Афанасьев Александр Владимирович - Слепящая тьма стр 17.

 И что?

 А то. Вам ведь не достались агентурные дела ХАД, не так ли?

 Не достались  со вздохом подтвердил я.

 То-то и оно! Поэтому вы и тыкаетесь во все углы, как слепые кутята, не можете понять, что происходит. Когда мы пришли к власти в Афганистанеу нас были агентурные дела еще королевской службы безопасности. А вы пришлина пустое место.

 Ближе к теме.

 Хасан Салакзайчрезвычайно опасный фанатик. Он ненавидит и американцев и русских, чтобы он ни говорил на публикеэто так. Он ненавидит всех, его отец проповедовал всемирный джихад, один из немногих в Афганистане. Его отец призывалкогда еще был живперенести войну к шурави, совершать террористические акты на территории СССР, воспользоваться палестинским опытом. Его сынне менее, а то и более опасен. В восемьдесят восьмом, чтобы отомстить за свою руку, Салакзай купил пять пленных шурави и тут же на базареобезглавил. Но дело не в этом. Его оперировали в комплексе «Тора-Бора», там тогда был госпиталь, причем неплохой. У меня там был агент. И он сообщил, что Хасан Салакзай очень сблизился с врачом, который его оперировал, считал, что тот спас ему жизнь. Для пуштуна это значит чрезвычайно много, для своего спасителя пуштун может сделать все, что угодно, и убить и умереть. Так велит Пуштунваллайкодекс чести. А доктора этого звалиАйман Аль-Завахири!

Вот это дела

 Вы уверен в том, что говорите?  осторожно спросил я.

Али Рахим ответил не сразу. Как это и принято на Востоке, сначала он наполнил кофе свою и мою чашки, со вкусом отхлебнул

 Уверен. Я готов поставить все, что у меня есть на то, что Салакзайдвойник и до сих пор поддерживает отношения с Аль-Завахири. А вполне вероятнои с тем, кто стоит за ним. Вы понимаете, о ком я говорю?

 Вполне

Кыргызстан, между Григорьевкой и Ананьево

Северный берег озера Иссык-Куль

16 мая 2008 года

 Ты сбрендил?  Седой, поджав ноги «по-турецки» в своей палатке внимательно смотрел на меня. Мой рассказ о наших дальнейших планах произвел на него сильное впечатление

 В смысле?

 Да в прямом. Я сначала думалты подставить нас хочешь, а теперь вижуты суицидник. Сам ляжешь и нас угробишь. Дай-ка я тебе кое-что расскажу Удав!

Откинув полог палатки, Седой крикнул и через несколько секунд у нашей палатки, словно из-под земли вырос Удав. Он вообще обладал уникальной способностью появляться "как из-под земли". За спиной у него висела Мк11 с которой он осваивался в последнее время на горном стрельбище.

 Глянь-ка вот на этого архаровца.  Седой добавил несколько крепких русских выражений, неодобрительно характеризующих мою мать, мое умственное состояние и вообще родственниковвот он в Пакистан идти собрался! В банду!

 В какую банду?  не понял Удав.

 В банду! Без поддержки, без детальной проработки легендыв общем и целом на авось. Ты ему расскажи про Колю Хачатряна, что с ним духи сделали. Помнишь еще?

 Хочет человекпусть идет  пожал плечами Удав.

 Да иди ты на!  разъярился Седойиди с глаз долой!

Пожав плечами, Удав пошел прочь от палатки.

 Хорошо Тогда я тебе расскажу. В восемьдесят шестом вот один такой умный. Звали его Коля Хачатрян, он на дари хорошо говорилпошел в банду. Добровольцем. Решил внедриться. Легенду ему полгода готовили. Провалился! Нескольких дней хватило! Нашли мы его только через месяцдаже похоронить по-человечески было нечего! Духи его две недели убивали! Две недели!!!

 Слушай!  психанул и яхорош отца-командира строить! Я тебе не новобранец сопливый! Я к таким ситуациям готовился! Годами! Если можешь что-то дельное предложитьпредлагай! А если нетне мне мозги компостировать! И истерики нехрен устраивать, как баба!

Седой несколько минут молча смотрел на меня, потом начал другим, каким-то чужим голосом

 У меня два друга было. Только дваза всю жизнь. Даже те, кто сейчас здесьтак я с ними не дружил. Обатам остались, за речкой. Я тебе говорюты на смерть идешь, духи не пощадят. Вы, американцы, даже не представляете себе, что такое война. Вы сидите и нажимаете на кнопки, в вашем понимании вас привез вертолет, вы выскочили, постреляли в плохих парней и обратнона базу. А тамвосемь сортов кока-колы и подогреваемый унитаз. Духи воюют по-другому. Любой из них снимет с тебя кожупросто за то, что ты кяфир, неверный, и пойдет ужинать.

 Я все продумал. Моя легенда в том, что еенет! Самая лучшая легендаэто настоящая биография, лучше ее быть не может. Поэтому япройду.

 Тогда я иду с тобой!  заявил Седойв одиночку нельзя. Кто-то должен быть на подстраховке, рядом.

 Да как ты не понимаешь. Ты тем и подстрахуешь меня, что останешься здесь. То, что нужно духамне у меня, а у тебя. Вына территории другой страны, вооружены до зубов, прошли спецподготовку. Именно поэтому духименя не тронут и даже не будут пытать. Это бессмысленно. Вместо этого они попытаются договориться, тут-то мы и ударим.

 А я тебя вспомнил  вдруг невпопад сказал Седойеще сомневался, но сейчас вспомнил. В Алхан-Кале тогдаты был?

 Ты о чем? Никогда не слышал Алхан-Кала?

Но оба мы знали, о чем идет речь

Глава 6 

 Что там?  я кивнул на плотно закрытую дверь.

 Там круто. С утра "парни в костюмах за штуку" прилетели, то ли из ЦРУ то ли еще откуда. Потом отвалили куда-то. С РУМО целый день созванивались  на лице адъютанта капитана МакФаддена, командующего SEAL7 застыло выражение типа "да пошли они все"иди и будь осторожнее

Придав лицу подобающее встречам с большим начальством выражение, я постучал в дверь, и, не услышав ответа, толкнул ее

В кабинете кэпа МакФаддена было, как и всегда светло, жалюзи отодвинуты в сторону и солнечный свет потоком заливал кабинет. На всю мощность работал кондиционер

Кроме кэпа, в кабинете был еще один человекневысокий, худой, пожилой, в отлично пошитом на заказ костюме. Чем-то он напоминал священникаиезуита. Сам кэп сидел на своем законном месте, во главе стола.

 Лейтенант-коммандер Рамайнпредставил он меня неизвестномуофицер специальных военно-морских сил. А этоконгрессмен Джонс из комитета по разведке

 Сэр!  я встал в строевую стойку.

 Вольно, вольно Присаживайся Я пока пойду, попытаюсь раздобыть что-нибудь съестное и немного нормального кофе, а не той бурды, что варится у меня здесь

Когда за кэпом захлопнулась дверь, конгрессмен уставился на меня, его взгляд был способен прожечь лист металла

 Вы случайно не родственник Томаса Рамайна?  скрипучим голосом осведомился он.

 Я его сын.

 Приятно познакомиться  по голосу этого сказать было нельзяя знаю вашего отца по делам ЦРУ

Интересно, с какой стороны

 Перейду ближе к делу, лейтенант, не буду понапрасну тратить свое и ваше время На сегодняшний день мы сотрудничаем с Чеченской республикой Ичкерия, отколовшейся от Российской Федерации. У нас и у наших компаний там свои интересыпо нефти, по строительству трубопроводов и многие другие. Не скрою нам выгодно наличие подобного государственного образования рядом с Россией. Мы ведем переговоры с разными политическими силами в Ичкерии, пытаемся отстоять свои интересы

То, что я знал об Ичкерии, оптимизма мне не внушалобандиты.

 Так вот. В начале апреля в Ичкерию с неофициальным визитом отправился мой коллега, конгрессмен Сандерсон. Он должен был провести ряд переговоров с ответственными должностными лицами Ичкерии. Одновременно, в сторону Ичкерии направился очередной транш неофициального кредита, который мы ей выделили на поддержку демократических преобразований. Получилось так, что чеченцы имели в виду одну сумму, а пришла немного другая. И тогда они попросили конгрессмена Сандерсона немного задержаться в их республике. Воспользоваться их гостеприимством. Пока не придет оставшаяся часть транша Вы понимаете сложившуюся ситуацию, лейтенант-коммандер?

 Вполне. Бандформирование похитило конгрессмена США и пытается вымогать деньги за его освобождение. Специальные силы должны спланировать и осуществить боевую операцию по освобождению конгрессмена США из плена. Я правильно понимаю?

 Нет, совершенно неправильно  Джонс скривился, будто раскусил целый лимоня ожидал от сына Томаса Рамайна большей догадливости. Видите ли лейтенант-коммандер мы не везде и не всегда можем размахивать своей большой дубинкой. Если мы проведем силовую операцию по освобождению конгрессмена Сандерсона, то, во-первых, мы подвергнем опасности его жизнь а во-вторых, все контакты, которые мы годами нарабатывали в Ичкерии, все связи пойдут прахом. Чего мы допустить не можем. Теперь ситуация ясна?

 Как в тумане, сэрнедоуменно произнес ячто от нас требуется?

 Принято решениена самом высоком уровне принято, лейтенант-коммандерразрешить эту проблему мирным путем. Наши ичкерийские друзья ждут оставшуюся часть траншадесять миллионов долларов. Мы решили передать им эти деньги наличнымив обмен на освобождение конгрессмена Сандерсона. Кто-то должен доставить эти деньги, проконтролировать освобождение конгрессмена и вывезти его на территорию США. Мы считаем, что ваша группа, лейтенант-коммандер, подходит для этого идеально

Мне очень редко в жизни было стыдно. А вот сейчасбыло именно стыдно. За свою страну.

 Сэр Возможно я что-то не понимаю, но С каких пор Америка платит выкуп за похищенных? Если об этом станет известнымколичество похищений возрастет на порядок.

 Это политическое решение, лейтенант-коммандер, мы не можем поступить иначе. Из каждого правила есть исключенияи сейчас время именно для исключений. Эта операция должна проводиться в режиме максимальной секретности. Но и способ поощрить вас и ваших людей после ее завершения мы найдем. Итакмы договорились?

 Я не договариваюсь, сэр. Я получаю приказы и исполняю их. Если мне отдадут приказя его выполню

Чеченская республика Ичкерия

Алхан-Кала, дом Ходжиева

02 мая 1997 года

 Томвнимание на дверь! Я иду первым, прикрытие по секторам! Как поняли?

 Сэр

Два заляпанных грязью по крышунормальных, не раздолбанных танковыми гусеницами дорог в Ичкерии не было давноджипа Ниссан-Патруль остановились около ворот дома Аслана Ходжиева, где по данным разведки и "пользовался гостеприимством" конгрессмен США Сандерсон. В принципе, операция была не из самых опасныхмы привезли деньгидесять миллионов долларов и должны были их обменять на конгрессмена СШАодин штук. Потом уйти. Ичкерийцы к нам относились вроде как нормально, надеялись на помощь и инвестиции США.

Операция становилась смертельно опасной только в одном случаеесли чеченцы все-таки убили конгрессмена Сандерсона. Тогда они попытаются силой отбить деньги за него, заодно и ликвидировать нас. Но сделать это было не так просто

В Россию мы прилетели поодиночке, разными рейсами и в разные аэропорты, как туристы. Сняли квартиру на несколько днейна время подготовки. На рынке, где торговали подержанными внедорожниками, я купил два почти одинаковых джипа «Ниссан-Патруль». Верней не купил, а получил по генеральной доверенностив России так принято. Новые покупать не сталчтобы не переоформлять в ГАИ, да и чтобы подешевле вышло. Оружие пришло из США дипломатической почтой на адрес посольства, точно также пришли и деньги.

Нас было шесть человекстандартная боевая группа "отряда изоляции". При необходимости группа делилась на две тройкиодна под моим командованием, другая под командованием моего старого дружка и сослуживца Алана Сантино. Все это было отработано годами тренировок

Вооружились мы по полной программе, чтобы быть готовыми ко всему. Четыре автомата АКМ с подствольниками ГП-25, два пулемета ПКМ без станков. Одна бесшумная винтовка «Вал» на всякий случай. Одна СВД. Если совсем хреново станетв одной из машин лежала спарка «Шмеля», в другойгранатомет РПГ-7 и пять осколочных выстрелов к нему. Бесшумные пистолеты, ножипо мелочи. В Ичкерии возить деньги по-другому было нельзя. Да и в Россиинебезопасно.

До Ичкерии доехали относительно просто и быстро. Все посты русской дорожной полиции мы прекрасно видели через систему спутникового наведения НАТО и обходили объездными дорогами или вообщеполями. Если бы даже мы попалисьвопрос можно было решить пачкой долларовно попадаться не хотелось. Полные машины денег и оружияне тот набор, с которым стоит попадаться в руки дорожной полиции, тем более что и там оставались честные люди

Границу Ичкерии тоже прошли без проблем. Заросший черной бородой ичкерийский «таможенник», больше похожий на бандита с большой дороги, выслушав нашу историюсказали правду, что везем выкуп Аслану Ходжиевусвязался с кем-то по сотовому, и после короткого разговора приказал нас пропустить. Даже любезно предупредил, по какой дороге быстрее проехать. Сразу было виднополучение денег за заложников здесь поставлено на поток.

Чеченская республика Ичкерия, после поражения и изгнания русских, представляло собой страшное зрелище. Разбитые дороги и домано никто ничего не ремонтирует. В некоторых селах, через которые мы проезжалибольшая часть домов была разрушена артиллерийским огнем, и никто не пытался их восстановитьно зато усиленно, всем селом строили новую мечеть. В селах и около дорогто здесь, то тут проржавевшие остовы сгоревшей русской бронетехники. По улицам шляются бородатые боевики с зелеными повязками и автоматами, проезжают машины с развевающимися над ними зелеными флагами. Несмотря на то, что работы вокруг морене работает никто. Какие то бочки в поле, факелыгонят самопальный бензин. Даже дети провожали машины с российскими номерами, ненавидящими взглядами, и если бы не выставленные в окна стволы автоматов и пулеметовнеизвестно, доехали бы мы вообще до цели, или нет. В воздухебуквально разлито чувство опасности, словно атмосферное электричество перед грозой. Оружие снято с предохранителей, пальцы на спусковых крючках. Двери машин не запертыРПГ здесь море

У самого въезда в Алхан-Калу стоял контрольно-пропускной пункт. Добротный, сложенный из толстых бетонных плит. Видимо остался от русских, но теперь над ним развевался зеленый флаг Ичкерии. На видучетыре человека, два автомата, СВД и пулемет. Пулеметчик разлегся на бетонном блоке, подложив спальник и поставив пулемет на землю. Время от времени он подносил к губам толстую самокрутку, жадно затягивалсякосяк с дурью. Чисто автоматически я прикинул расстояние на случай, если мне срочно понадобится пулемет. В качестве средства усиления перед постом стоял остов русской БРДМ-2, поставленный на бетонные блоки. Колес не было, но пулемет, судя по виду, был исправным. КПВТвдвое мощнее нашего Браунинг М-2, огребешь, мало не покажется