Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
А дальше последовал другой вопрос, над которым я размышлял все это время:
Что ты думаешь про надпись?
Также неопределенно слишком аккуратная для надписи, которую он сам на себе вырезал.
Не хочешь ли ты сказать, что это убийство, которые представили, как суицид?
Нет это точно самоубийство. Просто
Что, Ди? Скажи!
Я посмотрел другу в глаза и ответил:
Мне кажется, он тренировался писать эту надпись. Он точно знал, что писать и как
Эр оставил мой ответ без комментариев.
После этого ужасного происшествия мы поспешили в мастерскую Барокко. Я увез Алесю домой, а Эр остался, чтобы рассказать о случившимся Катерине и Лизе.
На следующее утро я сделал все возможное, чтобы Алеся никоем образом не узнала о повешенном Фурсе. Можно сказать, я полностью изолировал ее от всех средств массовой информации. Мы усадили Сильвию на подоконник, и теперь она смотрела в окно на мансарде.
После завтрака я отвез Алесю к Барокко, чтобы они позаботились о ней в мое отсутствие. Мы с Эром решили продолжить наше расследование. Несмотря на то, что настоящий владелец «Полночи» мертв, а его я считал важным источником информации и сведений, я вспомнил о других свидетелях мистических событий кофейни.
Возможно, эти свидетели самые важные из всех.
На часах уже полдень, и мы с Эром стоим у ворот частной психиатрической клиники города Н.
Кто вы и куда собрались? спросил нас старый сторож.
Как у этого старика может хватить сил, чтобы задержать хотя бы одного беглого пациента?
Все знают, что в порыве ярости и агрессии, в состоянии острого психоза, люди, страдающие душевными расстройствами, обладают невероятной физической силой и выносливостью. Как это объяснить? Откуда у хрупкой женщины могут взяться силы, которых не должно быть в помине?
Я объясняю это так.
У обычного человека со стабильной психикой организм расходует энергию дозированно на все нужды. Энергия нужна организму не только для осуществления физиологических функций (взять тот же обмен веществ), но и для мыслительной работы. У человека, страдающего недугом психологического характера, мыслительная и эмоциональная сферы им не контролируются. И поэтому энергию на их деятельность организм не затрачивает, а бросает все силы в физические аспекты.
Душевнобольные люди могут иметь самый крепкий иммунитет, прекрасно осуществлять репродуктивную и иные функции. Их тело может быть лишено любых изъянов и недугов, но вот психика сознание их искажено, словно кривое зеркало.
Все там разбито, раздавлено, покалечено, сломано и испепелено
Добрый день, вежливо обратился я к немолодому сторожу с густой растительностью над верхней губой, мы бы хотели встретиться с главным врачом клиники, если это возможно. Видите ли, мы занимаемся расследованием мистических событий, связанных с кофейней «Полночь», и были бы очень рады, если бы главный врач смог бы уделить нам немного времени.
Маркел Борисович всегда занят в первую половину дня, хмыкнул сторож, вам повезло, что вы пришли в это время. Я передам, что вы пришли. Идите к главному входу, там вас встретят.
Благодарю.
Откланявшись, мы попрощались со сторожем и направились по каменной тропинке парка к главному входу в клинику.
Глянь, Ди, здесь все так ухожено!
С этим трудно спорить. Территория больницычистый изумрудный парк с рядами скамеек, цветочных клумб, беседок и фигур зверей из пышных кустов. Это мог быть прекрасный городской сквер. Оказавшись здесь, мне становилось все труднее удерживать в голове мысль, что это психиатрическая клиника.
Ты когда-нибудь бывал в подобных местах? спросил меня Эр.
Это вопрос с подвохом? усмехнулся я.
Эр и сам осознал некоторую нелепость собственного вопроса.
Я тебя понял, посмеялся я, нет, не был.
Вот уж не думал, что расследование кофейни приведет нас в подобное место, верно?
Это точно, друг. Это точно
Высокое белое четырехэтажное здание оказалось намного больше, чем я его представлял себе. Все окна ограждены решетками. Обойдя здание стороной, мы увидели, что со стороны леса на первом этаже сооружена застекленная веранда. Я уверен, что с нее открывается прекрасный вид.
Мы вошли внутрь через черную металлическую дверь, которая со свистом хлопнула у нас за спинами. Это был некий вестибюль. Белые стены, пост охраны, гардероб и регистратура (информационный стол) справа, а слевамягкие диванчики и кресла у журнального столика. Прямо по курсуширокая лестница.
Посещения у нас только после часа, сообщила нам полненькая медицинская сестра на регистратуре.
Ох, мы не
Эр не успел закончить, как на лестнице появилась стройная девушка в белом халате, в шапочке и с папкой-планшетом.
Вы хотели видеть Маркела Борисовича? обратилась она к нам.
Да, кивнул я.
Снимайте верхнюю одежду и надевайте бахилы.
Сестра с регистратуры уже приготовила для нас бахилы. Как оказалось, нам их выдали бесплатно.
Мы сдали куртки в гардероб и надели бахилы. Свой «Дневник расследований» я прихватил с собой.
Следуйте за мной, сказала нам медсестра, Лис готов вас принять.
Простите
Лис. Это фамилия Маркела Борисовича, нашего главного врача, хозяина клиники. Идем.
Мы поднялись по лестнице, покинув вестибюль и направились за медсестройблондинкой по белому коридору.
Попрошу вас отключить мобильные телефоны или поставить их на беззвучный режим, сообщила она нам.
Да, конечно
Мы выполнили просьбу медсестры.
Я и сам понимал, что внезапный звонок может как-то спровоцировать пациентов. Медработникам точно не нужны неприятности.
Мы остановились у черной двери в самом конце коридора. Медсестра обернулась и строго взглянула на нас.
Прошу вас не вступать в контакт с пациентами и не говорить им ничего, объяснила она, дело в том, что с ними проводится серьезная психотерапия. Любые ваши слова или действия могут свети результат работы на «нет».
Мы поняли, кивнул согласно Эр.
Отлично.
Дверь оказалась лишено привычной дверной ручки и замка. Вместо этого в ней было лишь круглое отверстие. Медсестра вынула из кармана отмычку, напоминающую дверную ручку. Это был универсальный ключ от всех дверей психиатрической клинки. Медсестра открыла дверь, и мы оказались в другом мире.
Белые стены исчезли. Пустота белого цвета уже не рябила в глазах. Все здесь напоминало атмосферу какого-то лесного домика. Деревянные стены, мягкий ковер, винтовые лестницы и прозрачный лифт. В центре большого залаширокий плазменный телевизор. Вокругкоричневые диванчики и кресла, также кресла-качалки. Стены завешены мирными пейзажами горных вершин и спокойной морской глади. Все это на фоне приятной и расслабляющей классической музыки.
Из большого зала вело несколько дверей. В углу, рядом с входом, находился пост медицинской сестры. Пациенты здесь гуляли, разглядывали картины, слушали музыку, смотрели телевизор, общались и даже читали! Кто-то играл в настольные игры, кто-то рассказывал стихотворения. Все это больше напоминало какой-то санаторий, а не психиатрическую клинику!
Никогда бы не подумал, что подобное заведение может быть так комфортно обустроено по высшему классу. Конечно, это частная собственность, и Маркел Борисович Лис постарался на славу. Он предоставил своим пациентам потрясающие условия.
Интересно, сколько стоит лечение в подобном месте?
Я вообще изумлен тем, что это находится в России, а не за границей! Ни в одном государственном учреждении подобного назначения нет ничего такого! А здесь все так сделано с любовью и заботой.
Уверен, эти люди любят свою работу.
Санитары и медсестры, одетые в белоснежные накрахмаленные медицинские костюмы и халаты, всюду сопровождали пациентов, ухаживали за ними и интересовались их самочувствием.
Подойдя к посту, медсестра оставила свою папку на столе и сообщила нам:
Подождите здесь. Маркел Борисович подойдет с минуты на минуту.
Перебросившись с своей коллегой на посту парой слов, она взяла стопку историй болезни и направилась к лестнице.
Такого я точно не ожидал, услышал я замедленный голос Эра.