то и оно,  сказала она.

 Он врал,  ответил я.

 Филип, ты должен постараться игнорировать такие вещи, потому что это игра твоего воображения,  сказала она.

 Я не могу.

 Нет такого слова «не могу», Филип. Ты должен с этим справиться,  сказала она.

 У меня нет выбора.

 У тебя всегда есть выбор. Жизнь полна выбора, Филип, она только из этого и состоит. Ты можешь проигнорировать всё, что ты решил проигнорировать, и оно уйдёт.

 А как же солдаты?  спросил я.

 Какие солдаты?

 В Первую мировую войну. Те, чьи отцы солгали.

 Это другое,  сказала она.

 Почему?

 Это История, Филип, а не воображение. Вернее, это стихотворение, так что это и то, и другое,  ответила она.

 То есть, когда я состарюсь и умру, и буду в Истории, я буду прав?

 Филип, ты очень скучаешь по Папе. Хочешь об этом поговорить немного?  спросила она.

 Нет.

 Хочешь поговорить о твоём Папе? О том, каким он был?

 Он говорил смешными голосами.

Её брови соединились, как тоненькие гусеницы, которые хотели поцеловаться, но не могли, и она спросила:

 Смешными голосами?

 Да. Когда он покупал мне новую рыбку, он изображал голоса рыб. Гуппи у него всегда говорили пафосныoми голосами, а Моллинезии звучали, как

* * *

Я изобразил ей Моллинезий, и она почти засмеялась.

 Но его призрак совсем не смешной, он только грустный и злой,  сказал я.

Я не хотел рассказывать ей о Клубе Призрачных Отцов или о Муках. Она не верила в призраков, так что она бы не смогла поверить в Клуб Призрачных Отцов и в Муки. И я не собирался ей рассказывать о том, что Призрак Отца сказал мне о Дяде Алане, потому что я не знал, была ли это ещё одна ложь или нет, а если он не солгал, она могла рассказать всё Маме, и это сделало бы Дядю Алана ещё более опасным.

Миссис Фелл спросила:

 Знает ли твоя Мама обо всём этом?

 Нет.

 Как ты думаешь, что она об этом подумает?

 Что я тупой,  ответил я.

 Почему же ты мне рассказал?  спросила Миссис Фелл.

Я посмотрел на её руку. На ней были морщинки и небольшой мягкий пушок, и мне хотелось прикоснуться к её коже, но я этого не сделал.

 Я не знаю,  ответил я.

 Ты сказал, что Призрак Отца злился? Как ты думаешь, из-за чего он злился?

Мне показалось, что это странный вопрос, ведь Миссис Фелл не верила в мой Призрак Отца, и было непонятно, как её вообще волновало то, почему он злился, но я не рассказал ей правды, просто ответил:

 Я не знаю.

А потом Миссис Фелл задала ещё один странный вопрос:

 Когда в последний раз ты видел призрак твоего отца?

 Я не видел его со времени поездки к Валу Адриана.

Она улыбнулась так, как будто я дал ей Правильный Ответ.

Рыбка-Ангел

Все рыбы одинаковые, и, по правде, ни одна рыба не лучше другой, но если выбирать лучшую рыбку, то это Рыбка-Ангел. Моя Рыбка-Ангел шести дюймов в длину, у неё синие и жёлтые полоски на круглом и плоском туловище. Правильное название Рыбки-Ангела в моей книге по тропическим рыбам пишется как Holocanthus Ciliaris, это на латыни, на языке, на котором говорили римляне, но я зову её Герти, это сокращённо от ГЕРТРУДА, смешное такое имя.

Содержать Рыбку-Ангела нелёгкая штука, потому что они привередливые и им, чтобы выжить, требуется температура воды между 80 и 82 градусами по ФАРЕНГЕЙТУ, иначе они перегреются или замёрзнут. У меня только одна Рыбка-Ангел, что плохо, потому что им лучше быть в паре, ведь они выбирают партнёра и остаются с ним на всю жизнь.

Рыбка-Ангел относится к семейству щетинозубых, или Chaetodontidae. Не думаю, что рыбки в курсе, что у них такие длинные имена.

Самое прикольное в Рыбах-Ангелах то, что даже когда они большие, они могут исчезать, потому что они настолько плоские, что когда поворачиваются к тебе лицом, ты не можешь увидеть их, несмотря на то, что они прямо перед тобой.

Человек, Который Разгромил Паб

Шум ворвался в мой сон.

Во сне я играл в футбол на холме, играл в одиночку против целой футбольной команды, и у меня так здорово получалось, как в Начальной Школе, да вот только наклон у поля становился всё круче, и каждый раз, когда я пинал мяч, он возвращался в мои ворота или в угол, и я проигрывал 20:0. Папа был рефери, и я пытался объяснить ему, что холм вместе с полем становятся всё круче, но он сказал: «Плохие футболисты винят поле, Филип. Плохие футболисты всегда винят поле».

А потом я услышал школьный звонок во сне, но это не был настоящий школьный звонок, поле накренилось ещё больше, как будто откинулась крышка люка, и я упал в него и приземлился на кровать.

Было ещё темно, будильник показывал 04:27, и я снова услышал шум. Он шёл снизу. Звук удара и звон, как будто кто-то разбил стекло.

Я спустился на несколько ступенек вниз, наступая на ту часть лестницы, что ближе к стене и не скрипит, и я продолжал спускаться, когда услышал ещё один удар, но это уже не было окно. Я остановился на лестнице и не знал, что делать, и тут увидел Призрак Отца, в первый раз после поездки к Валу Адриана. Он сказал: «Останови их».