Всего за 160 руб. Купить полную версию
Может быть, Зоя ее узнала, с новогодней ночи. Но зачем она порвала ремень медсестра была уверена, что Зоя не собиралась нападать на девушку:
Нет, здесь что-то другое. Может быть, она хотела благословить Машу Иван Григорьевич о своих планах говорил уклончиво, но матушка Вера предполагала, что Князев хочет устроить пропажу Зои при ее перевозке на аэродром. О прошлом монах не распространялся. Матушка Вера понимала, что пожилой человек не всегда был иноком:
Он, скорее всего, воевал, и не на стороне красных. Он сможет достать оружие, собрать надежных людей в разговоре с Князевым, медсестра предложила попросить о помощи Машу или ее мать. Серые глаза старика похолодели:
Словно он что-то хотел сказать, но передумал Князев покачал головой:
Не стоит. Это опасно, как опасно и вовлекать вас. Вы нужны церкви на своем месте. Только узнайте, когда Зою собираются отправлять из больницы в Москву
На медсестру повеяло сладким, удушливым ароматом. Несмотря на морозец, Журавлева запыхалась, над верхней губой блестели капельки пота:
Пойдемте, матушка зашептала она, таксист ждет на автобусной остановке медсестра коснулась руки, в замшевой перчатке:
Не получится, Наталья Ивановна Наташа не верила своим ушам:
Что значит нельзя, она раздула ноздри, вы обещали, матушка! Я должна увидеться с Зоей Наташа оборвала себя. Она не хотела говорить медсестре о благословении, для дочек. Наташе казалось, что если она получит напутствие Зои, то все сложится хорошо:
Словно с матушкой Матроной. Она обещала, что у меня появится еще девочка, так и случилось Наташа предпочитала не вспоминать сухой голос матушки:
Она говорила, что Маша не моя дочь, велела отдать ей змейку. Я так и сделала, но насчет Маши, это чушь. Матушка была слепа, она могла ошибиться. Зоя мне скажет, что у Машеньки все будет все в порядке о мужчине, напавшем на нее в телефонной будке, в конце войны, Наташа тоже не думала:
Он хотел узнать, где Володя. Он был уголовник, к гадалке не ходи. Антонина Ивановна до войны ездила в лагеря. Она могла с ним познакомиться, и не только. Володя, наверняка, либо сидит, либо сядет. Но мы воспитываем Марту, мы искупили свою вину Наташе хотелось услышать от Зои, что это именно так:
Нельзя, милая, донесся до нее грустный голос медсестры, Зоя начала двигаться, с ней московские врачи. В палату вам никак не пройти заставив себя успокоиться, Наташа поджала губы:
Ладно. Всего хорошего, матушка Журавлева велела себе улыбаться:
Вера еще пожалеет, что на свет родилась. Она отняла благословение, у моих девочек. Подумаешь, врачи! Она могла бы что-то устроить. Она не хочет рисковать работой проваливаясь в сугробы, Наташа двинулась к остановке.
Таксист покуривал в окошко:
Быстро вы, добродушно заметил он, заводя машину, едем обратно, на улицу Куйбышева щелкнув застежкой ридикюля, Наташа достала пачку американских сигарет, позаимствованных у мужа. Снабжение сотрудников, в Министерстве Среднего Машиностроения, оказалось даже лучше, чем в бытность Михаила Ивановича генералом госбезопасности. Муж весело сказал:
Физики привыкли к самому лучшему. Нашим подопечным присылают каталоги заграничных товаров Наташа изучала яркие издания:
Надо выбрать подарки, на дни рождения девочек, напомнила она себе, Марта тоже родилась в марте. Наверное, поэтому ее так и назвали она покачала головой:
Нет, рядом. Отвезите меня на главный почтамт Наташа не хотела посылать письмо из окраинного почтового отделения:
Здесь малолюдно, меня могут запомнить она знала, как работает бывшее ведомство Михаила Ивановича.
Журавлева отпустила такси у серого здания главпочтамта. Внутри было шумно, жарко, к стойке с посылками змеилась очередь. Люди еще получали новогодние подарки. Купив несколько листов писчей бумаги и конверт, Наташа присела на обитую дерматином скамейку, под плакатом: «Советский суд суд народа!». Женщина в костюме, с медалью, народный заседатель, чем-то напоминала саму Наташу:
Пусть матушку Веру осудят Наташа окунула вставочку в прикрученную к столу чернильницу, она поплатится за то, что не дала мне встретиться с Зоей скверное перо брызгало. Она вывела:
В Комитет Государственной Безопасности Куйбышевской области. Как советский гражданин, считаю своим долгом сообщить в госбезопасности внимательно читали каждое анонимное письмо:
Веру арестуют и посадят, удовлетворенно подумала она, Бог меня простит, я только хотела благословения, для своих девочек наклеив марки, бросив письмо в местный ящик, Наташа вспомнила о хорошей кондитерской, у художественного музея. Завтра для девочек и Саши устраивали особую экскурсию:
Надо потом побаловать их пирожными, лимонадом Наташа остановилась на ступенях почтамта, но можно и сейчас туда зайти. Посмотрю, какие торты свежие, выпью кофе, с эклером улыбаясь, она направилась по улице Куйбышева на север, к музею.
По взлетному полю куйбышевского военного аэродрома гуляла метель. Яркие лучи прожекторов выхватывали из вихрей снега очертания новейшего, пассажирского, реактивного самолета, ТУ-104. Генерал Журавлев понятия не имел, что армия использует эти машины. Насколько знал Михаил Иванович, испытания ТУ-104 закончились только прошлым летом. Самолеты еще не выпустили на регулярные рейсы.
Он стоял с чашкой кофе в диспетчерской, наблюдая за въехавшим на поле, в сопровождении двух милицейских машин, воронком:
Ясно, что армии нужны быстроходные самолеты, а на истребителе такой груз не увезешь Журавлев получил радиограмму из куйбышевского обкома партии, находясь на уединенном, будущем полигоне, на границе Астраханской области и Казахстана. Бюро просило его, не заезжая домой, проследить за отправкой груза Z по назначению. Самолет Журавлева приземлился в Куйбышеве час назад. Позвонив в психиатрическую лечебницу, он услышал, что груз готов к транспортировке:
В связи с новыми обстоятельствами покашлял профессор Лунц, санитарной машине придана дополнительная охрана о новых обстоятельствах Журавлев тоже узнал из радиограммы. Вчера, у себя на квартире, была арестована медицинская сестра, работавшая в психиатрической больнице:
Кто-то прислал анонимку, сообщил, что она тайная верующая. Она готовила побег этой самой Зои Карнауховой Журавлев, понял, что, может быть, в последний раз произносит настоящее имя девушки:
Отныне и навсегда, во всех документах, она превратится в Z генерал, впрочем, считал, что Зоя долго не протянет:
Ее запрут в каком-нибудь особом госпитале, где она тихо скончается по словам Лунца, после непонятного эпизода возбуждения, больная опять впала в кататонию:
Она не двигается, не говорит, не выпускает иконы, Журавлев вздохнул, понятно, что мы никогда больше о ней не услышим из воронка выгружали закрытые носилки.
Бывшие коллеги, из местной госбезопасности, сообщили Журавлеву, что, кроме ареста медсестры, милиция начала проверки на улице Чкалова и в прилегающих переулках:
Они будут раскручивать дело, искать сообщников медсестры, среди прихожан городских церквей Журавлев не сомневался, что никаких сообщников у пожилой женщины нет:
Она сама тоже виновата только в том, что ходила в храм, и молилась носилками занялись прилетевшие на ТУ-104 солдаты, в форме внутренних войск:
Врач там имеется, Журавлев прищурился, интересно, куда ее везут он понимал, что никогда этого не узнает. Допив кофе, он прислонился лбом к холодному стеклу:
Но, как сказал первый секретарь обкома, Москва не потерпит нерасторопности. Они хотят устроить процесс верующих, в преддверии областной партийной конференции Журавлев бросил взгляд на отрывной календарь, на стене диспетчерской:
Шестое января. День рождения героини французского народа, борца с самодержавием, Жанны ДАрк генерал подумал:
О Жанне тоже говорили, что она сумасшедшая. Она заявляла, что видела ангелов и Бога, что призвана свыше, для своей миссии. Сейчас ее бы сгноили в клинике для умалишенных, а тогда отправили на костер Журавлев предполагал, что и Зоя, не моргнув глазом, пошла бы в огонь, за веру: