Всего за 400 руб. Купить полную версию
Я понимаю, что вам там втроём не скучно. Три представителя жреческой касты наверняка ведут интересные беседы, начал он, взяв Капу за локоть.
Дэй зарычал, и Капа, присев напротив, стала его успокаивать и трепать за уши.
Ну, что ты, что ты это же Акипсий. Он нам не враг, не охраняй меня так серьёзно, говорила она Дэю.
Мне было бы приятно, если бы вы меня считали своим другом, сказал Акипсий, с лёгким поклоном головы.
Вы мне предлагаете свою дружбу? спросила Капа.
Я полагаю, что вы ещё ни разу не общались с верховными жрецами, и я могу выступить как ваш покровитель перед их лицом, если вы не против, ответил Акипий.
Капа с минуту подумала и ответила:
Я думаю, нам не нужны покровители. Я сама могу постоять за себя!
Ну как хотите. Потом не жалейте, что отвергли моё предложение, сказал посол Полондрии и быстрыми шагами удалился.
Капа посмотрела в глаза Дэю, и сказала:
Кто знает, возможно, надо было ответить по-другому, но я быстра на язык. Дипломатия не мой конёк.
Вечером следующего дня они достигли крепости, остановившись на ночлег недалеко от уже закрытых на ночь врат. Алик с удовольствием рассматривал это древнее вместилище верховных жрецов. Крепость, как он ранее предполагал, не была похожа на монастырь. Это больше походило на хорошо укреплённый военный объект. Он попросил Коина пройтись с ним, чтобы рассмотреть это фортификационное сооружение получше. Коин быстро согласился, хоть и в ночное время суток крепость освещалась лишь по периметру, и всего великолепия было не видно, но для него это был ещё один шанс отвлечься от раздумий. К тому же, Алик мог поведать ему их планы. Перед крепостью был выкопан оборонительный ров. Сама же крепость располагалась на насыпных холмах на обоих берегах реки Волхов, как бы разделяясь ею. Алик подметил, что на левом берегу радиус был примерно в один километр, а на правом где полтора километра. В левой части ближе к берегу стоял высокий кремль. Он был окружён ещё одной крепостной стеной, за которой просматривался комплекс строений с остроконечными крышами.
Интересно спроектировано, сказал Алик, рассматривая выступающие углы толстых стен крепости.
Ты раньше видел такие? спросил Коин.
Алик немного замялся, подбирая выражения, и сказал:
Я читал о крепостях-звёздах. Их существует несколько разновидностей и их можно встретить по всему миру.
Их действительно много, и они все связаны между собой. Раньше даже летательные аппараты осуществляли полёты между ними. Сейчас возможно только жрецы ими пользуются, сказал Коин.
Эх, побывать бы в таком летательном аппарате, сказал Алик мечтательно.
А ты попроси верховных жрецов, может быть, они тебя и покатают, подмигнул Коин Алику.
Я бы с радостью попросил и не только об этом, но думаю, у них там сейчас забот и без нас хватает, ответил Алик озабоченно.
А о чём бы ты хотел их попросить? спросил осторожно Коин.
Нам домой надо, и только они могут нас вернуть, ответил Алик и осёкся.
Коин смотревший ему прямо в глаза, глубоко вздохнул и спросил:
Вы хотите вернуться домой оба и Капа тоже хочет?
Алик понял, что совершил ошибку, сболтнув лишнее, но врать Коину он не хотел.
Коин, я не знаю, как тебе объяснить, мне сложно подобрать слова. Давайте вы с Капой не будете меня впутывать в то, что между вами происходит. Я вижу, что она смотрит на тебя так, как никогда не смотрела ни на одного парня. Ты ей очень нравишься. Но мы здесь чужие. Подумай сам, что ты можешь ей предложить? Ты ведь сам часть военной системы, которой беспрекословно подчиняются все казаки. Что ты будешь делать, если завтра верховные жрецы прикажут тебе умертвить нас? Не надо отвечать на этот вопрос. Это лишь моё воспалённое воображение страшится встречи со жрецами, волнуясь и сбивая самого себя, ответил Алик.
Он махнул рукой и зашагал прочь, оставив Коина одного со смешанными чувствами.
Яркое зимнее солнце уже с утра слепило путешественников, отражаясь в белизне снега. Когда врата крепости распахнулись, пеший конвой из десяти казаков вместе с главой отряда и семи лиц, которых они сопровождали, прошли в крепость. Нифодей с пропуском в руках прошёл несколько караулов. Их проводили в расчищенный от снега внутренний двор кремля, где они ожидали прихода представителя верховных. Как только высокий худой мужчина в белом балахоне ступил на каменную плитку, Акипсий сразу же ему низко поклонился и в поклоне поднял голову. Тот поманил его пальцем и уединился для беседы за большими дубовыми дверями.
Мне это не нравиться, сказала Капа, Алику.
В ожидании, когда их примут, прошло больше половины дня. Озябшие путешественники потирали руки, мечтая о тепле. Наконец дверь распахнулась, и уже знакомый мужчина в балахоне, молча прочитав пропуск, взяв его из рук Нифодея, объявил:
Сопровождение может уйти. Все присутствующие будут ожидать в специально подготовленных покоях, когда у верховных жрецов будет возможность им выделить время для встречи.
Нифодей махнул рукой и конвой казаков, развернувшись, проследовал за ним.
Он упомянул «подготовленные покои», это значит, что там будет тепло, с надеждой в голосе, немного повеселев, сказал Алик.
Поживём, увидим, что они нам приготовили, сказала с опаской Капа.
Глава 23
Коин не находил себе места. Когда он увидел, возвращающийся конвой, не осознавая, что делает, направился в загон к лошадям. Он запрыгнул на гухьяка и поскакал.
Давай Янтарь, давай, вперёд! Нам нужно пролететь над крепостью, говорил он гухьяку.
Умное животное не нужно было долго упрашивать. Коин крепко сжимая ноги, чтобы не свалиться в полёте без седла и вцепившись за гриву, полетел, не обращая внимания на то, как морозный воздух дерёт легкие. Пересекая крепость по воздуху, он увидел картину, которая заставила его бросить гриву гухьяка и протереть глаза. Во внутреннем дворе кремля как в каменном колодце шла не равная борьба. Безоружные Капа, Алик и Агния тщетно пытались выбраться из окружения стражниками крепости. Они хватали их по одному и сковывали в одну цепь кандалами. «Я увидел достаточно» понял Коин и направил гухьяка на берег.
Нифодей выслушал его спокойно и внимательно. Рассказывая о стычке со стражей Коин, выглядел не как фантазирующий влюблённый, ищущий способ остаться, а как истинный казак, увидевший несправедливость. Закон гласил, что без суда никто не может быть обвинён. Свобода духа уважалась, и кандалы надевали лишь приговорённым смертникам, совершившим намеренное лишение жизни человека. Более того, на утреннем ярком солнце, только сегодня Нифодей обратил внимание, что на пропуске не было печатей верховных жрецов, а лишь чинов ниже.
Здесь, что-то происходит не ладное, сказал Нифодей.
Как приказный я знаю, что формально они должны были выписать пропуск на обратную дорогу. Вам его выдали? сказал Коин.
Нифодей покачал головой:
Правильно мыслишь, но возвращаться сейчас нет смысла. Мы отъедем в посёлок по реке ниже и станем на постой в местной гостинице, сообщив, что отдыхаем перед длинной дорогой. У нас будет пара дней, чтобы всё разузнать и принять меры.
Их провели узкими коридорами в подвальные помещения кремля. В крошечной камере без окон с низким потолком их ждал тюремщик. Он сорвал с них тёплую одежду и приковал к каменным сырым стенам руки и ноги. Пленники стояли широко расставив руки и ноги, без возможности пошевелиться. Лишь шеей поворачивая голову можно было увидеть рядом стоящего.
Алик, ты был прав в специально подготовленных апартаментах теплее, чем на морозе стоять, сказала Капа брату, пытаясь улыбнуться, разбитыми губами, в уголках которых сочилась кровь.
Что теперь будет? спросил Алик, стараясь посмотреть на Агнию, которая была прикована между ним и сестрой.
Если здесь уже захватили власть проводники нагов, то нас не ждёт ничего хорошего. Но я сомневаюсь, что они так быстро всё устроили. Наверняка верховных держат в неведении или же в заточении, как и нас. Они не могут их умертвить, поэтому они должны быть где-то здесь, ответила Агния.
А ты не думаешь, что верховные жрецы, тоже заодно с нагами? спросила Капа.
Агния засмеялась, и её смех эхом пронёсся по подземелью.
Это невозможно, сказала она.