Марина Захарова - Литвин стр 7.

 Ярик, что же ты не ложишься?  ласковое поглаживание по волосам.

 Посмотри, какая звезда!..  восторженно зашептал, словно боясь спугнуть маленькую мерцающую звёздочку на бледно-голубом небе.

 Какая крошечная,  улыбчивый голос.

 Да. А она вырастет? Она станет большой?  вдруг забеспокоился.

 Возможно. Звёзды растут по-своему,  заглянула ему в глаза.

 Не так, как я?  послышалось огорчение в удивлённом вопросе.

 Да. У них свой жизненный круг,  покивала головой и обняла за плечи, укутав в тёплую шаль.

Полилась нежная песня, убаюкивающая и ласкающая.

Рука занемела, оторвав её от ствола уставился в ладонь, на ней отметины от коры. В груди же защемило от воспоминания этой колыбельной. В глазах снова стояли слёзы. Прерывисто выдохнул и сомкнув жёстко губы, направился к дому.

Видения не оставляли его и во снах. Снова и снова отправляя в те забытые ощущения, от которых он просыпался то и дело держась за грудь, от невозможности сразу уйти от них. Затем потихоньку просыпаясь и будто утверждаясь здесь, в действительности, вставал и прогонял последние остатки сновидений активной разминкой. После неё становилось легче, дышалось лучше и голова вступала в активную фазу. А холодный душ, наконец-то, настраивал на трудовой день.

 Позавтракай хотя бы, а то бежишь всё сломя голову,  мягко усмехнулась Нина, указывая рукой на накрытый стол. Только взглянув на него, захотелось есть.

 О, классно!  отметил с похвалой.  Спасибо.

 Кофе будешь?

 Не, я потом. Лучше чай. А Иринка где?

 Так у неё уже каникулы. Наслаждается сном.

 Везёт человеку,  усмехнулся Ярослав.  Ну, пусть спит.

Отец с недовольным удивлением следил за их простым обменом фразами за завтраком. Всё больше сдвигал брови, хмурясь. Вдруг, прихлопнув по столу рукой, предложил сыну:

 Пойдём-ка, кое-что спросить у тебя хочу.

 Максимум пять минут, пап. Мне бежать уже надо,  предупредил он.

 Постараюсь уложится,  ответил хмуро.

Закрыв за собой дверь спальни, сжал в упрямстве губы и посмотрел на сына. Ярослав спокойно ждал.

 Что ты сделал? Почему Нина так поменялась к тебе?  задал нервный вопрос.

Сын задумчиво смотрел на отца, вздохнул и схватился за свой подбородок. Затем тряхнул решительно головой.

 Я сказал ей то же самое, что и тебе. Она меня поняла.

 Этот бред?  недовольная снисходительность зазвучала в его тоне.

 Пап, смотря как воспринимать. Если только холодным умомда, это бред. Если сердцем, с душойто поймёшь суть. Понимаешь, важна не победа над противником, а только над самим собой. Владеть чужой душой невозможно. Такое напряжение мешает достичь необходимого. Только во взаимосвязи с природой и с её законами, обретаешь баланс и себя. Когда нарушаешь этот закон при любом движенииты проигрываешь, а соблюдаешьвыигрываешь. Разреши противнику идти туда, куда он стремится, позволь ему совершить падение. Открой себя и ты увидишь.

 Ты бредишь? Опять!

Ярослав только покачал головой и мягкая улыбка скользнула по губам.

 Знаешь, по сути, я тебе просто озвучил основные принципы той борьбы, коей я занимаюсь уже несколько лет. Айкидо. Ты помнишь это?

Отец, сжав зубы, сердитыми глазами смотрел в сына. Ярослав, взялся за ручку двери и добавил:

 Пап, к чему ты стремишься?

Глава 12

Вышел из дома и почувствовал прохладу. Солнечное утро, но ветер был неприятен, заставив поёжиться и застегнуть ветровку до самого горла. Небо было блёклым и словно смазанные облака бежали по нему. К дождю, не иначе. И к обеду, он не заставил себя ждать. Полил как-то печально, не по-летнему.

 Ладно, кончай хандрить,  высказал Влад, обращаясь ко всем.  Пошли работать.

 Фиг, погода Я, блин, собирался с Жанкой наконец-то выбраться,  Димка сморщился.  А тут такое!..

 В киношку сходите, там без дождя,  посоветовал Кирилл.

 Угу, самое оно,  поддержал Ярослав.  Парни и вправду, пойдёмте.

 К трудовым свершениям!  провозгласил Дима, встав в монументальную позу и замерев в порыве, указывая рукой куда-то вперёд.

 Идиот!  махнул по его затылку раскрытой ладонью Кирилл. Парни рассмеялись.

В этот вечер, выйдя из метро, сосредоточился на дороге и постарался, не отвлекаясь дойти до дома. Удалось. Вставив ключ в замок, выдохнул, словно дистанцию в бассейне проплыл, усмехнувшись, подумал про себя.

Поужинав, плюхнулся на диван, рядом с сестрой и посмотрел с ней очередной какой-то анимационный шедевр. Подивившись, тем не менее, качественному, на этот раз, сценарию. Затем затолкал упиравшуюся Ирину в сторону ванной.

 Ярик! Я не хочу!  возмущалась она.

 Ещё чего, давай! Марш мыться. Потом в кровать.

 А мама

 Я не мама. У меня чётко. Так что, на разв ванну, на двав кровать,  с наигранной суровостью приказал он.

 Пф,  надулась но, стрельнув в него глазами, приступила к исполнению.

Уже в кровати, обняла его за шею и почти шёпотом, спросила:

 А ты надолго уедешь?

 Не знаю. Как там дела,  неопределённо ответил он.

 Жалковздохнула она.

 Ну, я ж не на другую планету улетаю,  усмехнулся ей.

 Всё равнорассеянно и грустно высказала Иринка.

 Ничего. Мама скоро отпуск возьмёт, поедете отдохнуть. Всё будет хорошо. Давай, спи,  погладил по её мягким волосам.

Улёгшись уже в свою кровать, никак не мог уснуть. Какие-то мимолётные и отрывочные мысли всё не давали покоя. Но, постепенно, сомкнул глаза и тут же спустились звёзды или он поднялся к ним?.. Так близко и так ярко. Бархатное небо, словно оттеняло их, заставляя сиять ярче. Луна огромна, не мог никак оторваться от её созерцания. Шорох за спиной, обернулся резкотёмное крыло и синяя искра пробежала, скрывшись в темноту. Мгновенно заиграл и поднялся ветер, так что холодно стало лицу и затрепал волосы, заслезились глаза. Что-то пронеслось над головой, протяжный звук с такой глубокой тоской, что почувствовал пустоту внутри, будто вошёл клинок в плоть. Услышал свой стон и согнулся, прижав руки к груди. Тишина разорвалась громким плеском, словно огромные крылья растревожили воду. Вскинув голову, под серебром луны увидел огромную бьющуюся птицу. Она била крыльями, словно подстреленная и снова этот крик, от которого его лицо повело судорогой.

 Мама! Мама! Мне страшно!

 Ярик, солнышко Что ты?.. Что тебе привиделось?  встревоженный, но пронизанный лаской голос.

 Роня! Почему?!  сдавленный крик.

 Успокойся, золотко моё,  прислонила и закачала в объятиях, успокаивая.

 Она не вернётся,  горькое рыдание вырвалось и вылилось горячими слезами.

 Да, это очень печальногрусть теперь заполнила мамин голос.

 Я не хочу! Она должна должна былазахлёбывался рыданиями и еле выталкивал слова.

 Ярик,  она обняла его лицо мягкими руками и направила на себя. Глаза её были наполнены вселенским.  Давай подумаем о другом. Представь, что она ушла в прекрасный мир, где есть синие бабочки, белые туманы, мерцающие звёзды и она видит тебя и ей также грустно, когда грустишь ты, также радостно, когда радуешься ты. Позволь ей радоваться самой и радоваться за тебя?..

Почувствовал, что его руку крепко сжимают и настойчиво слышал сквозь сон горячий шёпот:

 Ярик!.. Ярик, ну пожалуйста

Еле открыл глаза, Иринка сидела на его кровати и с испугом смотрела ему в лицо. Гладила ладонью по щеке и всё сжимала руку.

 Ты что?  непонимающе проговорил он.  Ирин, что случилось?

 Ты так так стонал и почти кричал во сне,  во все глаза смотрела на него, в них переливались тревога и беспокойство.

 Чёрт, Иришоткинулся было на подушку, приложив руку тыльной стороной ладони ко лбу, выдохнул. На мгновение закрыл глаза, в груди снова толкнуло он резко поднялся и обнял сестру.  Извини, что напугал. Мама вернулась?  наклонился он к её лицу.

 Нет ещё. Она же на дежурстве до утра.

 Понятно. А отец, вроде через два дня из командировки?  она только покивала головой и ближе прижалась к нему. Сидели молча несколько минут, потом Ирина зашевелилась и спросила всё также шёпотом.

 Тебе и правда надо ехать?

 Чувствую, что да,  снова глубоко вздохнул и уставился в окно.

 Ты звал кого-то

 Да.

 Ты помнишь кого?  подняла на него глаза.

 Да. Это девочка она была со мной, в детстве.