Всего за 389 руб. Купить полную версию
Доехав до нужного адреса, она заглушила мотор, вышла из машины и прошла по заснеженной дорожке к входной двери. Она позвонила в дверь. Из дома послышались голоса. Сначала что-то сердито крикнула женщина, потом мужчина прокричал что-то ей в ответ. Шерон стряхнула с ботинок снег. Наконец примерно через минуту дверь распахнулась.
В узком проеме стояла изможденная женщина.
Да?
Я приехала за Никитой?
Женщина обратила на Шерон непонимающий взгляд.
«Черт, не нужно было говорить это с вопросительной интонацией».
Откашлявшись, она попробовала еще раз, на этот раз более решительно.
Я приехала за Никитой, сказала Шерон.
Ответа не последовало.
Может, она ошиблась адресом?
Она здесь? спросила она.
Здесь, с отвращением сказала женщина. Жестом она разрешила Шерон войти, с сердитым видом повернулась и ушла в коридор.
Шерон вошла в приоткрытую дверь. Слева от двери была лестница, ведущая на второй этаж. Справа, в гостиной, на потертом диване сидел лысый мужчина лет тридцати с планшетом в руках. Он был в наушниках и присутствия Шерон, казалось, не заметил.
Шерон вошла в приоткрытую дверь. Слева от двери была лестница, ведущая на второй этаж. Справа, в гостиной, на потертом диване сидел лысый мужчина лет тридцати с планшетом в руках. Он был в наушниках и присутствия Шерон, казалось, не заметил.
Никита? позвала Шерон. Это Шерон Лемке, мама Эми. Я приехала, чтобы тебя забрать!
Минутку! крикнули сверху, и вскоре Шерон увидела, как Никита тащит огромный чемодан. Он был тяжелым, судя по тому, как глухо стучал по ступеням при каждом ее шаге. Никита была одета в рваные джинсы и объемный свитшот, на одном ее плече висел рюкзак. Девушка выглядела совсем не так, как тогда в торговом центре. Она казалась более уставшей, под глазами у нее залегли темные круги. Фиолетовой пряди в волосах видно не было.
Женщина быстро подошла к ним, едва не столкнувшись с Шерон. У нее был такой сердитый вид, что на секунду Шерон показалось, будто женщина ее ударит. Но вместо этого она обратила свою ярость на Никиту.
Вот, значит, как? Съезжаешь, даже не предупредив? Она скрестила руки на груди.
Никита ничего не ответила. Она просто посмотрела на Шерон.
Поехали, сказала она, кивнув в сторону двери.
А как же твоя работа? Если переедешь, то не сможешь продолжать там работать. Как ты будешь добираться туда без машины? Ты ведь об этом даже не подумала.
Никита пожала плечами.
Не очень-то хорошая это была работа. Она потащила чемодан в сторону двери. Найду другую.
Шерон придержала дверь, и Никита перенесла чемодан через порог.
И ты уйдешь вот так? заговорила женщина им вслед. Мы дали тебе комнату, относились к тебе как к члену семьи. Без твоей арендной платы в этом месяце мне не хватит денег. И что теперь прикажешь делать? Тебе ведь плевать, да? Какая же ты все-таки дрянь.
Секундочку! сказала Шерон, но никто не обратил на нее внимания. Никита даже не оглянулась.
Я не могу остаться.
Когда они подошли к машине, женщина обрушила на них целый поток ругательств. Не говоря ни слова, Шерон открыла багажник, Никита положила в него чемодан. Так же молча они сели в машину. Заводя мотор, Шерон оглянулась на дом и заметила, что мужчина смотрит на них из окна.
Несколько кварталов спустя Шерон нарушила молчание:
Да уж, общаться с ней одно удовольствие.
Ага. Никита со вздохом заправила волосы за ухо.
Хочешь есть? Можем заехать куда-нибудь перекусить.
Никита покачала головой:
Нет, спасибо.
Когда они подъехали ближе к дому, Шерон снова заговорила:
Мы почти на месте. Я живу в соседнем квартале.
Хороший район. Никита по-детски приложила руку к стеклу и посмотрела в окно.
Дома здесь были обманчиво скромными по размерам, учитывая привилегированную жизнь здешних жителей. Они ездили в отпуск на Гавайи. Нанимали репетиторов для своих детей. Уезжали на северные озера на лето. Шерон в финансовом плане сильно выбивалась из этой компании. Не то чтобы это как-то ее смущало.
Не слишком-то обольщайся, сказала Шерон. Мой дом один из самых маленьких в округе. Самый маленький, если точнее. И сильно меньше остальных.
Риелтор сказал ей, что изначально этот дом был гостевым коттеджем соседнего дома. Тогда это ее позабавило.
Пытаясь не терять оптимизма, Шерон сказала:
Есть поговорка: «Худший дом в квартале лучшая инвестиция!»
На это Никита ответила:
Да, но неужели нужно было покупать худший дом во всем штате?
Услышав это, Шерон расхохоталась.
Даже сейчас эти воспоминания вызывали у нее улыбку. Дом оказался просто катастрофой, но он хорошо служил им, и в ближайшее время Шерон не планировала переезжать. За эти годы в дом было вложено немало сил и средств. Она сделала ремонт в обеих ванных комнатах и кухне, заменила светильники, покрасила все стены и заменила полы в каждой комнате. Глядя на старые фотографии, сложно было поверить, что это тот же самый дом.
Шерон заехала на подъездную дорожку и остановилась возле гаража, ожидая, пока автоматические ворота поднимутся вверх.
Никита, я хочу
Ники.
Что?
Зовите меня Ники. Никитой меня называет только Эми.
Хорошо.
Эту просьбу легко было выполнить. Конечно, она может называть ее Ники, если так ей больше нравится, но было бы очень мило, если бы Эми рассказала об этом заранее.