Чарльз Мартин - Хранитель вод стр 6.

Закончив с этим, я вернулся в дом, чтобы убрать с рабочего стола все бумаги и наконец сделал одно дело, которое откладывал изо дня в день,  я наконец-то составил электронное письмо, писать которое мне очень не хотелось. И еще одноточно такое же. Как, какими словами сообщить человеку, что тот, кого он любил, умер? Не думайте, будто у меня есть ответ на этот вопрос, но, как бы там ни было, письма были готовы. Некоторое время (почти час, если быть честным) я сидел неподвижно, глядя на экран ноутбука. Телефонный звонок в данной ситуации был бы лучше, да и те, кому я должен был сообщить страшные новости, заслуживали именно звонка, но на это у меня не хватало мужества. Я не был уверен, что сумею совладать со своими эмоциями. В конце концов я нажал кнопку «Отправить», быстро выключил ноут и телефон и уже собирался отключить все электричество, когда в двери часовни кто-то постучал. Звук отразился от массивных дверей, пересек намокшую после дождя лужайку (только сейчас я заметил, что над островом прошелестел легкий дождь) и ворвался в распахнутое окно моего рабочего кабинета на втором этаже амбара. Я уже говорил, что на мой остров можно попасть только по воде, поэтому гости появлялись на нем достаточно редко. На всякий случай я немного подождал. Спустя несколько секунд стук повторился, но на сей раз я услышал еще и приглушенный женский голос.

Нет, не женский. Судя по его тембру, это была совсем молодая девушка, почти подросток.

Я натянул рубашку, спустился вниз, выскользнул из амбара, прокрался босиком по краю лужайки и остановился у нее за спиной. Она была очень красива, я понял это, даже глядя на нее сзади.

 Здравствуйте. Вы ко мне?  проговорил я.

Она подпрыгнула на целый фут и приземлилась на корточки, негромко вскрикнув от испуга. Испуг, впрочем, сразу прошел, и она негромко, с облегчением рассмеялась, как только я сделал шаг в сторону и оказался в свете горевшей над крыльцом лампы. Выпрямившись во весь рост, девушка промолвила, показывая на меня пальцем:

 Нельзя так подкрадываться к людям! Вы меня до смерти напугалитеперь мне действительно хочется в туалет. У вас открыто?

Я обратил внимание, что ее палец устремлен не прямо на меня, а куда-то в область моего левого уха, да и язык у нее заметно заплетался, отчего речь девушки звучала несколько невнятно.

Я отпер замок и распахнул тяжелые дубовые двери. Сработали датчики движения, часовня осветилась, и я получил возможность рассмотреть гостью внимательнее. Я не ошибся, передо мной была очень красивая молодая женщина. Лицо как с обложки модного журнала. Ноги бегуньи. Прокачанная пилатесом фигура. К узким босым ступням прилипли песок и глина. Над головой она держала пластиковый дождевик, защищавший голову и плечи от дождя.

Неуверенно рассмеявшись, девушка сказала:

 Вы действительно напугали меня ну просто до черти  Сообразив, куда она попала, девушка осеклась и даже зажала рот ладонью.  Простите, я хотела сказать Я не ожидала, что вы подойдете так тихо, вот и все. Извините.

Я узнал в ней одну из девушек с катера, танцевавших на песчаной отмели пару часов назад.

Глава 2

Стряхнув воду с дождевика, она сделала шаг вперед, оставляя на полу грязные следы. Одета она была довольно вызывающе: коротко обрезанные шорты, купальный лифчик плюс пирсинг в носу, в ушах и в пупке. Глаза подведены черным, длинные ресницы производили впечатление искусственных. Пахло от нее дымом, но не сигаретным. Возможно, это была сигара, но я в этом сомневался. Тонкие пальцы нервно крутили пройму бикини на шее сзади. Еще шаги девушка вдруг совершила стремительный танцевальный оборот. Возможно, ей хотелось оглядеться, но мне показалось, что это движение было для нее естественным, привычным. Не исключено, что в детстве она серьезно обучалась танцам. Длинные черные волосы с синеватым вороновым отливом явно были крашеными, причем сравнительно недавно. Недавней была и татуировка на пояснице чуть выше пояса шортов: кожа вокруг рисунка едва заметно покраснела.

Дождевик, несомненно, принадлежал мужчине и был велик ей на несколько размеров.

 Вы позволите?  спросил я, показывая на него, но девушка перекинула сложенный дождевик через руку.

 Ничего, я справлюсь,  ответила она, и я невольно подумал, уж не вызвана ли эта внезапная вспышка недоверия мужчиной, который дал ей этот плащ.

На вид моей гостье было лет пятнадцать. Возможно, шестнадцать, но я в этом сомневался. У нее был взгляд человека, который пережил несколько непростых лет и теперь с вожделением взирает на лежащий перед ним бескрайний мир, полный удовольствий и соблазнов. Блестящие, слегка остекленевшие глаза свидетельствовали о том, что она испытывает одновременно и возбуждение, и страх, причем оба чувства были довольно сильными, вероятно, в результате действия принятых стимуляторов. Что это были за стимуляторы и какой была доза, я сказать затруднялся, но у меня не было никаких сомнений: сейчас в ее жилах циркулирует не только кровь.

Между тем пауза затягивалась. Сложив руки за спиной, я проговорил:

 Так чем я могу вам помочь?

 У вас здесь есть, э-э да-амская комната?  проговорила она, еще сильнее растягивая слова.

Я показал на неприметную дверь в боковой стене, и девушка направилась туда. Двигалась она тоже вызывающе, провокационно. Через пару минут зазвонил ее телефон, и я услышал, как она с кем-то разговаривает нет, не с кем-то. Она, скорее, обращалась к кому-то, причем тон ее голоса постепенно повышался, свидетельствуя о нарастающем раздражении.

Когда девушка вышла, дождевик снова был наброшен на ее плечи.

 Большое спасибо  сказала она, но уходить не торопилась. Я заметил, что гостья с любопытством разглядывает внутреннее убранство маленькой часовни.

Я снова был вынужден первым нарушить молчание.

 Сколько вам лет?

Она рассмеялась и, не глядя на меня, быстро ответила:

 Двадцать один.

На этот раз я не спешил со следующей фразой и молчал довольно долго, пока не вынудил ее все же взглянуть на меня.

 С вами все в порядке?

Она снова отвернулась. Беспокойно переступила с ноги на ногу.

 Почему вы спрашиваете?

Я махнул рукой в направлении отмелей, где она провела сегодняшний вечер.

 Иногда сойти с яхты бывает гораздо труднее, чем подняться на борт.

 Вы разбираетесь в яхтах?

 Немного.

Девушка продолжала разглядывать резные деревянные скамьи. Тонкая работа, причем исключительно ручная. Спинки скамей с годами потемнели и лоснились от пота и касаний бесчисленных ладоней. Наконец взгляд девушки остановился на алтаре и ведущих к нему ступенях.

 Какая красота!

 Двести лет назад эту часовню построили рабы.

Пробивающийся в окно лунный свет упал на нее, и на вытертый каменный пол легла колеблющаяся синеватая тень. Девушка медленно провела ладонью по спинке ближайшей скамьи, словно пытаясь прочитать истории, которые та могла поведать, потом подняла глаза к окну. Толстое стекло в свинцовом переплете почти не заглушало грохота волн, хотя отсюда до побережья было несколько сот ярдов.

 Удивительно, как за столько времени ее не разрушили ураганы и циклоны.

 Пару раз они пытались, но мы отстроили часовню заново.

 Вы говорите, ее построили рабы?

Я показал на каменную стену, сплошь покрытую вырезанными вручную именами.

 Да. Здесь они все: отцы, матери, их дети

Шагнув к стене, девушка провела кончиками пальцев по глубоким бороздам в камнепо именам, по датам. Некоторые борозды были глубокими и широкими, другие больше напоминали царапины, но все были хорошо различимы. На лбу девушки появилась легкая вертикальная морщина.

 Рабы?..  снова спросила она.

 Освобожденные рабы.

На стенах часовни было высечено несколько сот имен. Пытаясь рассмотреть их все, девушка на цыпочках двинулась вправо. Губы ее тронула легкая полуулыбка. Голова вопросительно качнулась.

 Если вы заметили, многие даты еще до начала Гражданской войны. В те времена это место было одной из множества остановок на Подземной железной дороге.

Девушка снова посмотрела на стену.

 Но я вижу, некоторые надписи датированы прошлым десятилетием и даже прошлым годом!