Откуда ж мне знать? и пожала плечами. Но ты не думай, он хороший. И ты ему понравилась.
Посмотрела вопросительно. Понравилась? Когда это он успел меня увидеть? А Катька вместо ответа снова вышла из кухни, а вернулась с черной папкой в руках. Еще один контракт? Я раскрыла папку и ахнула. Фотографии. Мое портфолио. Снимки были роскошные, но я совершенно не помнила, чтобы участвовала в фотосессии.
Откуда? спросила, захлопнув папку.
Мастерство фотошопа, лукаво улыбнулась подруга.
Я усмехнулась. Снова перечитала контракт. Я готова была отказаться, время еще терпело, а Антон мог отозваться в любую минуту. Но в тот момент, когда я уже раскрыла рот для ответа, позвонил лечащий врач папы. Сказал, что папино состояние ухудшилось. И сколько он еще продержится без операциинеизвестно.
Сколько у меня времени?
Краем глаза заметила, как напряглась Катька.
Деньдва, не больше, ответил врач. Ищите деньги, Алиса.
Я поняла, спасибо.
Перевела взгляд на контракт. Два дня. И легкий способ раздобыть деньги. Но что-то останавливало, словно напоминало о бесплатном сыре и где он бывает. Только поэтому я забрала контракт и уехала домой подумать.
За сутки я успела перебрать все возможные варианты, где можно сыскать такую крупную сумму всего за двадцать четыре часа. В поисках денег я перерыла все отцовские документы и записные книжки. Богатых друзей тот не имел, как и счетов в банке с кругленькой суммой, а обращаться к клиентам смысла не имело. И выяснить, где папа раздобыл деньги пять лет назад, я так и не смогла: Катька не знала, как и тетя Аня, оставшаяся в больнице с папой. Банки отказали в кредите даже под залог дома. Оказалось, наш дом не стоил тех денег, которые я хотела получить. А с моей зарплатой учительницы банки могли оформить ссуду разве что на треть нужной суммы. Но этого было ничтожно малоденьги требовались все сразу и уже завтра.
Знакомых, которые могли одолжить такую крупную сумму, у меня не было. Со временем все друзья как-то отдалились, а потом и вовсе прекратили общение. Новыми я не обзавелась, а из прежних осталась только Катька, но и та пропала без вести. Со вчерашнего вечера ее телефон отключен, и где онаникто не в курсе. За ней и раньше водилось подобноепропадать на несколько дней, но она редко отключала телефон и всегда перезванивала, по крайней мере мне. А сейчасглухая тишина. Лишь бы не случилось ничего.
Поискала в Сети о Ямпольских. Крис действительно владел клубами, только вовсе не ночными, а спортивными: у него были залы для тренировок по различным боевым искусствам. И никаких танцев у шестов. Катя соврала. Зачем? Но основным его бизнесом оставалась ювелирка. Ювелирный Дом Ямпольских был самым крутым в ювелирном деле. Холост. Занимается благотворительностью, дважды в месяц посещая приют Святой Марии для детей-инвалидов. И море снимков, но разглядывать их желания не возникло. Стоило только взглянуть в его стального цвета глаза, чтобы испугаться. С таким точно нельзя иметь никаких дел: не заметишь, как окажешься в ловушке, потому что его взгляд смотрел в самую душу, словно знал все обо мне. О любом, кто встретился бы с ним лицом к лицу.
А о Марке информации почти не нашлось, как и фотографий. В свет выходил редко, в объектив камер не попадал. Зато слухов полным-полно. От его страшного уродства до жестоких пристрастий. Некоторые смельчаки даже писали, будто Марк Ямпольский любит пытки в сексе и поэтому предпочитает проституток, которым легко заткнуть рот крупной суммой денег и которых никто не хватится, если вдруг игры Ямпольского зайдут слишком далеко. От всего это потока грязи стало тошно, и я поспешно свернула любые поиски. Правды все равно не сыскать.
И я продолжила искать способы добычи денег. Снова и снова продумывая каждый, пробуя и получая отказ.
Последней надеждой оставалась Всемирная паутина, но только я углубилась в поиски информации о сборе денег, как ожил мой телефон. Увидев на дисплее имя Антона, едва не завизжала от радости. Все-таки есть Бог на этом свете.
Алло, Антон! Ты где пропал? Ты в порядке?
Привет, малыш, голос хриплый и далекий. Сердце пропустило удар. Прости, что не звонил. Батарея села.
Что-то случилось?
Ничего серьезного, ты не волнуйся, последовал поспешный ответ. Слишком быстрый, чтобы быть правдой. Просто небольшая авария
Авария? ахнула я, прикрыв рот ладошкой. Где? Что с тобой? Ты
Вопросы комом стали в горле. Я не знала, что спрашивать. Я просто испугалась.
Я в больнице. Приедешь?
Конечно, приеду! Как я могла не приехать!
Какая больница? деловито спросила я, встав из-за стола и направившись в спальню. Стоило переодеться. За окном лил дождь, и мой домашний костюм сулил лишь воспаление легких, выйди я в нем на улицу.
За тобой Матюха заедет.
Я кивнула, словно он мог меня видеть.
Малыш, позвал Антон, уже почти разъединившись, у тебя все в порядке?
Не совсем, ответила и тут же пожалела о сказанном. Антон забеспокоился, засыпал меня вопросами. Я сейчас приеду и все расскажу. Целую, добавила поспешно и отключилась.
Сборы заняли семь минут: влезть в джинсы, натянуть свитер с высоким горлом, затянуть волосы в хвост, взять сумку, ключии я готова. Матвей приехал через полчаса.
Антон выглядел измученным: рука на перевязи, ссадины на лице, но храбрился, мол, зачем его держать в больнице, только место занимать. Я тоже рвалась домой после комы, едва только на ноги начала вставать. А папа ругался, что я себя не берегу. А я тогда хотела к Антону, который приходил редко, боясь гнева папы. И старательно выполняла все назначения врачей, только чтобы побыстрее сбежать из этих стен.
Я прижалась к Антону и тихо всхлипнула. Напряжение последних дней давало о себе знать: меня трусило, и я не могла и двух слов связать. Антон терпеливо ждал, пока я успокоюсь и смогу связно говорить. И я рассказала ему все, как на духу: про папу, про сложную операцию, про деньги и что мне негде достать такую сумму.
А кредит? нахмурился Антон. Я покачала головой.
И под залог дома не дают, вздохнула. Я все банки обошлавпустую. Может, ты попробуешь?
Попробую что? изумился он. Найти пятьсот штук за сутки? Не смеши меня. К тому же меня уволили.
Уволили? И денег ему не раздобыть? И подмигнувшая было радость рассеялась. А Антон лениво перечислял варианты и невозможность их выполнения и отводил взгляд. А я понимала одно: у меня не осталось выбора.
Тогда, запнулась. Встала, собирая волю в кулак. Папина жизнь дороже. Тогда нам придется расстаться.
Не понял? он попытался сесть, но капельница мешала. Что значит расстаться? Из-за чего? Из-за какой-то ерунды?
Я отступила назад. Усмехнулась.
Из-за ерунды? и злость прожгла вены. Папа умирает, а ему все равновот уж действительно ерунда. Замуж я выхожу. Прощай.
И ушла, не оборачиваясь. По пути перезвонила Катьке: та на удивление ответила сразу.
Я согласна, коротко выдохнула в трубку.
Хорошо, сипло отвечала подруга. Закашлялась. Прости, болею, и снова пауза. Ты сейчас дома?
Буду через полчаса.
Дождь слегка моросил. Ветер трепал ветки, где-то вдалеке сверкала молния. Но я успела вымокнуть, пока добралась. Дождь умудрился вымыть и головную боль, разгоревшуюся после встречи с Антоном. А у дома меня уже ждали. У черного джипа, приткнутого под самую калитку, стоял худощавый мужчина средних лет: подтянутый, в светло-сером костюме. Каштановые с сединой волосы блестели от дождя, а в цепком взгляде настороженность.
Вечер добрый, произнес он сухо, когда я поравнялась с ним.
Я бы поспорила.
Мужчина усмехнулся.
Позвольте представиться. Святослав Регин, камердинер сэра Ямпольского, щелкнул каблуками, натянувшись как струна, и коротко кивнул, едва не отдав честь.
Я сдержалась, чтобы не раскрыть рот от удивления. Не думала, что в наш век технологий и компьютеризации возможны камердинеры, да еще с такой муштрой. Что ж за человек этот Марк Ямпольский на самом деле, а не в свете слухов и выдумок?
Алиса Ланская, в тон камердинеру отчеканила я. Невеста сэра Ямпольского.
Регин улыбнулся. Похоже, я развеселила его. Пускай. А злость покалывала пальцы. И в висках снова неприятно заныло.