Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Девчонки, не сговариваясь, издали громкий радостный крик. Мария вскочила, и они обе повисли на шее у Алекса, целуя его в обе щеки. Потом итальянка случайно взглянула на себя в зеркало и в ужасе начала метаться по номеру с отчаянными криками на родном языке: «Боже мой, как я выгляжу, какой кошмар! У меня грязная голова, а глаза, глаза опухли! Где моя косметичка, боже, куда я ее подевала, все, я в душ!».
Как был прав испанец, подумал Алекс. И никаких капельниц не надо.
Катя, вот что еще, подойдя к письменному столу, добавил Смолев по-русски. Соберите этой парочке поесть: Димитрос постится уже сутки, да и Мария, думаю, тоже голодна. Так что пусть на кухне соберут все, что нужно. И возьмите, я разрешаю, в конце концов, управляющий я или нет! бутылочку вина из тех запасов, что угощал нас Димитрос накануне, и положите им в корзинку вместе со штопором. В этом номере есть штопор?
Да, босс, но у меня есть в кармане лишний, преданно глядя на Смолева влюбленными глазами, сообщила горничная. Ребята из шестого номера, видимо, с вечера оставили на веранде.
А им он не пригодится? внимательно разглядывая письменный набор на столе, уточнил Алекс.
Нет, они съехали сегодня утром, покачала головой Катерина.
Алекс в это время внимательно изучал нож для конвертов, стоящий в подставке на письменном столе. И вдруг он издал тихий вопль, схватил нож в руки и начал крутить перед глазами.
Катерина, во всех номерах виллы вот именно такие ножи для писем? Они везде одинаковые?
Ну да, разумеется, босс. Это из новой партии, что Димитрос закупал на новый сезон. Они везде одинаковые, ведь наборы менялись целиком. А почему вы спрашиваете?
Потому, что я осел, невпопад ответил Алекс и хлопнул себя по лбу. Где были мои глаза? Так, мне надо срочно попасть В каком номере жил убитый? Во втором? У кого ключи? Срочно неси мне ключи! И вот еще что: ключи от всех номеров, откуда съехали постояльцы. И захвати мне дюжину полиэтиленовых пакетов среднего размера, найдутся у нас такие?
Да, есть, на кухонном складе.
Все, немедленно, я жду тебя в своем номере. Судя по всему, прислушиваясь к плеску в душе, полчаса у тебя точно есть. Ты все успеешь.
Хорошо, босс! Одна нога Нет обе ноги там! и Катерина стремительно покинула номер.
Алекс завернул нож, изъятый им со стола Марии, в белоснежный платок и, в свою очередь покинув ее комнату, отправился к себе. Там он на письменном столе расстелил платок. Справа, чтобы не перепутать, положил на него нож из пятого номера, слева тот, что лежал в подставке на его письменном столе.
Ножи были абсолютно идентичны. Через пять минут в дверь постучали: запыхавшаяся Катерина принесла ему связки ключей с номерками от свободных комнат, ключ от комнаты Константиноса и небольшой рулон полиэтиленовых пакетов, стянутых резинкой. Отдав все это Алексу, она так же стремительно исчезла выполнять его распоряжение насчет Димитроса.
В течение следующего получаса Алекс методично обходил все гостевые номера и собирал ножи для писем, раскладывал их в отдельные полиэтиленовые пакеты. В каждый он заранее положил желтый стикер с написанным номером комнаты.
В комнате номер один жил Димитрос, нож оказался в подставке. Дверь комнаты номер два, где произошло преступление, была опечатана. Алекс вздохнул, пожал плечами, снял печать и открыл дверь.
В отличие от своего секретаря, Константинос Галифианакис отличался маниакальной страстью к чистоте и порядку. Все было на своих местах, все разложено по полочкам. На письменном столе лежали стопками пачки писем, газет и журналов, аккуратно отсортированные, с закладками. Ежедневник, исписанный аккуратным почерком нотариуса, был открыт на странице с датой убийства. Алекс, не беря его в руки, заглянул в него. На вечер того злополучного дня Константинос запланировал, по-видимому, несколько телефонных звонков, даже были указаны телефонные номера. Абоненты значились в записной книжке только двумя буквами инициалов.
Судя по номерам, Алекс определил, что четыре звонка он планировал сделать в Афины, два в Штаты, и еще там значилось несколько номеров мобильных телефонов, принадлежащих греческим провайдерам связи. Больше на странице относящейся к этой дате, не было ничего, если не считать в самом низу страницы какой-то странный, обведенный кругом крест. Зловещая метка, если принять во внимание все случившееся, подумал Алекс. Что бы это могло означать?
Алекс пожал плечами, сфотографировал страницу в записной книжке и отправил сразу в два адреса: Виктору Манну и Теодоросу Антонидису.
Ножа для писем на подставке не было.
Алекс осмотрел всю комнату очень тщательно, заглянул под мебель и под ковер, проверил все шкафы и даже ванную и туалет. Ножа для бумаг в номере определенно не было. Уходя, Алекс запер дверь и вернул печать на место.
В третьем номере оказался секретарь покойного. Он с хмурым лицом молча выслушал Смолева, разболтанной походкой дошел до стола, вручил ему нож и хамски захлопнул дверь у Алекса перед носом.
Черт с ним, подумал Алекс, не до него сейчас.
В четвертом номере отдыхала пара греческих старичков, они пригласили Алекса войти, вынесли ему нож, предложили прохладительных напитков. Милейшие люди! Алекс поблагодарил их и отказался.
Судя по звукам плещущейся воды из пятого номера, Мария все еще была в душе.
Из шестого номера, как сказала ему Катерина, постояльцы съехали рано утром. Алекс открыл дверь хозяйским ключом. Комната была уже убрана. Нож для писем оказался на столе в подставке.
В седьмом номере проживали испанцы. Алекс постучал в дверь, открыл синьор Карлос, тепло улыбнулся и предложил войти. Увидя в руках Алекса целую коллекцию ножей для бумаг, разложенных по разным пакетам, он вопросительно посмотрел на Смолева.
Алекс объяснил цель своего прихода. Синьор Карлос задумчиво кивнул и скрылся в глубине номера.
Алекс услышал, как он выдвинул ящик стола, затем раздались шаги, и испанец вручил Смолеву нож для конвертов, абсолютно идентичный тем, что уже были у него в руках. Сердечно поблагодарив синьора Карлоса и уже уходя, Алекс подумал, что испанец все-таки плохо выглядит. Он был еще бледнее, чем когда Алекс встретился с ним на галерее сегодня. Не вызвать ли ему самому врача? подумал Алекс.
Остались три номера.
В восьмом жила чета Файер, Николай Францевич поприветствовал Смолева церемонным поклоном, а его супруга Перренель вынесла нож.
Из девятого съехали жильцы, нож тоже оказался в подставке.
В десятом жили англичане, Лили и Джеймс Бэрроу. Слава богу, что парочку археологов удалось застать на месте. Они слегка удивились, но нож вынесли и напомнили Алексу о данном обещании по поводу совместной морской прогулки вокруг острова.
В одиннадцатом жил он сам. В короткий срок обойдя всех, Алекс собрал все ножи и вернулся к себе в номер. В этот момент на столе зазвонил телефон. На линии был инспектор Антонидис. Смолев обрадовался звонку.
Дорогой инспектор, очень удачно, что вы мне позвонили. Я направил вам фото из записной книжки убитого. Да, мне пришлось войти в его комнату Не переживайте, все формальности мы соблюдем позже, ответственность я беру на себя. Так вот, там указаны телефоны, по которым он, вероятно, планировал звонить в тот вечер. Нам необходимо выяснить, звонил ли он и кому. Особенно по номерам мобильных телефонов. Что нам это даст? Возможно, он звонил и договаривался, сам не зная того, на встречу с убийцей. Ведь не надо забывать, что покойный впустил убийцу в номер сам, и добровольно. Насколько мне о нем известно, он не отличался общительностью, и это еще мягко сказано. Значит, посетитель был важен для Константиноса, возможно, что он был очень заинтересован в его визите, выслушав ответ Антонидиса, Смолев продолжил: Спасибо, инспектор, я вам очень признателен. Как прошел допрос?
С допросом все в порядке, подтвердил инспектор. Я даже удивлен той перемене, которая произошла в подозреваемом. Он стал совершенно другим человеком, подробно ответил на все мои вопросы, все время улыбался. Сейчас ему принесли вещи, я передал, не беспокойтесь. Когда я выходил от него, мне показалось даже, что он что-то весело напевал. Что такое вы с ним сделали?