Марк Агатов - Секс-эскорт стр 11.

 Может. Еще как может! Вы не знаете женщин, но вы их увидите, особых женщин,  с угрозой проговорила Лена.

 Вы говорите о шахидах?  напрягся Маркус. И тут до него стал доходить особый смысл сказанных слов. На борту самолета, похоже, она не одна такая.

 Мне понравился ваш фильм про журналиста Марата,  ушла от вопроса Лена. У меня сложилось впечатление, что это была реальная история. Я бы хотела с ним встретиться не во сне, а в реальной жизни.

 Если мы останемся живы, то вы с ним обязательно встретитесь,  пообещал Маркус.  Скажите, только правду, а чем он вам понравился?

 Симпатичный мужчина, с порочной идеей в голове, способный на мужской поступок. Разве этого мало?  пристально посмотрела на Маркуса женщина.

 Красивого мужчину полюбить не сложно,  глубокомысленно проговорил старик.  И в этом я на вашей стороне. Мне самому нравились красивые молодые женщины с ногами от ушей. Мне были неинтересны те, кто старше меня. Возможно, что в свои двадцать лет я был не прав, но в то счастливое время тридцатилетние «старухи» меня не интересовали. Женщина для меня всегда была объектом любви, а не субъектом умных разговоров о политике, литературе, театре.

 Стандартное поведение самца,  скривила губки Лена.  Вы не хотели видеть в женщине личность. Вас интересовало ее тело, ноги, губы.

 И что в этом плохого,  усмехнулся писатель.  Я любил женщин за то, что они женщины. А те, кто изображал из себя недотрог-феминисток, превращались в спортивный кубок, к которому надо было прильнуть ради спортивного интереса. Это была одноразовая любовь!

 Вы их брали силой?  Лена уже с интересом смотрела на старика. Вначале она вообще не видела в нем мужчину.

 Нет, что вы. Уболтать можно любую словами, жестами, внушением. Бывало, удавалось превратить ледяную снежную королеву в пылающий вулкан страсти, но это было исключением из правил. Обычно, те, кто изображал из себя феминисток и борцов за равноправие полов, были настолько неинтересны и скованны в постели, что второй раз встречаться с ними не было никакого желания,  скривился, как от лимона, Маркус.  У меня даже была своя теория. Я полагал, что феминистками становятся неудовлетворенные фригидные дамы после тридцати, страдающие психопатиями и неврозами. Отказ от секса с мужчиной и продолжения рода  болезнь, патология, которую надо лечить. И если сейчас перекинуть мостик из прошлого в будущее и заговорить о вас, как о женщине, то можно предположить, что вы подпадаете под эту категорию дам. Я дотрагиваюсь до ваших рук, и чувствую дыхание ледника. Вы не способны на сумасшедшую любовь, вас устраивает монотонная жизнь в браке, ваш бизнес, который никогда не сделает вас по-настоящему богатой женщиной. Только не подумайте, что я пытаюсь вас унизить или оскорбить. Но у меня такое ощущение, что молодой красивый мужчина не сможет стать вашим близким другом или любовником, потому что вы ему будете неинтересны, как женщина. Вы меня считаете стариком, но ведь и вы уже, как говорил поэт, «пожившая-поднаторевшая». А молодость  это когда горят глаза при виде красивого мужчины, когда женщина готова броситься на шею незнакомцу и утащить его в омут любви.

Слова старика не на шутку обидели Лену. Она не считала себя фригидной старухой ледникового периода.

 Вы не правы,  наконец, произнесла Лена.  Вы не разбираетесь в женщинах, не знаете меня и несете всякую чушь.

 Скрупулезно подмечено,  улыбнулся Маркус Крыми.  Не мне судить, разбираюсь я в женщинах, или нет, но я сказал то, что думаю, и это стопроцентная правда. Или у вас есть реальные аргументы, которые поставят под сомнения мои выводы?

Старик откровенно брал женщину «на слабо». Защищаясь, она должна была хоть что-то сказать о своих любовниках и о тех, кто мог закодировать ее «страхом смерти». Прием, честно говоря, «детсадовский», но в данной ситуации он должен был сработать.

 Вы добиваетесь от меня предсмертной исповеди, а может, вы хотите узнать, какая я бываю в руках любимого человека?  перешла в атаку Лена.

 Ставлю сто против одного, максимум, на что вы способны,  это иммитировать оргазм в кровати с мужем,  Маркус демонстративно отодвинулся от женщины, поправил очки и заявил с насмешкой,  дескать, вы даже и этим не занимаетесь. Так, двухминутная обязательная программа, и все.

 Показала б я тебе, дедушка, как я умею любить, но ты ж умрешь от этого,  с издевкой проговорила Лена. Слова старика ее просто взбесили. Лицо женщины раскраснелось, глаза метали молнии в сторону вздорного старика. Она уже не контролировала себя и готова была придушить гипнотизера, который откровенно издевался над ней и ее мужем.

 Не обижайтесь, я пошутил,  неожиданно сменил тон Маркус.  Я ищу причину вашей болезни. И ваши любовники меня интересуют в качестве подозреваемых в теракте. У меня сложилось впечатление, что этот страх и спазмы в животе вызваны каким-то лекарством или наркотиком. Вспомните, что вы принимали перед полетом.

 Вы ошибаетесь. Я не принимаю наркотиков, и у меня нет любовников. Я порядочная женщина. И на этом ставим точку,  зло произнесла Лена.

 Не принимала, значит, не принимала,  чуть слышно пробормотал Маркус Крыми.  Я не господь, могу ошибаться.

Женщина отвернулась от писателя и долго молчала, потом продолжила ровным голосом: «Я видела фильм о Мессинге. Он на меня не произвел должного впечатления. Расскажите о своих встречах с Вольфом Мессингом».

 О Мессинге мы поговорим на земле. До посадки остались считанные минуты, и этот разговор ничего не изменит.

 Изменит, многое изменит. Здесь, в самолете, вы изображаете из себя великого сыщика, спасителя и мессию. Но на самом деле вы такой же преступник, как и все мы. Вам не приходило в голову, почему мы с вами оказались в соседних креслах?

 Не знаю, думаю, что это случайность,  пожал плечами Маркус.

 А мне кажется, что эти билеты для всех покупал один и тот же человек. Им важно было, чтобы вы сидели рядом со мной и выполнили строго отведенную для вас роль.

 И что это за роль?  бесцеремонно перебил Лену писатель.  Я должен буду напасть на стюардессу, взорвать дверь в кабину пилотов?

 Напрасно ёрничаете, вы исполняете роль ретранслятора моих страхов,  понизив голос, шепотом произнесла женщина.

 Полный бред. Какой ретранслятор, какие страхи? С чего вы это взяли?  вскочил с кресла Маркус Крыми.  У вас, что, крыша поехала?

 А я смотрела по сторонам во время взлета, я все видела,  невозмутимо продолжила Лена.  Свой страх я смогла передать только одному человеку, который сидел рядом со мной. Вы же, превратившись в атакующий компьютер, сможете посеять панику в кабине пилотов, потому что вы гипнотизер, способный передавать информацию при помощи телепатии.

 Вы переоцениваете мои возможности. Атаковать кабину пилотов я не могу, потому что хочу остаться в живых,  возмутился Маркус.  И это главное противоречие в выстроенной вами модели поведения.

 Не вижу противоречия. Ваш мозг будет действовать, как зараженный вирусами компьютер,  продолжила Лена.

 Сравнивать человеческий мозг с компьютером  засомневался Маркус Крыми.  В беседах с Мессингом у меня не было такого аргумента.

 Но вы же целенаправленно грузили меня криминальными историями. Признайтесь, это же была вполне осознанная атака на мозг. Чего вы хотели добиться от меня?

 Любви, Лена! Только любви! Вы не можете себе даже представить, что этот дряхлый старик, вспомнив о своем прошлом,  решил при помощи гипноза «признаться в любви» молодой красивой женщине. А ведь это так. Я действительно хотел обратить ваше внимание на свою скромную персону придуманными историями,  попытался уйти от опасной темы Маркус. Он не знал, о чем можно говорить с этой женщиной и как себя вести дальше. В последних ее словах можно было усмотреть попытку втянуть соседа по креслу в ее бредовые построения: «зараженный вирусом компьютер», «целенаправленно грузил криминальными историями». Чаще всего в системный бред вплетают гипнотизеров больные шизофренией. Если это случилось, то спорить с ней бессмысленно. Маркус бросил взгляд на женщину. Ему показалось, что Лену опять накрыла волна страха.