Капитан строго посмотрел на остальных сослуживцев, скомандовал:
Время посадкитринадцать светиюд. Прошу занять посадочные модули.
Шесть прозрачных капсул-шаров отделились от патрульного катера и по заданной искином траектории один за другим нырнули в атмосферу крохотной планеты.
Капитан, у нас всё чисто, рапортовали вслед за Кнышем и Зои напарники по поискам на континенте.
Сне Гурка мрачно вздохнул, принял сигнал оповещения:
Спасибо за службу. Значит, наш нелегал в моём секторе.
Прикажете переброситься к вам? просипел в коммуникатор Зои.
Нет, возвращайтесь на катер, отрезал капитан, Зуяба и Зырк, как далеко от моего местонахождения? Не вижу вас на дисплее.
Это оттого что вы над водной поверхностью, Зуяба говорил размеренно, видим вас. Будем через шесть минут.
Сне Гурка, действительно, миновал широкий залив. Он начал исследования с севера континента, методично передвигаясь к экватору. На путикрупные города сектора. Он сверился с картой: на этом крохотном куске суши аборигены обитали скученно. Плохо, если глюк все-таки приземлился здесь.
Датчики пока молчали, не фиксируя топливный след капсулы мерзавца. Но сердце капитана галактического патруля сжималось в тревожном ожидании: то, что, по его мнению, было самым худшим, с ним последнее время непременно случалось. Сюда можно отнести и направление в этот богами забытый сектор Млечного пути. Здесь можно сгнить, а так и не добиться повышения.
Нынешний нелегалэто не способ проявить себя. Это ежедневная рутина, которая в центральном аппарате даже за работу не считается и не отразится в его личном деле. А вот если он проворонит глюка, и тот перебаламутит всю планету, то, считай, можно уходить на пенсию. Этого ему не простят.
Датчик мелодично пискнул, отрывая от невесёлых мыслей: приближались посадочные модули Зуябы и Зырка. И почти одновременно с ними мигнул красным фиксатор галогенового излучения, фтористая сетка безошибочно подсказала, что капсула глюка была здесь не более трёх часов назад.
Есть след, Зырк опередил его. Разрешите продолжить преследование?
Сне Гурка не возражал.
Фиксирую импульсы семь-класса, сообщил в коммуникатор осипший голос Зои, уже вернувшейся на катер и подключившейся к искину. Пересылаю координаты местонахождения.
Капитан покосился на выгрузку карты с отмеченной красным точкой. Крохотный населённый пункт.
Дюймовка, едва прочитал он транскрипцию странного местного названия. Зуяба, Зырк, принимайте координаты, заходим с трёх сторон. Этот кадр не должен от нас ускользнуть.
Странно, но глюк не пытался бежать.
Его капсулу нашли почти сразу. Она оказалась в режиме сна, в ожидании подзарядки. Сканер показывал, что энергии на взлёт вполне хватило бы, а вот на транзакцию уже вряд ли. Если только коротенькую, в соседний сектор. Но там патрулей больше, чем тараканов на Калипсо.
Сне Гурка вышел из посадочного модуля, обошёл замаскированную капсулу глюка кругом.
Может, он внутри? предположил Зырк.
Сне Гурка осмотрел рыхлую белую пыль под ногами, в ней чётко отпечатались следы.
Нет, он вышел из капсулы и направился в сторону поселения, сделал вывод капитан: от капсулы отделялась единственная дорожка следов.
«Ну, что ж, поиграем, глюк», Сне Гурка прищурился.
Активировать фотонные визиры. Ментосканер настроить на код семь, скомандовал он команде. Начинаем веерное прочёсывание сектора по протоколу, прошу занести в бортовой журнал информацию о времени начала операции.
Искин в коммуникаторе послушно повторил задание. Капитан уже не слушал. Чутьё подсказывало ему маршрут, можно и на следы не смотреть. Глюк кого-то увидел. Он шёл целенаправленно. Куда?
Крохотная деревенька: Сне Гурка насчитал на сканере двадцать восемь обитаемых жилищ. Чуть больше сотни аборигенов. Зачем глюк направился сюда? В паре светоюдов летаогромный по меркам планеты мегаполис, залитый огнями, прячьсяне хочу. Ясно одноподлец что-то задумал.
***
Папа, ты ёлку обещал, кольнула взглядом Инга, стоило Андрею переступить порог жарко натопленного дома, и побежала наверх, к матери.
Андрей сел на лавку около двери, устало вытянул ноги.
В доме было всё так же, как десять лет назад, когда он уезжал в город. Как при жизни отца. Вычищенные половики поверх жёлтых плах. Выбеленная печь. Добротный столсердце дома. Винтовая лестница на второй этаж с ажурными, отцовской работы, пилястрами. По стенамдеревянные панно: отец оставлял из каждой коллекции одно, дарил матери на память.
Андрей устало приземлился на лавку, поймав внимательный материнский взгляд:
Все нормально, мам, успокоил торопливо. Соскучился.
Мать благодарно сжала плечо, поправила съехавшую с плеч шаль.
Ёлка во дворе, у поленницы, подсказала мать. Иван привёз сегодня.
Андрей криво усмехнулся:
Иван тебя прямо обхаживает. Ещё замуж не зовёт?
Мать легонько треснула его по загривку, направилась в закуток за печку. Наверху приглушённо шумели Ритка и Инга. На верхней ступени, наконец, показалась дочкина тёмная головка:
Ба, а можно игрушки взять из красной коробки?
Сердце Андрея сжалось: это была коробка с игрушками, которые вырезал отец. Семейная реликвия, считай. Мать никогда не дозволяла их трогать, а сейчас прислонилась к горячему боку печки, посмотрела с тоской:
Бери Чего уж им в пыли лежать. Пусть и Серёжа с нами на сегодняшнем празднике побудет.
Андрей кивнул: и то верно.
Вышел во двор. Морозный воздух пробирал до костей, распирал лёгкие, туго хватал обручем виски, прочищая мысли.
У поленницы притулились две ели. Андрей пожал плечами, выбрал ту, что повыше, да попушистей, стукнул гулко по земле, расправляя ветки, сбивая с них иней.
Сквозь приоткрытую дверь в сени зазвучал тонкий Ингин голосок: дочь затянула свою любимую песню Сольвейг. Улыбнулся, представляя, как расплывается в блаженной улыбке материнское лицо.
Сне Гурка вышел на окраину деревни. Вот здесь, судя по натоптанным следам, мялся глюк, а потом направился к жилищу. Большой, по меркам местного поселения, дом в два этажа, был залит нарядным жёлтым светом. Белый дым поднимается к ранним звёздам. От него веяло уютом, теплом и ещё чем-то острым, пряным. Капитан принюхался, стараясь запомнить волшебный аромат.
Капитан, следы ведут к дому. Он спрятался среди местных, прошептал рядом Зуяба.
Сне Гурка кивнул. Сканер подтверждал мигающим зелёным: глюк там, в доме.
Дождаться, пока местные уснут? предположил Зырк, присаживаясь на корточки. Капитан отрицательно мотнул головой: слишком долго. Рискованно. Тихо скомандовал:
Настроить ментосканер на глубокое сканирование.
Он вычислит его. И выманит из дома. В крайнем случаеприменят дельта-сон для аборигенов, чтобы минимизировать риски.
Зырк выставил вперёд тонкую пластинку считывающего устройства. Капитан взглянул на дисплей: сине-оранжевый след присутствия глюка тянулся от входа в центр помещения, путался между местными обитателями, светился пылью на руках единственного в компании мужчины, искрился на одежде пожилой женщины. Ярче всех сияла сине-оранжевым девочка.
Это что? Зырк и Зуяба едва лбами не стукнулись, рассматривая следы. Почему следов так много?
Это глюк, капитан почесал нос, шмыгнул носом. Он нас ждал.
Пискнул сигнал коммуникатора:
Капитан, предлагаю применить ментальное сканирование и наблюдать: глюк, если он трансформировался в кого-то из присутствующих или во что-то, себя выдаст неадекватным поведением, он не исследовал традиции местных. Ему сложно быстро социализироваться и смешаться с толпой.
Капитан с сомнением выдохнул.
Приступайте. Зырк, Зуяба, за вами периметр: смотрите, чтобы ни одна искорка не проскочила. Особенно если она размером с глюка.
Бабуль, так вкусно пахнет, что это? Инга ластилась к бабушке, обнимала за талию.
Пирожки. Только сегодня не с луком и яйцом, знаю, не любишь, а с вареньем. Смородиновым, твоим любимым, пожилая женщина обхватила внучку за плечи. Давай на стол собирать, пока твои родители отдыхают с дороги. Новый год скоро.