Всего за 199 руб. Купить полную версию
И еще одна мысль всплыла в подсознании: «Почему именно я?»
«Потому, ответило сознание, потому что в ярко-ультрамариновом платье, с копной ярко-рыжих волос ты, как никто, выделяешься на фоне этих черных и темно-серых костюмов! Кого, как не тебя, выбирать в козлы, вернее козлихи отпущения?
Спустя какое-то время я уже как-то отрешенно наблюдала за чуждым мне миром, стараясь понять, что это за заведение такое, куда я попала и какие в нем правила. Казалось, я уже не в Москве и не в России, а в каком-то ином месте со странными правилами и дикими развлечениями за гранью приличий.
Кучка денег передо мной стремительно росла. Более того, я, нищая студентка, которая привыкла ежедневно считать каждый грош и иногда долго не решалась разменять тысячерублевую купюру, заметила, что этим людям очень нравится сорить деньгами. Они получают колоссальное извращенное удовольствие, перебивая ставки друг друга. И это были не рубли, а доллары. У моих ног разразился валютный бой не на жизнь, а на смерть, в основном схлестнулись горец с глазастым, ни один из них не хотел уступать. А остальные участники только подзуживали их и подливали масла в огонь. Каждый из игроков, распаляясь все больше, вскакивал с места и кричал. Публика, затаив дыхание, с восторгом следила за битвой.
Обстановка настолько накалилась, что около богачей материализовалась их охрана, а также во избежание проблем подтянулись местные секьюрити.
Рядом со мной шипела змеей администраторша, тыкая меня пальцем под ребра, старалась расшевелить.
Ну, улыбнись же! Смотри, как ты нравишься посетителям! Что ты стоишь с кислой мордой? Улыбнись клиентам, слышишь, тебе платят за это!
Я же стояла с закрытыми глазами, покачиваясь и сглатывая слюну. Мне казалось, от напряжения и волнения меня вот-вот вырвет, ну или на глазах у всех я упаду в обморок. Мне стоило неимоверных усилий удержать себя от скатывания в бессознанку, я даже сумела выдавить кривую, больше похожую на гримасу боли улыбку.
Бескровная драка на кошельках продолжалась.
Ласковей, ласковей скалься! шипела змеюка. Часть денег тебе достанется, не забывай. Улыбнись и поиграй глазками, распали их пыл, пусть поставят больше! Если будет меньше обычной суммы, взятой со всех девушек, ты здесь присутствуешь первый и последний раз!
Господи, что за люди, что за нравы! Как можно делать ставки на живого человека, да еще шантажировать его деньгами и потерей работы?
Еще одна проблема была в том, что этот злобный шепот слышала не только я, но и участницы, стоящие рядом. Из центра вселенной, обожаемых всеми звездочек на небосклоне, они внезапно превратились в статисток при ярко воспылавшем светиле. И свет этого солнца целиком и полностью затмевал их.
Злобный шепот слышался не только из-за спины, но и по бокам. Девушки, отошедшие на второй план, переговаривались между собой.
Новичкам всегда везетслышалось обиженное шипение.
Судя по всему, этой новенькой не объяснили, что тому, кто здесь первый раз, выпячивать себя не стоит, горькое обещание мести справа.
Ей стоит быть осторожней и беречь себя, кто резко и высоко взлетел, тому будет ой как больно падатьиздевательское замечание с другой стороны, в котором слышались хищные нотки скорой расправы.
Сразу становилось понятно: каждая бы удавилась на месте, лишь бы попасть на мое. А теперь мне за мой успех и их поражение придется заплатить чуть ли не кровью.
«Боже мой, еще одна проблема!» мысленно взвыла я.
Меня вновь ткнули под ребра.
Улыбайся веселееодин приватный танец, и ты на месяцы забудешь о том, что такое безденежье, а то и на год! Если сразу все не спустишь.
Я не умею танцевать! тихонько простонала я и увидела акульи оскалы конкуренток, видимо, каждая из них могла исполнить не один зажигательный танец.
Больше меня беспокоили слова администраторши:
Ну снимешь платье, покрутишь бедрами, покажешь грудии денежки твои! Упустишь выгоду, идущую прямо в руки, вылетишь из клуба! Навсегда! И во все остальные вход тебе тоже будет воспрещен, станешь зачуханным именем в черном списке. На панель пойдешь или в домохозяйки!
Страшнее кошмара не придумаешь, вряд ли мне когда-нибудь снилось нечто ужасное, я просто сгорала между двух огней.
С одной стороны, долг пред подругой, с другойполное нежелание нырять в эту дрянь. Кто же знал, что клубная жизнь столь порочна и грязна?
А самое главное, я в один миг превратилась из человека в предмет, разменную монету и статью дохода одновременно.
Кульминация была поистине грандиозна!
В какой-то момент деньги в кошельке у горца закончились и ему нечем стало отвечать и повышать ставку. Полное фиаско плюс несостоятельность на глазах у всего клуба. Это было целое светопреставление, истерика большого мальчика, проигравшего в «танчики» другу. Горячий мужчина вскочил, схватил стул и зашвырнул его в ближайшую зеркальную перегородку, разбил стекло и вылетел вон, роняя стулья, расталкивая столики и смеющихся гостей.
Секьюрити было дернулись, готовые броситься в погоню за ним, но администраторша с ведущим остановили их. Пускай его, проигравший вправе за свои деньги выразить переполнявшие его эмоции. Навара с сегодняшнего аукциона за глаза хватит, чтобы понавставлять стекол куда и сколько душе угодно.
Банкет удался на славу, гости развлеклись, участники пощекотали себе нервы и клуб остался с прибылью.
А глазастый праздновал свой триумф, купался в аплодисментах и поздравлениях. Большинство бизнесменов с завистью и восхищением смотрели на этого толстосума, который мог так швыряться деньгами ради своей мимолетной прихоти и из принципа унизить соперника. Всех восхищала лихость и уверенность глазастого в своем кошельке.
Администраторша и ведущий бросились ко мне, как конвой встали по обе стороны.
Меня, как сувенир, изящную бессловесную статуэтку подвели к ликующему призеру.
Я со страхом взглянула в выпуклые рыбьи глаза купившего меня человека.
***
Передо мной стоял немолодой, лысеющий господин с представительским пузиком, торчащим вперед, очень самоуверенный и готовый вот-вот лопнуть от гордости за свою глупость и расточительство. Его действительно выпуклые глаза вареной рыбы смотрели на меня с вожделением, а нижняя губа блестела от слюны.
Цепкий хват сжал предплечье, толстые, как сосиски, пальцы, будто лапки паука, пробежались по руке вверх, а после влажная ладонь уже более уверенно сжала мою руку и поелозила туда-сюда, поглаживая. Мерзкое, липкое движение, от которого я вздрогнула всем телом.
Победа осталась за мной! доверительно поведал мне толстячок то, что я и без него знала. Только я бы не назвала это победой.
В мои ладони сунули бокал шампанского, а после предложили тарелочку с закусками.
Толстяк явно ухаживал, нашептывая на ухо что-то о своей победе, превознося себя и хвастаясь на все лады.
Шокированная произошедшим, испуганная своим недалеким, уже подступавшим будущим, я практически не слышала этот велеречивый тихий голос. До меня дошел лишь конец длинной фразы:
Пойдем на верх, моя рыбонька, мочи нет терпеть.
Я, как сомнамбула, зашагала вперед, ведомая толстяком.
Поднимаясь по лестнице, я залпом выпила предложенный бокал, этакая анестезия перед смертельной операцией. Неизвестность пугала, заставляя делать то, что в обычной ситуации я ни за что бы не совершила.
В руке оказался очередной бокал, не задумываясь, выпила и его.
Клуб арендовал у здания три этажа. На первом проходили увеселения и банкеты, на втором играли в азартные игры. Третий этаж встречал неожиданной тишиной, время от времени прерываемой приглушенной музыкой и звуками, доносящимися снизу.
Во все стороны от центрального колодца расходились лучи коридоров, по обе стороны которых шли ряды глухих дверей. Здесь стены были уже не стеклянными, а полы устилали мягкие ковры, скрадывающие шаги.
В конце коридора маячила другая дверь, единственная с круглыми окнами.
Я дернулась в сторону далекой двери.
Куда же ты, моя рыбка, ускользаешь? масленым голосом осведомился пучеглазый колобок.
Я Я должна подготовиться! проблеяла я, стараясь вырвать локоть из цепких сосисок.
Иди в душик, поплескайся, моя рыбонька, только недолго, я жду. Толстяк вошел в отдельный кабинет для ВИП-персон.