Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Слушай, а какой лох этот Сидоров! Он даже не врубился, что вместо Федякина другой псих.
Володька удивленно на меня посмотрел.
А ты разве не заметила?
Что не заметила?
А еще сыщица называется, поддел меня Воробей. Я думал, ты заметила.
Да что заметила-то?!
У главврача был точно такой же медальон, какой мы нашли в театре. С танцующей коровой.
Не может быть!
Еще как может! Когда он нас охраной стал пугать, у него пуговица на рубашке расстегнулась. И я увидел медальон на цепочке. С трехрогой коровой.
Ни фига ж себе! Выходит, он из банды черных колдунов.
Вот именно. И ему ничего не стоило подменить Федякина. Родственников у того нет. Шума никто поднимать не будет.
А что, если нам сесть Сидорову на хвост, предложила я. И он приведет нас в логово бандитов.
Так он же наверное на тачке разъезжает.
На какой тачке?! Ты разве забыл, о чем говорили старушки на проходной?
А о чем они говорили?
Да-а, Воробей, на сей раз уже я поддела Володьку. А еще дюдики читаешь. Я думала, ты слышал
Что слышал?
Бабки же говорили, что машина Сидорова в ремонте. И что он ездит на трамвае.
О, точно! вспомнил Воробей.
Гляди, гляди!.. Вон он идет!
От проходной психушки шел главврач Сидоров. Он направлялся к трамвайной остановке. Мы бросились на улицу.
К остановке подкатил трамвай. Сидоров полез в вагон. Мы следом.
Короче, слежка началась!
На «хвосте» у главврача мы сидели три дня. И ничего подозрительного. Если не считать того, что Сидоров каждый день заходил в басик. В первый же день, чтоб не мерзнуть на улице, мы хотели тоже туда войти.
Дорогу нам преградил охранник.
Вход запрещен! рявкнул он.
Мы хотим абонемент купить, сказала я.
Нет тут никаких абонементов. Это частный бассейн.
На четвертый день Сидоров поехал в басик в девятом часу вечера. И исчез там с концами. Прошел час, второй, третий Сидоров не появлялся.
А вдруг он утонул? предположил Володька.
Тогда они все утонули, кивнула я на ряд иномарок у бассейна.
Наступила ночь. Сидорова не было. И подъезда поблизости тоже не было, где можно погреться. Бассейн находился в центре парка; до ближайших домов топать и топать.
Короче, мы замерзли как собаки.
А главврач вышел только утром. Сел на трамвай и укатил. Следом за ним укатили на своих тачках и остальные любители ночного плавания.
Слушай, Мухина, а может это и есть бандитское логово?
Вполне возможно
Мы осмотрели здание со всех сторон. Не бассейн, а неприступная крепость. Двери железные, окон вообще нет Точнее, было одно окошко. Под самой крышей. Но чтобы до него добраться, следовало обзавестись ковром-самолетом или, на худой конец, альпинистским снаряжением. У нас не было ни того, ни другого. Поэтому мы, продрогшие, погнали на Петровку.
Вот так номер, чтоб я помер, сказал майор Гвоздь, выслушав наш рассказ. Будь я трижды неладен, если вы, орлы, не вышли на след черных колдунов.
А что, если окружить бассейн, предложил Володька, и сразу захватить всю банду.
Петр Трофимыч достал сигарету и, щелкнув своей самодельной зажигалкой, закурил.
Во-первых, мы не знаем, вся ли банда там собирается. А во-вторых
Я перебила Гвоздя:
Тогда надо это разведать.
Правильно, Эмма, покуривал майор. Проникнуть незаметно в бассейн и поглядеть что к чему
Туда незаметно не проникнешь, сказал Воробей. На проходной охрана. И видеокамеры везде понатыканы. А в единственное окно можно только с крыши попасть. А на крыше, тоже, скорее всего, видеокамеры
Майор Гвоздь прищурился, глядя на нас сквозь сигаретный дым.
А вот ответьте мне, орлы: почему мухи не падают с потолка?
Мухи?.. повторили мы недоуменно. С потолка?..
Так точно, мухи с потолка. Я специально изучал этот вопрос. Оказывается, у них на лапках имеются микроскопические присоски, которыми они и цепляются за стены и потолок.
Петр Трофимыч, послав метким щелчком окурок в пепельницу, достал из шкафа резиновый костюм, похожий на гидрокостюм для серфинга. И, надев его, походил перед нами туда-сюда, словно модель по подиуму.
Обратите внимание на присоски, орлы.
Мы обратили: резиновая поверхность была сплошь покрыта малюсенькими присосочками.
Мое собственное изобретение, объявил Гвоздь. Костюм под названием «Человек-муха». Сейчас я вам его продемонстрирую