Так-то оно так, согласился Антон, немного подумав. Только как-то странно все это. Никогда не падал, а тут вдруг Причем после того, как узнал какую-то тайну и кому-то угрожал! Это может быть не случайно!
Ты побольше детективы и ужасы смотри! возразил Алешка. Верить в то, что эта смерть была не случайной, он пока что категорически отказывался. Потому что, если бы это оказалось так, то Это значило бы, что вокруг происходит нечто странное, пугающее и непонятное, причем они с Антоном были в это замешаны самым прямым образом.
Думай что хочешь, но что-то тут нечисто! ответил Антон. И надо бы все разузнать.
Ты пока что посиди здесь, а я на кладбище сгоняю, посмотрю, что там и как.
Что же мне еще остается делать, как не сидеть здесь! невесело усмехнулся Алеша. Ты только давай побыстрее, а потом расскажи мне что к чему.
Я мигом! ответил Антон и затопал вниз по лестнице.
Алеша погрузился в раздумье. Ему было очень жаль дядю Семена, над которым он столько раз посмеивался! А еще он понимал, что ему становится страшно. Сейчас ему смертельно не хотелось оставаться одному. Мальчику начинало казаться, что его подстерегает какая-то опасность.
Антон тем временем уже был на кладбище. Тело несчастного пьяницы уже унесли, но место трагедии найти было нетрудно. Неподалеку от одного из памятников дежурил скучающий милиционер, а вокруг стояло с десяток зевак. Они негромко переговаривались, обсуждая подробности случившегося.
В основном мнения сводились к тому, что погибший был пьян, а потому сам виноват в случившемся. По-видимому, милиция придерживалась такого же мнения, а расследование проводилось формально, для порядка. Наверное, это было правильно, если учесть, что вокруг не было видно никаких других следов, кроме следов несчастного дяди Семена. Все говорило о том, что произошел самый обыкновенный несчастный случай.
Жаль его. Еще нестарый был, сказала одна из сердобольных бабулек.
И человек хороший. Мне вот оградку задаром помог подправить, подхватила другая. Вот только непутевый И она сокрушенно покачала головой.
Раз он такой хороший, так чего же сюда с кирпичом пришел! заявил вдруг сердитый мужчина лет пятидесяти.
С каким кирпичом? спросила одна из любопытных бабушек.
С самым обыкновенным кирпичом! ответил мужчина. Для чего тут на кладбище кирпич? Драться с кем-то или памятники ломать?
Так он же их чинил! возразил кто-то из толпы.
Вот-вот! Сначала сломает, а потом идет чинить! с каким-то злорадством ответил мужчина. Знаем мы таких! Слышали небось, что в последнее время кто-то старые кресты и ограды повадился ломать?
А ты-то откуда про кирпич знаешь? спросила бабулька, защищавшая покойного.
Откуда! Я его сам и нашел! ответил он. Иду себе спокойно, а потом смотрюлежит кто-то возле нашего участка. Я сперва подумал, что пьяный, а потом присмотрелсяон весь в крови, и не дышит уже. А в рукекирпич.
А может, на него напал кто-то? Вот он и защищался? высказал предположение один из любопытных. Поднял кирпич для этого?
Тут что, кирпичи валяются? Тут их и близко нет! возразил подозрительный мужчина. Кирпич он с собой притащил!
Милиция разберется зачем! решила одна из бабушек.
Скучающий милиционер поднял голову, обвел толпу внимательным взглядом, но так ничего и не сказал. Очевидно, он не разделял оптимизма старушки. Да и кирпич в руках трупа его, похоже, не слишком заинтересовал. У него уже целых пять минут как кончилось дежурство, а оставить пост все еще не разрешали, и это в данный момент беспокоило его больше, чем обстоятельства смерти погибшего здесь пьяницы.
Едва услышав про кирпич, Антон еще больше навострил уши. Он-то как раз хорошо представлял себе, откуда кирпич мог взяться в руках покойного. Ведь дядя Семен, когда был на улице, как раз держал в руках осколок того кирпича, который едва не свалился Антону на голову. Видимо, после этого сосед, забыв от возбуждения бросить то, что держал в руках, зачем-то отправился на кладбище. Вот только что он там собирался делать? Ведь до этого он просто сидел у себя дома и, как видно, никуда не собирался.
Антон стал вспоминать, что же дядя Семен говорил ему во дворе. Похоже, он кричал что-то вроде того, что «медлить больше нельзя» и «сейчас я с ним разберусь». Эх, прислушаться бы тогда к его словам повнимательнее! А еще лучше пойти следом! Правда, в этом случае не факт, что все для него самого не закончилось бы точно так же.
Наконец рация у милиционера затрещала, и строгий голос сообщил, что он может покинуть пост. Очевидно, все необходимое в таких случаях уже было проделано до прихода Антона, а исследовать место трагедии подробнее никто не собирался. Повеселевший милиционер бодрым шагом направился к выходу. Остальные собравшиеся, поняв, что ничего интересного здесь больше не предвидится, тоже стали не спеша расходиться. И вскоре на этом месте остался один Антон.
Сам не зная, что он здесь ищет, мальчик еще долго всматривался в место трагедии. Но смотреть, по сути, было уже не на что. На земле были очерчены контуры тела, которые казались каким-то детским рисунком. Да еще на углу памятника выделялось ржаво-красное пятно крови. Очевидно, как раз об этот угол и ударился головой дядя Семен. Начинал накрапывать мелкий дождик, и становилось ясно, что вскоре и эти следы будут смыты и ничего не будет напоминать о том, что тут недавно произошло.
Антон зачем-то обошел вокруг памятника. Он был довольно старинным, но хорошо сохранившимся. Имя и фамилия покоящегося здесь человека ничего мальчику не говорили. Неподалеку валялся небольшой кусочек кирпича. Очевидно, кирпич, который был в руках у дяди Семена, раскололся при падении. Антон для чего-то поднял осколок и положил в карман.
Вдруг ему почудилось, что вокруг как-то уж очень резко похолодало. Конечно, начинался дождь, но ведь не зима же на улице! Да и ветра совсем не чувствовалось. Зябко поежившись, Антон поспешил с кладбища. Еще не хватает по-настоящему простудиться! И так уже кашель замучал! Он уже представлял, как сейчас с удовольствием напьется дома у Алешки горячего кофе (чай он не очень любил). Ну и заодно расскажет другу о том, что увидел и услышал.
Антон уже подходил к выходу, как вдруг ноги у него словно сами заплелись, и ему показалось, что он ощутил явственный толчок в спину. Этот толчок оказался таким сильным, что удержаться на ногах мальчик не смог. Он увидел, что падает прямо на какую-то ограду, из которой торчали острые штыри. Мальчика спасла лишь его хорошая реакция. Антон сумел сгруппироваться, выставить вперед руку и ухватиться за ограду. Его лицо остановилось всего в какой-то паре сантиметров от металлических прутьев. Причем один из них находился точно напротив левого глаза. Что случилось бы, не успей Антон выбросить вперед руку, лучше было и не думать.
Антон быстро вскочил, сжал кулаки и оглянулся, чтобы посмотреть, кто же его толкнул, и как следует врезать обидчику. Но вокруг не было ни души. Мальчик стоял и растерянно оглядывался по сторонам, не понимая, что произошло. Он посмотрел под ноги, но дорога была достаточно гладкой, и из земли не торчало ничего такого, обо что можно было бы споткнуться. Рука была довольно здорово ушиблена и поцарапана, но сейчас Антон не чувствовал боли. Он заметил только, что после падения озноб моментально прошел, как будто температура воздуха резко поднялась. Антон очень осторожно ушел с кладбища, внимательно глядя себе под ноги и пытаясь понять, что же с ним произошло.
Глава VIСинхронные сны
Когда Антон поведал Алешке об обстоятельствах смерти дяди Семена, мальчик погрузился в глубокое раздумье.
Может, все-таки случайно так получилось? спросил он с надеждой в голосе, слегка поразмыслив.
Да уж, случайность! запальчиво ответил Антон и рассказал о том, что случилось с ним самим. Сначала он об этом умолчал; как-то стыдно было рассказывать о собственных страхах.
Едва он закончил рассказ, как и Алешка рассказал о том, что ощущал на лестнице. Ребята переглянулись. Уж слишком много было общего. Оба еле-еле спаслись. Страшно представить, что же будет дальше. И если Алешка уже свое получил, то за Антона было тревожно вдвойне. Ведь он-то пока Жив-здоров! А против того, с чем они столкнулись, не может никакой бокс помочь, будь ты хоть самим Кличко!