Ава Элдред - Загадка смерти бой-бэнда стр 11.

 Хэрри, я говорю это только потому, что переживаю за тебя. Ты не знаешь этого чувака. Не знаешь, на что он способен. А еще я думаю

 Ладно, Стеф, я поняла: ты думаешь, я тупая.

 Я этого не говорил.

 А и не надо говорить,  фыркнула я и поднялась на ноги.

Внезапно Стеф оказался рядом. Он стоял, подняв руки в знак капитуляции.

 Если бы ты дала мне закончить, то я сказал бы, что да, я считаю, что это чистое безумие, но это очень круто.

 Правда?

Он кивнул.

 Ага, мне не нравятся ваши методы, но очень круто, что ты любишь что-то настолько, что готова пойти на крайние меры.

 Ради него.

 Повезло ему.

 Ты правда так думаешь?

 Конечно,  ответил он и задержался в дверях.  Или, может, я говорю так только потому, что ты мне нравишься? Кто знает, Хэрриет Лодж Кто знает

Он вышел из кухни, ни разу не оглянувшись. Я поперхнулась внезапным смехом. Да кто он такойэтот мальчишка? Внезапно мне захотелось, чтобы он обернулся. Может, это лишь потому, что я этого ждала, но, как только он отвел от меня взгляд, я захотела, чтобы он посмотрел на меня снова.

У нас нет времени на это, отругала я себя, пусть уходит. Ты сильно устала, и тебя охватывают разные эмоции. Ты запуталась и ищешь, на кого бы опереться. Не делай ничего, о чем потом пожалеешь.

Лишь окончательно убедившись, что он ушел, я вернулась к изначальному плану: измучить себя мыслями о случившемся. Устроившись в кровати с чашкой чая, я открыла на телефоне твиттер. Мне хотелось узнать, что говорит мир. Я лениво пробежала взглядом записи журналистов, объявлявших, что они не могут сказать, виновен он или нет, и тупых гомофобов, называющих себя фанатами и утверждающих, что они знают, почему это произошло. Мол, все пошло не так, когда он расстался с Фиби Шоу. Конечно, мы не думаем, что он преступник, но пусть это послужит ему уроком. Когда у тебя есть шикарная женщина, которая идеально тебе подходит, не надо ее отпускать.

«Что за чушь. Эван был рядом еще до того, как Фиби родилась»,  сказала я вслух, листая дальше. Вскоре я наткнулась на то, что искала. Спрятавшись под одеяло, я читала твит за твитом от друзей и людей, с которыми могла бы подружиться. Все послания были об одном и том же.

«Мы знаем, что это не ты. Мы рядом. Мы сказали, что будем рядом, несмотря ни на что».

Я и сама написала твит.

И снова. И снова. И снова.

Интересно, кого больше: нас или их? Я знала, что моя лента представляла лишь одну сторону фан-клуба: ту, что была безоговорочно на стороне Фрэнки. Но насколько всеобщим был этот консенсус? Или, может, были люди, которых совершенно не удивило то, что произошло? Тех, кто считал: раз полиция говорит, что он виноват, то так и было. Здравый смысл подсказывал мне ответ: я знала, как все выглядит со стороны. Но у меня просто не было сил вбить его имя в поисковик и увидеть, что остальной мир говорит про нашего Фрэнки.

Не сейчас, подумала я, закрывая глаза. Чай остывал на прикроватной тумбочке. Пока я просто отдыхаю. Выпью через пару секунд. Я знала: когда я возьму чашку, она будет холодной как лед.

Проснувшись, я сразу поняла, что давно не спала так долго. Струившийся в окно солнечный свет говорил мне, что утро в самом разгаре. Я поискала телефон и очки. Увидев, сколько времени, я резко села в кровати. Если я хочу успеть на воскресную лекцию, то выходить надо прямо сейчас Мне ужасно хотелось остаться в кровати, но я заплатила за билет, и лектор уже десять лет руководил самой крупной звукозаписывающей компанией в мире, именно поэтому я собиралась пожертвовать выходным.

Однако, мчась через кампус с мокрой головой и без макияжа (честно говоря, меня приятно поразила собственная скорость сборов), я размышляла, а был ли в этом вообще какой-то смысл. Вряд ли у меня получится сосредоточиться на финансовом управлении и планировании, пока Фрэнки за решеткой. Когда я проскользнула в лекционный зал, на экране только-только загрузился первый слайд. К этому времени я твердо решила, что потрачу следующий час на продумывание дальнейших шагов. Что совсем непросто, ведь у меня не было ни малейшего представления, с чего начинать.

Телефон не переставая вибрировал у меня в кармане. Заметив, что лектор возится с ноутбуком, я решила рискнуть. Осторожно переложив трубку на колени, я быстро пробежалась по уведомлениям. В основном это были сообщения от Джэз: ей не терпелось обсудить, что мы будем делать дальше. Я натолкнулась на сообщение с незнакомого адресаШарлотт Мэси. В теме письма значилось: «Ваша заявка на стажировку, «Чистый пиар».

Вот только этого мне не хватало, подумала я. Посреди этого медийного цирка как они нашли время рассылать письма с отказом на позицию, которую закрыли уже несколько месяцев назад? Я давно взяла за привычку складывать письма с отказом в отдельную папку. С тех пор как мне стукнуло шестнадцать и я стала откликаться на эту вакансию, письма приходили с завидным постоянством. Забавно будет перечитать их, если когда-нибудь я все же добьюсь успеха. Пока что не получилось. Я занесла палец, чтобы переложить сообщение в другую папку, но тут мой взгляд упал на текст письма, и я еле удержалась, чтобы не швырнуть телефон через всю аудиторию. Это был не отказ.

Закусив губу, я из последних сил постаралась не закричать.

Не может быть, что меня хотят взять. Это ведь место Джорджии. Чего эта женщина от меня хочет?

Я быстро сделала скриншот сообщения и отправила его Джэз. Слава богу, она в Сети. Подняв глаза на презентацию, я прочла текст слайда: «Что делать, если ваш тщательно расписанный план не сработал». А вот это могло бы мне пригодиться, подумала я, но у меня совсем нет на это времени. Как только лектор отвернулся, я побежала к двери.

Телефон загудел у меня в руке. От Джэз пришла длинная строка из вопросительных и восклицательных знаков. Через секунду раздался звонок.

 Да!

 Хэрри, что это такое?

Я шумно выдохнула.

 Понятия не имею. На стажировку меня не взяли

 потому что взяли Джорджию,  перебила меня Джэз.

 Так что я не знаю, в чем дело.

 Ну ты ведь позвонила Шарлотт Мэйси?  нетерпеливо спросила Джэз.

 Еще нет. Я только-только прочла письмо и хотела сначала поговорить с тобой.

 Хэрри, может, это наш шанс!  В ее голосе зазвучало волнение.  Если ты как-то попадешь в «Чистый пиар», то доказать невиновность Фрэнки станет куда легче! Чего ты ждешь? Звони ей, а потом сразу мне, расскажешь, что она скажет! Запиши ваш разговор! Отправь голосовым! Ничего не забудь!

 Обещаю, обещаю,  смеясь, ответила я.

Я почти верила, что могу безо всяких колебаний позвонить во всемирно известное рекламное агентство. К сожалению, в реальности все обстояло иначе. Я хотела быть такой уверенной в себе, но у меня не получалось.

Я позвоню, как только вернусь в свою комнату, пообещала я себе. Ну или как только выпью чая. Но после чая я съела тост, а потом приняла долгий душ, и мне пришлось признать, что я всеми силами оттягивала звонок. Не то чтобы мне не хотелось звонить или я боялась того, что мне скажет уклончивая Шарлотт Мэйси, но когда мне предстояло звонить незнакомому человеку, что-то всегда мне мешало. Я просто не могла набрать номер. Сообщения Джэз перешли от вежливых предложений к простому «Хэрри?», а затем и вовсе превратились в сплошные вопросительные знаки. Но ей легко, подумала я, ни разу не видела, чтобы Джэз из-за чего-нибудь нервничала.