Да и не было тогда такой практики: судиться. Мы винили только самих себя.
И хватит о грустном. Поговорим о весёленьком. Например, об очередном зарубежном триллере. Мы смотрели его всей палатой.
Это нынче каждая уткнулась в свой айфон или ноутбук и тишина, только слышно клацанье кнопок. Не палата, а машинописное бюро. Никакой атмосферы коллективизма.
Раньше в каждой добропорядочной палате имелся один, а то и два переносных телевизора. Все фильмы бурно комментировались и обсуждались.
Итак, фильм. Действие завязывается с того, что одна мэм, верная супруга и порядочная мать семейства, ждёт малыша. («Кикимора. Костлявая, как смерть. Да ещё хронически больная, беспощадно припечатывают героиню зрительницы У нас на такую мужик и не взглянет»).
Во время осмотра мэм подозревает своего лечащего врача («Хорошенький какой!») как вы думаете, в чём? Конечно, в сексуальных домогательствах. Потому что кто о чём, а вшивый о бане. («И чего он в ней нашёл?!»).
Она лежит в кресле и прислушивается, и приглядывается, и мучается сомнениями. И замечает: перед обследованием он снял перчатку! Сомнения рассеялись: перед нею маньяк в белом халате!
Дело передают огласке. Доктора судят, с позором лишают практики, он кончает с собой. Его жена (тоже беременная) от стресса рожает мёртвого ребёнка. Ну, дальше вы все смотрели.
Фу! мы тут жеперебегаем на сторону героини. Плюёмся мы и брезгливо передёргиваемся. Извращенец! Похотливыми лапами туда! Да мы даже мужьям не разрешаем. Да мы
Но тут подаёт голос нянечка Прокопьевна. Она примостилась на кончик кровати, отогнув матрас, да и просмотрела весь фильм.
Цаца нашлась! Спасибо бы сказала, что на такую позарился. Ни кожи, ни рожи. Не тронь её, видите ли. Могла и перетерпеть. А из-за неё, ведьмы, у безвинного человека дитё мертворождённое получилось. Жена-то ей в чём виновата? Убийца ваша мэмка, вот кто. Ведьма носастая!
Прокопьевна суровая, сухая, как жердь, старуха. Не развратница, ни, Боже упаси, мазохистка. Она дочь матери военного поколения.
Благоговение перед Мужчиной, великая, всеобъемлющая бабья жалость и снисхождение они на уровне генной памяти передаются, что ли?
У мужчин в России короткий век так повелось. Природа мудрая, предусмотрительная баба. Мальчиков рождается больше, чем девочек: про запас. Именно тогда появилось поверье: «Если мальчиков рождается больше это к войне».
А разве перестройка не война? А водка?
Прокопьевна переломила ситуацию. Разделила палату на два лагеря.
В разгар обсуждения в палату вплывает Ниночка. Именно вплывает, как королева. Лицо сияет, рот до ушей. Ей тридцать лет, и она чертовски хороша собой. Если бы объявили общегородской или даже областной конкурс «Мисс больная» она бы заняла первое место.
Кожа смугло-абрикосовая, золотистая. Фигура литая: будто в полую статую Богини плодородия влили червонное золото. Оно приняло соблазнительные женственные формы, перетекло в мощные и плавные изгибы.
Можно подумать, Ниночка вернулась не из смотрового кабинета, а с королевского раута.
Девчата, уморушка, ну, я не могу! счастливо жалуется Ниночка. Уж эти мне мужики! Наш-то тихоня и праведник, Алексей-то Петрович (молоденький врач, ведущий палату) Влезла я в кресло, растопырилась, лежу. А он пишет, пишет чего-то в карту. Три минуты пишет, пять.
Алексей Петрович, говорю, может, я пока на кушетке посижу?
Нет, говорит, Ниночка, ничего-ничего, лежите-лежите.
Холодно, говорю, Алексей Петрович, ноги озябли.
А я вот форточку закрою, чтоб не дуло. Лежите-лежите, одну минуточку
А я вот форточку закрою, чтоб не дуло. Лежите-лежите, одну минуточку
А я-то вижу: он будто ненароком косится. Попишет и зыркнет. Попишет и зыркнет. Насмотрелся, налюбовался бесплатного стриптиза, чёрт! Одна минуточка на двадцать минут растянулась.
Ниночка от души хохочет. Она замужем и никогда не изменяла мужу даже в мыслях. Но ей и смешно, и лестно, что даже врачи-мужчины видят в ней не пациентку, а Женщину. Ну, полюбовался мужик на раскрытый цветочек аленький что её, убудет, что ли?!
А ведь та сутяжница, американка-феминистка, тут же Бог знает что усмотрела бы в этом маленьком происшествии. Спрыгнула бы с кресла и поскакала строчить жалобы на вуайериста. Хотя где она со своей чёрной кожей и костями а где пышная, сдобная, белая и румяная Ниночка. Не баба, а сметана. Наливное яблочко.
Такой вывод дружно делает наша большая палата. Мы все пузатики, все сохраняемся.
Мы все беременны мальчиками
Сюрпризики
У меня есть знакомая, назовём её Маруся: прекрасная женщина, красавица, душа компании, заводила, хохотушка. Хлебосольная, мастерица на все руки, а песни поёт Коня на скаку, в горящую избу, и так далее.
Я беру её с собой на рынок вернее, она сама напрашивается, хлебом не корми. У неё, например, талант сторговать хорошее мясо или рыбу, а то мне вечно подсовывают дрянь. Или в магазине если предстоит выяснение отношений при возврате некачественной вещи. У Маруси прямо глаз загорается в предвкушении борьбы за справедливость и за права потребителей.
Она никогда не ругается, не скандалит, не повышает голоса. Вздохнёт и тщательно, вдумчиво, многозначительно, не спеша начинает поддёргивать и закатывать рукава.