Чейни Питер - Джентльмен от Ярда

Питер ЧейниДжентльмен от Ярда

Глава 1

Сидя в уголке вагона-ресторана возле окна, я неожиданно для себя довольно крепко задремал. Видимо, хлопоты последних дней не прошли для меня даром, заключительная часть путешествия оказалась более утомительной, чем я предполагал, и я основательно вымотался.

Дремота одолела меня, однако в сон не перешла: где-то на границе сознания маячила приятная мысль об удобном купе, куда я, основательно подкрепившийся, отправлюсь вот сейчас через минутку Я медлил, уступая сладкой дреме, и одновременно краем уха ловил обрывки вялого и весьма нудного спора двух типов, сидевших за соседним столиком. Один из них с завидным терпением старался доказать, что Георг IV был первым джентльменом в Европе, а его визави упрямо не соглашался с этим, опираясь на какие-то довольно сомнительные мемуары. Господи, мне бы ваши заботы!..

Я чувствовал, что еще немногои журчание их голосов вгонит меня в непробудный сон, а потому попытался сделать усилие над собой, чтобы подняться, добраться до купе и завалиться спать по-настоящему. В этот момент поезд резко затормозил, я дернулся и довольно сильно приложился спиной к какому-то выступу, что в известной мере разогнало нахлынувшую на меня сонливость.

Рука моя рванулась к подмышечной кобуре, однако я тут же осознал, что нахожусь в Англии, в мчащемся где-то неподалеку от Саутхемптона поезде, а не крадусь по темным чикагским переулкам в районе Марпел-стрит с «люгером» в руке, готовый утяжелить изрядной порцией свинца голову негодяя, который в любую минуту может вынырнуть из-за того самого чертова пакгауза. Тогда он так и не появился Как там они закончат это дело без меня?..

Оторвавшись наконец от кресла, я совсем было собрался двинуться к двери, когда мимо прошел коренастый, грузный мужчина, появившийся из передней части вагона-ресторана.

Он не удостоил меня своим вниманием, он вообще ни на кого не смотрел, однако одного взгляда на него оказалось достаточно, чтобы остатки сладкой дремы улетучились из моего мозга. Я зажмурился, потом открыл глаза и, убедившись, что зрение отнюдь не изменяет мне, двинулся вслед за шагающим к двери амбалом.

Преследуемый мною тип беспечно протопал по ковровой дорожке следующего вагона, то ли напевая, то ли бормоча себе что-то под нос, перешел в соседний спальный вагон первого класса, уверенно открыл дверь второго от входа купе и плюхнулся на диван у окна, не позаботившись о том, чтобы закрыть за собой дверь.

Кроме него, в купе никого не было. Я без колебаний последовал за ним и задвинул дверь.

Хелло, Сквилла,сказал я мягко и спокойно. Он дернулся, вскинул на меня свои округлившиеся глаза, а потом сказал нарочито удивленным голосом:

Это что еще за явление? Кто вы и какого черта вам здесь надо?

При этом он нагло ощерилсяни дать ни взять бродячий кот на страже родной помойки,делая вид, что впервые в жизни узрел меня.

Ничего, абсолютно ничего, Сквилла. И, конечно же, ты никогда раньше не видел меня, не слышал обо мне и даже не подозревал, что я существую на свете. Я угадал? И все же не премину заметить, что ты гнусный и трусливый сукин сын, Сквилла,ответил я все так же спокойно, не повышая тона.Пришлось, значит, в спешном порядке покинуть Нью-Йорк? Уж не потому ли, что там совсем недавно в одном из парков был найден Маккингли с дыркой в черепушке от пули сорок пятого калибра? Побоялся привлечь к себе повышенный интерес? Впрочем, дело Маккингли мало интересует меня в настоящий момент.

О чем это вы, мистер?Сквилла продолжал ломать комедию, вслушиваясь, однако, в мои слова достаточно внимательно.

О том, Сквилла, что мне нужно знать, почему ты здесь нарисовался. Кто послал тебя в Англию?

Не понимаю.

Ты опять на кого-то шестеришь, ублюдок. Я не сомневаюсь, что возложенное на тебе отвратительное поручение тяготит твою душу. Так сбрось же с себя эту ношу! Облегчи совесть и для начала поведай мне, кто отрядил тебя сюда. Будет лучше, если ты сделаешь это по собственному побуждению, то есть прежде, чем я рассержусь, выйду из себя и все эти сведения из тебя вытряхну, тварь ты этакая!

С этими словами я сел, вынул сигареты и закурил. Поглядывая на него сквозь пелену дыма, я ждал.

По-видимому, Сквилла понемногу становился самим собой. Во всяком случае, он «вспомнил», что находится в Англии, а не в Штатах, и попытался атаковать меня.

Ну-ну,буркнул он.А ты, оказывается, умеешь шутить, Лемми Кошен. Вот уж никогда не подумал бы.Он встал и, фиглярничая, нагло поклонился.Леди и джентльмены,провозгласил он, обращаясь к невидимой аудитории,разрешите представить вам многоизвестного суперкопа мистера Лемми Кошена, парня с преогромной федовской бляхой и мордой, похожей на втулку молочного сепаратора на заднюю втулку, разумеется. Леди и джентльмены, воспользуйтесь выпавшей на вашу долю удачей и взгляните на великого человека. Бьюсь об заклад, что вам не доводилось видеть что-либо подобное. Ибо Лемми Кошен не только величайший храбрец, но он еще и потрясающе умен. Не было случая, чтобы он не сумел перехитрить самого себя или обвести вокруг собственного пальца.

Он замолчал, видимо, исчерпав запас своего остроумия, Я тоже сидел молча, наблюдая, как шутовская ухмылка покидает обладателя самой поганой пасти в мире.

Лицо Сквиллы стало совсем серьезным.

Ты коп-остряк,сказал он наконец, щуря свои мерзкие белесые глаза,послушай меня. Я думаю, что дьявол, твой старый корефан, до сих пор не позаботился прочистить тебе мозги. Неужели ты все еще не в состоянии усечь разницу между Штатами и Англией? А может, ты просто забыл, где находишься? Ведь вспомнить об этом было бы совсем нелишне: тогда ты, может быть, и уразумел бы, что сейчас у тебя столько же шансов сотворить одно из твоих громких дел, как у кролика догнать и взнуздать мустанга в степях Оклахомы.

Он сплюнул в открытое окно и вновь повернул ко мне свою злую физиономию.

Так-то, Кошен! Болтуном ты был, болтуном и остался. А теперь сваливай, или я позвоню проводнику, и он выставит тебя вон.

Я продолжал молча курить.

Если говорить о Штатах,продолжал он, повышая голос и явно стараясь взвинтить себя,то там ты и в самом деле на что-то способен; может быть, там и найдутся люди, не считающие тебя дураком Но здесь ты имеешь право только молоть языком. А потому отправляйся к чертям свинячьим, да не забудь тихо прикрыть за собой дверь! Вон отсюда! Убирайся!

Я вдохнул, выпустил аккуратное колечко дыма и, любуясь им, сказал, не повышая тона:

Ты скверно воспитан, Сквилла. Необразован и скверно воспитан.

Я сказал!..

Помолчи! Кое в чем ты, возможно, и прав. Не исключено, что здесь действительно Англия и

Если ты

Терпение, Сквилла, терпение. Возможно и то, что мой значок ФБР здесь, действительно, ничего не значит. Спорить с тобой относительно этого не буду.

А потому

Помолчи! Не думаю, чтобы ты успел забыть меня и знаешь, что если я желаю говорить, ты, нравится тебе или нет, будешь общаться со мной. Теперь же я, пожалуй, последую твоему предложению и, как выразился, уберусь отсюда. Однакои ты это отлично понимаешья не могу расстаться с тобой, не набив предварительно тебе морду. Одной приличной оплеухи тебе хватит.

Но!..

Помолчи. И за карман тоже не нужно хвататься. О чем это я говорил?.. Так вот, после того, как я обработаю твою физиономию, ты не позвонишь проводнику, как бы ни хотелось тебе это сделать. И я могу объяснить по какой причине.

Не желаю

Желаешь или нет, но выслушаешь. Ты член банды, во главе которой уже восемь месяцев стоит небезызвестный Бэг Франчелли; ты работаешь на него, у тебя при себе револьвер Кстати, именно из этой пушки ты продырявил голову Маккингли. Вижу, однако, что выстрел не обеспечил тебе независимости от Франчелли. Вывести отсюда некоторые заключения совсем не трудно, но мне нужны не только выводы, но и кое-какие конкретные детали. Ты же, Сквилла, настолько туп, что не только препятствуешь мне в этом, но и зачем-то желаешь включить в эту забавную игру проводника. Или думаешь, будто мне трудно будет доказать, что дырка в голове Маккингли проверчена пулей из шпалера, за который ты сейчас хватаешься