Всего за 79.99 руб. Купить полную версию
Как россияне относятся к нам? спросила Маришка.
О, нас любят! Книги и фильмы о нас разлетаются моментально! сказала Эмма, и краем глаза я заметил, что она заинтересованно смотрит на меня, словно следя за тем, слушаю ли я ее красивый мелодичный голос.
Но я не смотрел ни на одну из девиц: я следил за тем, как, плавно извиваясь, танцует огонь в камине. И я с удовлетворением отметил, что моя холодность оттолкнула нежеланных незнакомок.
Мы путешествуем по миру и живем сами по себе. Но в этот раз Маришканаша давняя подруга пригласила нас в Прагу, на пару дней, и мы не смогли отказать ей. Эмма улыбнулась Маришке, а та ей.
Что ж, добро пожаловать в Прагу, сухо сказал на это я, вновь почувствовав волну раздражения. Маркус, можно тебя на минуту?
Маркус извинился перед дамами (я же проигнорировал их прощальные слова), и мы перешли в другое крыло замка, где никто не смог бы подслушать нас. Когда мы вышли на балкон, я оперся на каменные перила балкона и вперил в брата жесткий недовольный взгляд. Теперь я точно знал, что Маркус был осведомлен о девицах и подыгрывал им, помогая их неловким прозрачным попыткам пленить меня.
И для чего весь этот цирк? строго спросил я.
Маркус удивленно поднял брови, будто не знал о чем идет речь. Но он всегда был плохим актером.
Девицы зачем здесь? нетерпеливо бросил я. Не строй из себя дурака! Мне ужасно не нравится, когда кто-то лезет в мою жизнь, и тебе это известно, как никому!
Между прочим, они приехали не только для того, чтобы познакомиться с тобой! Скоро Маришка станет твоей родственницей, встав рядом со мной и посмеиваясь, сказал Маркус.
Смысл его слов дошел до меня лишь через пару секунд. И я не поверил своим ушам.
Ты женишься? От удивления, я на время забыл о своем гневе. И сколько вы встречаетесь?
Месяц.
Хочешь сказать, что месяца тебе хватило, чтобы узнать о ней все? с иронией спросил я.
Но у меня такое чувство, что мы знакомы целую вечность Хотя, черт возьми, так и есть! Но я не желаю слушать твои докучливые рассуждения о том, как глупа любовь.
Я покачал головой и не смог скрыть широкую улыбку.
Ты их не услышишь. Я рад за тебя! Просто не ожидал такого скорого развития событий.
Спасибо, но твой вид далек от того, что можно назвать «счастливым», заметил брат, хлопнув меня по плечу.
Мое настроение испорчено сам знаешь, чем, объяснил я, чтобы Маркус не принял мое дурное настроение на свой счет. Я действительно был рад, однако новость о женитьбе Маркуса никак не укладывалась у меня в голове: я привык к тому, что и я, и онвечные холостяки.
Кстати, пригласить Эмму с Самантой хотела наша мать, признался Маркус.
Я саркастически усмехнулся: мать настойчиво пыталась вмешаться в мою жизнь, но все было тщетно. Моя жизнь принадлежит лишь мне одному, и вмешиваться в нее я не позволю.
А Маришка стала ее союзницей, угрюмо сказал я. Ладно, черт с ним.
Возвращаться в толпу гостей мне не хотелось: я не любил шум и суету, и в этот вечер чувствовал резкую потребность в одиночестве. Поэтому я покинул балкон и быстро направился в свою комнату.
Куда это ты собрался? Маркус в один миг нагнал меня.
Хочу отдохнуть, сквозь зубы процедил я. У меня был на редкость паршивый день. Встретимся завтра. И передай Маришке мои искренние поздравления.
Я покинул замок вечером, чтобы попасть на Нусельский мост. Этот день действительно был паршивым. Буря эмоций утомила меня, и единственным, в чем я нуждался в этот момент, были тишина и одиночество.
ГЛАВА 4
Экзаменационный период пролетел так быстро, будто его и не бывало. Начались учебные лекционные будни. Нужно отметить, погода приготовила нам сюрприз и принесла в Прагу холод и серые тучи, что давало мне возможность посещать университет хоть каждый день. Приезжавшие в замок гости уехали, и я вздохнул с облегчением. Присутствие многочисленных сородичей каждый раз ломало мои планы и злило меня, к тому же, они были неаккуратны: после их приезда по Праге прокатилась волна паникилюди бесследно исчезали. Десятками. Почти каждый день.
После последней встречи с девчонкой с Нусельского моста я ни разу не встречал ее в университете, а ведь теперь посещал его ежедневно и сидел на всех парах, что было для меня необычайным геройством. Непонятно откуда, во мне вдруг вновь неожиданно появился интерес к наблюдению за жизнью огромного организма, или, лучше сказать, огромного муравейника, которым являлся Карлов университет Праги. Но было что-то странное в моем поведении: однажды я поймал себя на мысли, что ищу среди ярких цветов черное пальто, ищу в шумной толпе студенток ту девчонку, но не находил ее Поняв, что словно нарочно высматриваю ту незнакомку, я мысленно чертыхнулся и заставил свой разум подавить это дурацкое, совершенно чуждое и ненужное мне желание вновь столкнуться с той смертной.
Каждый вечер я приходил на Нусельский мост и провожал взглядом закат, а после наблюдал за небом и летящими по нему облаками. Но, в который раз, после периода духовного подъема, мною овладели меланхолия и скука, и теперь дни проходили скучно, каждый был похож на предыдущий, и мою скуку не могли убить ни события, происходящие в университете, ни события, происходящие в стране и мире вообще. Учеба наскучила, охота еще два века назад превратилась в рутину. В моей жизни не происходило ничего интересного. Но в понедельник второго октября что-то пошло не так.
День проходил рутинно, и я с равнодушием смотрел на лектора, который, энергично махая руками, расхваливал свой предмет и способность рационального мышления. Лекция закончилась бы так же, как заканчивалась всякий раз, но вдруг, в конце пары лектор громко объявил аудитории, что студенты не должны расходиться, а обязаны прийти в актовый зал. Естественно, студенты тут же принялись перешептываться и посмеиваться. Для них это было веселье. Для меняочередная морока и минуты потраченного впустую времени.
Актовый зал университета заполнился любопытными и в то же время испуганными студентами. Я сел в четвертом ряду, мечтая поскорее уехать в замок. Рядом со мной расположилась компания девушек, которые тут же пустили в ход свои женские чары, строя мне глазки. Спрятав руки в карманы, я сделал вид, будто не замечаю факта существования этих девиц вообще.
Прошло уже десять минут, и, только когда студенты совсем разболтались, в парадные двери важной походкой вошел, никто иной, как сам ректор университета, и гул, стоящий в зале, заглох. Студенты шумно поднялись с кресел, в приветствии. Ректор прошел на сцену, взял в руки микрофон и небрежным жестом разрешил нам сесть.
Добрый день, студенты! весело сказал он.
Добрый день! раздался ему в ответ нестройный хор голосов.
Готов поспорить: всем вам интересно, зачем я собрал вас здесь. Так?
Да! Именно! Шикарный галстук! Надолго мы тут? послышалось со всех сторон.
Я восхищен вашим энтузиазмом. Но я сегодня очень добр, поэтому в зале остаются только пятый и шестой курсы. Все остальные свободны!
Студенты пятого и шестого курсов недовольно заворчали, а младшие, с радостными лицами и с большим шумом поспешно покинули зал. Я пристально вгляделся в их толпу, надеясь увидеть ту девушку Черт! О чем я думаю! Я заставил себя смотреть на сцену и мысленно отругал себя.
В нашем университете произошло что-то крайне странное: в прошлом учебном году многие студенты младших курсов сдали летнюю сессию так слабо, будто их вдруг всех схватил мор, печально сказал ректор. Особенно хромали алгебра и физика. На обе ноги.
А мы при чем? раздался недовольный голос с галерки.
Студенты захихикали.
Нас это не касается! послышался еще один голос.
Опять поднялся смех.
Вас это касается больше всего. Знаете, в современном мире существуют миллионы учебных программ, которые мы могли бы взять на вооружение, но Я вдруг подумал: почему бы Карлову университету не ввести свою? Такой себе эксперимент, так сказать. Старшие студенты, светила нашей alma mater, должны помочь своим младшим товарищам подготовиться к зимней сессии.
Предложение ректора явно не понравилось аудитории: послышались свист, недовольное мычание и даже тихая ругань.