С такой курткой да такой меч?!
Еще одна пуля щелкнула у Серегиных ног. С мечом наголо против пистолета? Какая жалость, что он не леди Клотильда - вот той, чем черт не шутит, и такое вполне могло быть по плечу. Клоти иногда имела невероятнейшее свойство двигаться с такой скоростью, что и пуля не догонит, и лошадка запыхается дого-няючи.
"Проигрывать надо уметь,- успокаивающе прошептал внутренний голос.Постарайся выжить - это первое. Выживи и найди потом возможность перевернуть все в свою пользу". Меч, конечно, жалко- в конце концов он заработал его честно, в той самой Империи Нибелунгов, где он, мамино дитятко Сереженька, допер до звания герцога Де Лабри, сэра, пэра и главного муда(1) в тамошних землях. Лично он, Серега, отнюдь не спер этот меч у какого-нибудь глупого юнца в результате заранее подготовленной хитрой западни. Он его честно заработал своей собственной прожженной в замке Чехура шкурой...
1 Тут Серега с некоторым щемящим сожалением, безусловно приличествующим самому настоящему герцогу, вспомнил о праве первой ночи, которым некогда мог обладать в своем герцогстве. И тут же устыдился: да что я? Зверь феодальный, что ли... (А подсознание подрагивает, ему гормоны милее целомудренного приличия и прочих добродетелей...)
Помедлив, Серега с усмешечкой сказал:
- Да подавись ты им! - И, не удержавшись, съерничал: - Но до чего ж ты противный, толстячок...
Он выкинул меч вперед - директор резко отдернул назад свою тушу, заметно позеленев пухлым личиком на фоне местных белых стен. Серега, с ненавистью осклабившись, резко разжал пальцы. Меч грохнулся на стеклянную поверхность прилавка всей своей тяжестью - длинная стальная оглобля в тяжеленных ножнах, густо уделанная золотом и драгоценными камушками. Витрина хлипко звенькнула и разбилась - вся, до мелких кусочков.
И почудился Сереге какой-то звук в жалком треньканье бьющегося стекла. Вроде как... рычание?!
Он направился к дверям. Сирена все мяукала и мяукала в одном из магазинных углов, напоминая соединенную с будильником кошку. Слава богу, витрин у магазина почти не имелось. А те, что имелись, в полном согласии с современным течением в нынешнем антуражном искусстве украшательства магазинов были забраны тонированными стеклышками, прозрачными изнутри и абсолютно непрозрачными снаружи. Следовательно, кто бы ни обратил внимание на непрерывно мяукающий магазин, Серегу внутри он все равно не углядит. И можно выходить относительно спокойно. Вышел и вышел, подумаешь. Может, он в этом магазине уборщиком служит. Или же водителем директорской кобылы. Может же пан директор прятать в каком-нибудь из закутков своего заведения самую настоящую кобылу? Нынче, говорят, пошла такая мода - кататься на лошадках в обеденный перерыв...
А заявлять на него толстячок-пухлячок директор не будет ни в коем случае. Попросту убоится обнаружения в этом случае настоящих владельцев меча. Вдруг Серега, попав в милицейский оборот, разговорится - а владельцы такой штуки не могут быть мальчиками из подворотни, на них так просто не гавкнешь и вневедомственной охраной не запугаешь. И придется вернуть столь понравившуюся ему игрушечку в законные руки. Вместе с немало стоящими рубинами, сапфирами и прочими каменьями.
У самых дверей Серега остановился. Торопливо спешивших молодцев из вневедомственной охраны на сонной улочке родного города пока видно не было. И потому он заявил грозным голосом:
- А не боишься, гад? Или так кушать хочется, что и не до страха уже? Меч-то ведь непростой...
- Топай отсюда, г... - абсолютно равнодушным тоном бросил холеный пузан. И кончиком пальца начал любовно счищать кусочки стекла с меча, косо лежащего в разбитой витрине.