Васильева Елена Константиновна - Неженка и Ветер стр 13.

 Иди домой, Катя.

 Да с какой это стати?!  возмущается юная девушка,  Мы целую неделю планировали вечеринку! И я всё утро собиралась

У Кати срывается голос, и она замолкает, не в силах продолжить. Обида и злость на брата мешают ей совладать с собой.

 Домой, я сказал,  тихо повторил Денис и крепко сжал локоть сестры,  Иди домой и готовь ужин. Мама вернётся очень поздно. Она очень устанет. Хочешь оставить её без ужина, напиться пива и блевать в подворотне?

Катя хотела возразить, сказать, что она не станет напиваться, но вспоминает, как на прошлой дискотеке выпила пива с Никитой, и её потом тошнило прямо во дворе клуба. Никита испугался, позвал её брата, который тоже пришёл на дискотеку с Игнатом. Денис тогда на руках унёс домой обессилевшую пьяную сестру. Но от родителей это скрыл, не выдал её. Поэтому сейчас, вспомнив тот злосчастный вечер, девушка молча пошла с братом домой. И пока он работал в огороде, закладывая парники, Катя сварила суп для мамы, так как мама любила вечером, приехав с работы, есть суп. Для брата и Егора девушка приготовила картофельное пюре с мясным подливом.

Друзья звонили Кате несколько раз, потеряв её. Но она отключила телефон. Что девушка могла сказать им? Что её брат не пустил с ними? Но говорить такое друзьям стыдно Какое-то время Катя сердилась на брата, но Денис делал вид, что не замечает её демонстративной обиды.

После десяти часов вечера мама вернулась из дальнего участка, куда возила с инспекцией своего начальника Матвея Ивановича. Катя заметила, какое усталое и осунувшееся у мамы лицо. И ей стало жалко маму. Катя накрыла на стол, и пока мама ужинала, растелила ей постель.

 Как хорошо, что у меня есть ты, доченька,  с теплотой произнесла Полина.

И Катя вдруг устыдилась, что позаботиться о маме её заставил Денис, а ей бы самой и в голову не пришло встретить уставшую маму с работы. Она же и не думала об этом! Она с самого утра мечтала о свидании с Никитой

Рисунки Кати

Катя стояла спиной к окну, и солнечные блики высвечивали её белокурые волосы до прозрачности, делали их невесомыми как облако. Она что-то говорили ему, он слышал её такой родной нежный голос, но смысл её слов не улавливал. Он думал о том, как долго не слышал этого родного голоса. Голоса его Неженки.

 Так как ты считаешь, Денис?  настойчиво повторила свой вопрос Катя, глядя на брата в нетерпеливом ожидании ответа.

 Прости, Неженка, задумался. Ты что-то спросила?  очнулся от оцепенения Денис.

 Нет, ну нормально!  возмутилась девушка,  Я тут распинаюсь перед ним, а он меня вовсе и не слушает!  Катя обиженно отвернулась к окну лицом. Но солнечные блики продолжали танцевать в её волосах.

Денис приблизился и не удержался, поднял руку, взял в ладонь невесомый локон, сжал между пальцами.

 В детстве я думал, что у тебя кукольные волосы,  произнёс он.

 Какие?  Катя удивлённо переспросила, повернулась снова к нему лицом,  Кукольные?!

 Ну да, ненастоящие, как у куклы. Не могут быть такими светлыми настоящие волосы, только у куклы.

Катя прыснула от смеха.

 Помнишь, как ты мне косы заплетал?  спросила она, уже забыв о своём раздражении на то, что он не слушал то, о чём она ему рассказывала.

 Помню, Неженка,  серьёзно произнёс он и вдруг неожиданно попросил,  Можно я расчешу твои волосы?

Просьба брата девушку не удивила. Катя развеселилась, с готовностью тряхнула каскадом белокурых волос и уселась на диван.

 Расчёсывай,  разрешила она.

Денис взял в руки расчёску, сел рядос с девушкой, осторожно прикоснулся зубьями расчёски к её локонам.

 Мама не так мне волосы расчесывала. Когда она это делала, мне было дольно,  вдруг пожаловалась Катя,  Поэтому я просила тебя. Ты это делал очень аккуратно.

Денис любовался тем, как шёлковые пряди проходят сквозь зубья расчёски, отливают светлым золотом в солнечных лучах.

 Хорошо, что ты не остригла волосы,  произнёс он,  Я этого боялся.

 Но и косички я больше не заплетаю!  весело отозвалась Катя,  Я уже выросла, брат, если ты это не заметил.

 Выросла-то, выросла, да ума не набралась,  притворно ворчливо ответил Денис, продолжая лёгкими движениями проводить гребнем по длинным лёгким волосам.

 Я скоро замуж выхожу!  произнесла Катя с вызовом, развернулась к брату лицом,  Вот вернётся Никита из армии, мы сразу же поженимся.

Рука с расчёской застыла в воздухе, Денис растерянно взглянул на сестру, но сразу же спохватился, отбросил расчёску, поднялся с дивана. Его серые глаза потемнели, стали чёрными, как всегда, когда он начинал злиться.

 А не рано ли, Катя?  холодным голосом спросил он,  Зачем ты торопишься начать жизнь взрослой бабы?

Катя вздрогнула от грубости его слов, вскочила с дивана, встала напротив брата. Ну и что, что маловата ростом, зато своё отстоять сможет! Он возвышался над ней, высокий и крепкий, а ещё злой. И она почувствовала себя маленькой неразумной девочкой, но продолжала упрямо смотреть на него снизу вверх.

 Ты приехал и сразу раскомандовался!  по-детский возмутилась она,  У тебя не спросили, что нам с Никитой делать! Я уже взрослая, если ты не заметил! И тебе больше не надо сажать меня на горшок и нянчить!

Она упёрлась ладонями в по-девичьи тощие бёдра, с вызовом и упрямством блеснула в него гневным взглядом голубыз как весеннее небо глаз.

«Вот поганка какая»,  с досадой подумал Денис, рассматривая стройную фигуру Кати. Там, где надо, её фигурка приобрела женские округлости, но Денис упорно не хотел признавать в ней пробуждение женщины.

 Могу и обратно уехать,  со злостью произнёс Денис,  Если тебе старший брат теперь без надобности.

Он резко развернулся и вышел, а Катя обиженно прикусила нижнюю губу.

В отличие от подруг, предсказания цыганки не стали неприятной неожиданностью для Ксюши. Разве могут напугать слова какой-то там цыганки, когда ежедневная жизнь  это кошмар. Вот сегодня опять, едва зайдя в дом с тяжёлой сумкой продуктов, Ксюша почувствовала резкий тошнотворный запах перегара. За столом, заваленным грязной посудой и сигаретными окурками сидела мать и её собутыльница бабя Эля.

 Алька, а вот и твоя доченька-красавица вернулась,  пьяно улыбнулась баба Эля, демонстрируя гнилые зубы.

Мать Ксюши, Алентина небрежно махнула в сторону дочери и потянулась за наполовину пустой бутылкой. Вид у матери был как всегда неопрятный. В старом домашнем замызганом халате, на коётором не хватало пуговиц, мать сидела, курила, не замечая, что пепел от сигареты падает ей на подол.

Ксюша стала молча разбирать сумку с продуктами, сосредоточенно вытаскивала дешёвые рожки на развес, рис, гречку, полкило сахара и бутылку подсолнечного масла. Она аккуратно раставляла продукты на полку в буфет, радуясь, что хоть что-то удалось купить до того, как мать пропьёт всю получку отчима. В первое время Ксюша пыталась скандалить с пьяной матерью, выгонять её собутыльницу бабу Элю, но потом поняла, что всё это бесполезно. Тогда мать уходила из дома и всё равно напивалась, а потом валялась где-нибудь на обочине дороги или под соседскими заборами. Пусть уж лучше дома пьёт и потом спит на кровати, решила Ксюша.

Не всегда её мать была такой. Она любила, конечно, выпивать по праздникам и никогда не отказывалась от шумных весёлых компаний. Но до прихода в дом отчима пила всё-таки меньше. Всё началось с тех пор, как в их доме появился дядя Игорь. Вот тогда-то мать запила по-настоящему. Не проходило ни дня, чтобы Игорь не приносил бутылку для её матери. Он её специально спаивал. И если вначале это была ещё качественная водка, то теперь  самая дешёвая. Матери было уже всё равно, от чего впадать в пьяный угар.

Всё началось с тех пор, как в их доме появился дядя Игорь После смерти бабушки Ксюша с мамой жили ещё одни, держали кур и снова завели тёлочку. Мать работала поварихой в леспромхозе, получала немного, но им хватало на скромную жизнь. Теперь Ксюша вспоминает с грустью то спокойное время.